Татьяна Романская – Она полюбила бандита (страница 9)

— Да, — только и смогла прошептать я, когда Денис закончил свои ласки.

Дробышев усмехнулся, проводя языком по внутренней стороне моего бедра. Я безвольно лежала на кровати, раскинувшись, совершенно обнаженная, а он, полностью одетый, возвышался надо мной.

— Тебе не кажется, что на тебе слишком много одежды? — едва переведя дыхание, смогла произнести я.

Денис улыбнулся.

— Согласен, малышка.

Быстро скинув с себя рубашку и брюки, он остался в одних черных боксерах с заметной выпуклостью.

Я в нерешительности сглотнула.

— Перестань нервничать, — прошептал он, стягивая боксеры. Его член вырвался на свободу.

— Ничего себе, — выдохнула я, глазами оценивая размер его достоинства.

— Я обещаю, что все пройдет хорошо, — поклялся он, скользя пальцами по моему лону. — Ты точно не пожалеешь. Но сначала давай попробуем не так.

Погладив нежную кожу промежности, Дробышев перешел к более активным действиям. Один из его пальцев проник в меня, и я непроизвольно застонала, выгибаясь от его прикосновений.

Он добавил второй палец, входя в меня и выходя. Растягивая меня. Подготавливая для следующих действий.

— Я больше не могу, малыш, — честно признался Денис, прежде чем нежно поцеловать. — Тебе будет хорошо, я обещаю.

— Да, — простонала я.

Он отстранился и посмотрел мне в глаза.

— Пути назад нет.

— Я знаю, — тихо прошептала я, выгибая спину.

Невозможно было отрицать то, что он заставлял меня чувствовать. Это было нечто большее, чем физическое влечение. Может, это и безумие, но я влюблялась в него. Быстро. Никогда в моей жизни такого не было, но именно он, Денис, заставил прочувствовать рядом с ним целую гамму эмоций. То ли еще будет.

Одна его рука лежала на моем бедре, а другая обхватила его сзади. Я инстинктивно обхватила его спину, стараясь прижать торс Дениса как можно ближе к себе. Подарив мне очередной поцелуй, Дробышев перешел к более активным действиям. Его член уперся в меня, и я почувствовала новую волну возбуждения, разливающуюся по телу. Затем он вошел внутрь. Очень медленно. Сантиметр за сантиметром, давая мне время привыкнуть к новому ощущению наполненности. Затем Денис слегка отстранился и вошел в меня одним мощным движением бедер.

— Все хорошо, солнышко? — пробормотал он, губами перехватывая мой вскрик и оставляя очередной поцелуй.

— Да-а, — на выдохе произнесла я, понимая, что мой голос звучал очень тихо. — Не останавливайся, пожалуйста.

— Как скажешь, моя королева.

Дробышев подчинился. А абсолютная искренность, сквозившая в его голосе, совершенно успокоила мое сердце. Немного привыкнуть к новым ощущениям, я приоткрыла глаза и встретилась с ним взглядом. Денис, пристально смотря мне в лицо, негромко застонал.

Чувствуя ритмичные движения Дробышева, я ощущала настоящие опьянение. Да и вообще казалось, что я наблюдаю за сплетением наших тел со стороны, иначе я просто не вынесла бы всего этого. Ни тугого удовольствия, ни приятного покалывания внизу живота, ни чувства наполненности, которое пришло вслед за мимолётной болью.

Наши тела слились воедино, и вообще казалось, что они были созданы друг для друга.

— Ммм, — простонала я, двигая бедрами в такт Денису.

— Надеюсь, такого раньше у тебя никогда не было, не так ли?

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова, но понимая, что он прав. Я почувствовала отчаянное желание быть с ним, которое несколько пугало меня, но ничего поделать с собой я не могла.

Он двигался, постепенно наращивая свой темп.

— Ты идеальная, Вер, — тихо проговорил он.

— Пожалуйста, Денис, не останавливайся. Быстрее, — прошептала я, прижимаясь к нему всем телом, пока он входил и выходил из меня. Он приподнял одну мою ногу и закинул ее себе на плечо, чтобы проникнуть еще глубже.

— О да, — выдохнула я, чувствуя, как движения бедер стали более быстрыми, а угол проникновения изменился.

Он входил в меня жестко и быстро, его глаза встретились с моими. В них он быстро прочитал, что я нахожусь на пике удовольствия, однако я решила еще и озвучить это, чтобы это произвело еще больший эффект.

— Я больше не могу, Денис, — простонала я.

Он убрал мою ногу со своего плеча, и я обхватила его за торс, пока он продолжал ритмично входить в меня.

