Татьяна Романская – Мой неуловимый миллиардер (страница 32)

— Я не замечала, что над ним издеваются. Хуже того, все было из-за меня. Теперь чувствую себя ужасно виноватой, Коля такого не заслужил. Неужели я сделала что-то неправильно?

Я глажу ее по щеке и наклоняюсь, прижимаясь мягким поцелуем к ее губам. Она вздыхает и поднимается на цыпочки, отвечая на поцелуй. Не думаю, что когда-нибудь смогу насытиться этой женщиной.

— Ты не сделала ничего плохого, Лера, — выдыхаю я ей в губы. — Дети бывают злыми, и этот мальчик, наверное, завидовал любви, которую ты даришь Коле. Тяжело видеть, как сильно заботятся о других, когда твои собственные родители не делают и половины из того, что могли бы. Вот и все.

Она кивает, но я вижу беспокойство в ее глазах. Мне нравится, как сильно она волнуется из-за детей, как много себя отдает нам. Я не думал, что когда-нибудь найду девушку, которая будет любить моих детей так, будто они ее собственные, поэтому никогда не рассматривал вариант вступать в серьезные отношения после развода. Но сейчас Лера искренне любит Лену и Колю, и они любят ее так же сильно. В последнее время я думаю о будущем с ней в любую свободную секунду. Мечты о Лере стали моим любимым хобби.

— Пойдем, дети скоро вернутся, — говорит она, потянув меня к бассейну, в который спускается горка. — Я не хочу, чтобы им пришлось нас искать.

Да, я официально и по уши влюблен.

— Хорошо, любимая, — улыбаюсь я, взяв ее за руку. Лера смотрит на меня удивленно. Мы с ней редко держимся за руки, поскольку скрываем наши отношения, но сегодня я не могу устоять.

Никогда раньше я не испытывал подобных чувств. Я никогда не считал себя собственником. У меня никогда не было желания постоянно прикасаться к кому-то. Такая потребность, такая связь — все это для меня в новинку.

— Лера! Папа!

Я машу рукой, когда вижу детей, и они тут же подбегают к нам. Коля врезается в меня, а Лена обхватывает Леру руками и крепко обнимает.

— Было так круто! — визжит она, и мое сердце начинает биться чаще от радости. Я скучал по своей маленькой девочке. Именно такой она была раньше, а когда мы с Эмили развелись, я уже было решил, что потерял ее. — Пап, нам обязательно нужно приехать сюда с мамой, ладно?

Лера напрягается, и я заставил себя улыбнуться.

— Ты можешь попросить маму съездить с тобой сюда. Думаю, она не будет против.

К счастью, Коля утаскивает Лену к следующей горке, спасая меня от продолжения тяжелого разговора. Хотя мне в любом случае придется снова поговорить с ними о матери и моих с ней отношениях.

— Когда она прилетает? — спрашивает Лера, ее тон нерешительный.

— На следующей неделе.

Лера мычит что-то себе под нос, обозначая, что услышала меня, скрещивает руки на груди и смотрит в сторону, едва заметно хмурясь. Я догадываюсь, что она чувствует. Она рада за детей, но беспокоится за нас.

— Я забронировал для нее хороший отель. Мы с ней мало общались, поэтому я не знаю, насколько сильно она захочет увидеться с детьми. Я решил, что мы сможем обсудить это лично, когда она приедет. Мне бы не хотелось давать детям обещания, которые она не сможет выполнить, но, думаю, она позаботится о них, а у тебя будет время сосредоточиться на своей диссертации.

Лера кивает, но не смотрит на меня.

— Ну же, любимая, — говорю я, мягко поворачивая ее к себе, ухватив двумя пальцами за подбородок. — Скажи мне, о чем ты думаешь. Если ты не будешь говорить со мной, я не смогу помочь.

Лера вздыхает и проводит рукой по своим длинным волосам.

— Я просто беспокоюсь в целом, Фома. Я не знаю, сколько времени вы проведете наедине, лучше ли вам будет вчетвером с ней, а не со мной. Я знаю, что это иррационально, но часть меня задается вопросом, что ты будешь делать, если она передумает и захочет вернуть тебя. Ты не хотел разводиться, а дети хотят, чтобы вы снова были вместе. Я не могу не думать обо всем сразу.

