Татьяна Серганова – Айвири. Выбор сердца (СИ) (страница 38)

— Не пущу, — выдохнула едва слышно, но твёрдо.

Он вздрогнул всем телом и медленно-медленно повернул ко мне голову. В темноте золотом вспыхнули нечеловеческие глаза на красивом, но бледном лице.

Я застыла, завороженная его взглядом и не сразу услышала вопрос:

— Ты кто?

Никогда таких глаз не видела. У людей просто не могло быть такого цвета.

Нет, не золото. Словно само солнышко светом своим поделилось, вот только не согревало оно, а тревожило, дрожь по телу вызывая.

И так страшно вдруг стало, что руки опустились. А ведь я даже не заметила, как вернулась чувствительность в раненной конечности.

Северянин времени даром не терял. Развернулся резко, ноздри затрепетали, когда он особо глубоко вздохнул. А потом вдруг стремительно схватил меня за талию, притягивая к себе.

— П-пустите, — забормотала я не слишком убедительно.

Что поделаешь, не готовила меня жизнь и обитель к таким поворотам. Послушницы всегда пользовались уважением и почтением. Нас никто не смел касаться, особенно так… властно, словно имел право.

В глазах вспыхнуло что-то очень похожее на предвкушение, и лёгкая улыбка тронула губы. Но это напугало меня еще больше. Если рядом с Итаном я чувствовала спокойствие и защиту, то тут сейчас всё было совсем по-другому.

Не знаю, почему я вспомнила в этот момент Ларкаса. Может потому, что они были похожи. Несмотря на то, что именно Феб приходился Блейну родственником, мужчина больше походил на вожака. И дело было не только во внешности, а в поведении, манерах, повадках.

Все эти мысли промелькнули в голове за долю секунды.

Этого времени северянину хватило, чтобы притянуть меня еще ближе. Горячая ладонь легла на затылок, не давая возможности дёрнуться и сбежать.

Я почувствовала себя в ловушке.

— Что вы д-д…

Договорить я не успела.

Рывок и мужчина меня поцеловал.

Впервые в жизни меня кто-то поцеловал!

Это было не легкое прикосновение губ, о которых так много писали в романах, которые я как-то стащила у мачехи в подростковом возрасте. Не было нежности, томления и восхищения. Наоборот, было немного больно. Блейн сминал мои губы, даже слегка покусывал. А его влажный язык бился о мои стиснутые зубы. Но зачем, я так и не поняла. Да и не успела.

Действовала я рефлекторно.

И за этот самый язык его и укусила. Вроде слегка хотела, а вышло до крови, которая тут же наполнила рот металлическим привкусом.

Мужчина хватку тут же ослабил, дернулся, а я, пользуясь его замешательством, оттолкнула от себя и отскочила назад, едва не сбив столик, на котором стоял кувшин с водой и остатки ужина.

Толкнула я Блейна хорошо. Так что он едва из окна не вывалился, лишь каким-то чудом уцепившись рукой за раму, которая жалобно заскрипела, но удержалась.

Конечно, мысль броситься ему на помощь возникла, но я тут же её прогнала. Хватит, уже раз помогла и чем это обернулось.

— Вы что делаете? — свистящим шепотом спросила у него, нащупав вилку на столе.

Я надеялась, что до этого не дойдет, но готова была защищаться до последнего.

— Я? — сплюнув кровь, рыкнул Блейн и глаза вспыхнули оранжевым. — Да это ты что творишь? Совсем сдурела? Цену себе набиваешь? Явилась ко мне среди ночи полуголая и разыгрываешь из себя недотрогу.

— Кого разыгрываю? — ахнула я. — Полуголая?

Как то я забыла о том, что на мне из одежды лишь сорочка. Пусть и из плотной ткани, но совершенно не подобающая одежда для послушницы.

— Обниматься полезла.

— Я не лезла! Думала, что вы прыгать хотите! Спасала!

Принялась оправдываться я.

— Ты чокнутая, — произнёс Блейн утверждающе.

Я даже ответить ничего не успела, как дверь распахнулась и на пороге появился Феб, а за ним еще пара ликанов и заспанная Галия.

— Что здесь происходит? — требовательно спросил мужчина, осмотрев нас.

— У неё спроси, — отозвался Блейн, направляясь ко мне.

— Не подходите, — выкрикнула я, выставляя вилку вперёд.

Он её просто отодвинул и меня тоже. Подошел к графину и налил себе воды.

— Айвири, что с тобой? Что случилось? Откуда кровь? — спросила Галия, протиснувшись мимо ликанов, и подбежав ко мне.

Одета она была более прилично, по крайней мере лёгкую шаль на плечи набросила.

— Всё нормально, — слабо отозвалась я, чувствуя, как от пережитого дрожат колени и больше всего хочется сбежать и где-нибудь спрятаться.

— Ты кого мне привёл, Феб? — тем временем насмешливо спросил Блейн.

— Рот закрой, — мрачно заявил тот и повернулся к ликанам. — Идите. Сами разберёмся.

— Айвири, что ты здесь делаешь? — допытывалась подруга, схватив меня за руку. — Зачем ты пришла? Холодная какая. И почему у тебя кровь у рта? Ударилась? Или он?…

— Не трогал я её. А вот первый вопрос очень даже хороший, — заметил Блейн, поворачиваясь ко мне. — Итак?

Это меня разозлило. Его ехидный тон, нахальный взгляд, высокомерно вздёрнутая бровь и вопрос — всё это было самым настоящим вызовом.

— Меня зовут Айвири, — холодно ответила ему. — Я седьмая в вашей связке, — приподняв рукав, продемонстрировала метку. — И да, я та самая, что вытащила осколок и спасла вас, лэр!

Вот так вот! Получи!

— Ты? — уточнил ликан, изучая меня прищуренным взглядом.

— Вот именно, — задрав подбородок, сказала я. — Поблагодарите потом.

Наивная.

— Что ж, зря ты это сделала, — неожиданно холодно произнёс мужчина и повернулся к Фебу. — Решил притащить мне еще одну сиделку? Я ведь только от Галии избавился.

— Блейн, прекрати! Совсем не обязательно быть таким невыносимым! И это далеко не лучший способ завести знакомство! — произнесла подруга, обхватив меня за плечо. — Пойдем отсюда, Айвири.

Я позволила себя увести, даже не оглянувшись. Но взгляд золотых глаз у себя на спине ощущала.

Чует моё сердце, от этого ликана стоит ждать больших неприятностей.

Глава пятнадцатая

— Что ты делала в комнате Блейна? — спросила Галия, провожая меня к себе в номер, который находился как раз напротив, и закрывая плотно дверь.

Кроме неё здесь никого не было. Комната небольшая, гораздо меньше той, что выделили для нас. По углам две кровати, небольшой столик, два кривоногих табурета, на один из которых я и села.

Примостилась на краешек, опираясь локтем о столешницу, пока другая рука медленно проводила пальцем по шершавым щербинкам на её поверхности.

Подруга схватила с кровати тонкое покрывало и набросила мне на плечи. Холодно не было, но отказываться я не стала. Она слишком хорошо меня знала, чтобы не понять, в каком я сейчас состоянии.

— А ты как думаешь? — не отрывая взгляда от стола, спросила у неё.

Приступ ярости уже схлынул, а вот раздражение никуда не делось. Даже представить не могла, что это так сложно, испытывать эмоции. Слишком много их было на меня одну.

— Айвири…

Кто бы мог подумать, что звук собственного имени будет вызывать такое неудовольствие.