Мои пальцы впились в кожу его ягодиц, пока я приподнимала собственные бедра, встречая его толчок за толчком. Услышав, как он зарычал, дойдя до собственного пика, второй рукой я зарылась в его волосы.

— Это было потрясающе, — прошептала я, когда мое сердце перестало бешено колотиться, и я снова смогла говорить.

— Нет, это ты потрясающая, — прошептал он мне на ухо, ложась на спину и прижимая меня к своей груди.

Мы лежали рядом, обнимая друг друга, и перешептывались, прежде чем Дробышев встал и налил мне ванну. Он отнес меня и буквально опустил в воду, настаивая на том, что это необходимо для полного восстановления сил.

Когда я вышла из ванной комнаты, я едва могла стоять на ногах, поэтому заснула, как только моя голова коснулась его подушки. Пару часов спустя я открыла глаза и протянула руку к Денису, но обнаружила, что кровать рядом со мной пуста. Приподнявшись на локте, я обнаружила на его подушке записку. В ней говорилось, что его срочно вызвали на работу, и он вернется, как только будет такая возможность.

В последнее время он казался более напряженным, переживал из-за чего-то на работе. Должно быть, дела там были действительно плохи, если они могли поднять его с постели в такое время.

Глава 10

Денис

— Какого хрена? — зло крикнул я, шумно захлопывая дверь склада. Стук эхом раздался по всей территории. — Я надеюсь, что причина, по которой вы оторвали меня от моей женщины в три часа ночи весомая, иначе вам несдобровать, ребята.

— Что ты, Денис, ничего криминального.

Услышав знакомый голос за моей спиной, я резко повернул голову назад. Двое моих людей втащили Павла на территорию склада через другую дверь. Он тяжело опирался на одного из охранников из них, когда, прихрамывая, продвигался вперед. Из раны на его бедре текла кровь. Я подбежал и заменил одного из мужчин, крикнув, чтобы они немедленно вызвали врача.

Мы отнесли Пашу в самую дальнюю комнату, предназначенную для ночной охраны, и положили на старую двуспальную кровать.

— Что, черт возьми, случилось? — удивленно спросил я, схватив нож трясущимися от тревоги руками и разрезав штанину Паши, чтобы оценить ущерб. Увидев, что это всего лишь небольшая рана на верхней части его бедра, я с облегчением выдохнул и опустился на рядом стоящий стул.

Фролов тяжело вздохнул и ничего не сказал. Я поднял на него глаза и увидел застывшую на его лице странную смесь смущения и ярости. Он уставился в потолок и процедил сквозь зубы:

— Твоя Марина стреляла в меня, блять.

От шока я чуть не упал. Точнее, я бы точно упал, если бы не сидел в этот момент возле друга. Ни за что на свете. Этого просто не может быть.

— Она предала нас? — прохрипел я.

Выражение лица Паши стало еще мрачнее.

— Нет, она выстрелила в меня, потому что я намекнул, что она могла это сделать.

Что, блять, здесь происходит. Уже ничего совершенно не понимая, я слегка покачал головой.

— Паш, я правильно понимаю, что ты вытащил меня из теплой постели с женщиной моей гребаной мечты, чтобы потом сказать, что в тебя стреляли за то, что ты мудак?

— Нет, урод, про мудака я знаю и без тебя, — прорычал Фролов, указывая кивком на наших охранников. — Они позвонили тебе именно потому, что, пока Марина угрожала пристрелить меня за то, что я в принципе существую, кто-то выстрелил в нас первым.

Меня охватил ужас. Происходило что-то абсолютно непонятное.

— Эта девка убежала от меня. И поверь, когда я до нее доберусь, мало ей однозначно не покажется, — прорычал Паша, ударяя кулаком по стене то ли от злости, то ли от боли в ноге.

— Паша! — крикнул я, встряхивая друга за плечи, пытаясь таким образом привести его в чувства. — Сосредоточься. Что, черт возьми, происходит? Кто стрелял в нее?

За нашими спинами послышался шум.

— Я не думаю, что целились в нее, — произнес охранник, только что вошедший в комнату.

За ним семенил другой человек. Пожилой, лысеющий, дородный мужчина был врачом, которого я знал с детства. Он дружил с моим отцом, и именно к нему мы обращались при травмах, если можно было избежать госпитализации.

— Дениска, отходи. Давайте смотреть, куда на этот раз вы вляпались.

Я посторонился, пропуская его вперед, и секунду наблюдал, как Паша ворчит на доктора, прежде чем обратить на меня серьезный взгляд.