— Я люблю тебя, — говорю я ей. Я никогда не был особо ласковым, но с Лерой просто не могу держать себя в руках. Жаль, что первый раз я признался ей в любви абсолютно не романтично. Я представлял себе розы, шампанское и все остальные мелочи, из которых складывается идеально подходящее Лере свидание, но умудрился все испортить. Теперь, пытаясь скомпенсировать собственную торопливость, я стараюсь говорить Лере о своих чувствах как можно чаще. — Я очень уважаю свою бывшую жену, как мать моих детей, но больше между нами ничего не осталось.

Я никогда не любил свою бывшую жену так, как люблю Леру, но мне кажется, что говорить об этом, когда Эмили подарила мне столько счастливых лет и двух прекрасных детей, — неуважение к себе и своей семье. Уж лучше я буду доказывать силу и искренность своей любви как-нибудь по-другому.

Лера смотрит на меня широко раскрытыми глазами, и я улыбаюсь, мое сердце переполняется нежностью.

— Я люблю тебя, — повторяю я, стараясь сдержаться, чтобы не сказать эти три слова еще тысячу раз подряд. — Помни мои слова каждый раз, когда в твою голову закрадывается хотя бы намек на сомнения, ладно?

Она улыбается, и в ее глазах я могу прочитать все ее чувства — еще до того, как она начинает говорить.

— Я тоже тебя люблю.

— А я сильнее.

— Ну… сочувствую?

Мы оба начинаем смеяться, и проходящие мимо люди кидают на нас удивленные взгляды. Но нам, веселым и расслабленным, абсолютно все равно на внимание со стороны.

— Кажется, мне придется выложиться на полную, чтобы ты влюбилась в меня так же сильно, как я в тебя.

Лера усмехается и поднимается на цыпочки, чтобы прижаться к моим губам быстрым поцелуем.

— Я уже в предвкушении.

Глава 38

Сергей

Мы с детьми едем в аэропорт, чтобы встретить их мать, и я, честно говоря, на взводе. Мы с Эмили не виделись с момента развода, и между нами тогда не все было гладко.

Я не хочу привнести в жизнь детей негатив. Нам с Лерой пришлось приложить немало усилий, чтобы помочь им адаптироваться. Они наконец-то снова счастливы, и я не уверен, что встреча с Эмили хорошо повлияет на них. Еще хуже то, что в конце концов им снова придется с ней попрощаться.

— Не могу дождаться, когда увижу маму! — говорит Лена, ее улыбка так широкая, что сердце щемит от нежности. Я очень надеюсь, что Эмили не подведет мою девочку. Я понимаю любовь Лены к маме, но моя дочь, кажется, забыла, какой строгой та всегда была, как душила интересы Лены, предпочитая жить через нее.

Коля ведет себя немного сдержаннее, вообще ничего не говорит о матери. Подозреваю, что сын помнит бесконечные споры, то, как она всегда отдавала предпочтение Лене, а не ему. Мне придется уделять ему повышенное внимание, чтобы убедиться, что он хорошо себя чувствует, пока его мама здесь.

Если у меня и были какие-то сомнения по поводу нашего развода, то я могу с полной уверенностью сказать, что их можно отбросить. Встречи с бывшей женой я жду с ужасом. Я не скучал по ней ни минуты. Я уже много лет не чувствовал себя таким свободным.

— Мама! — кричит Лена.

Она отпускает мою руку, чтобы подбежать к матери, но Коля наоборот не отходит от меня ни на шаг. Я смотрю на сына и ободряюще улыбаюсь ему.

— У тебя есть Лера и я.

Коля смотрит мне в глаза, явно демонстрируя свою неуверенность.

— Как ты думаешь, она захочет поиграть со мной во что-нибудь вечером. Ну, по сети.

— Уверен, что она с удовольствием согласится, если ты попросишь. Напишешь ей чуть позже?

Коля расслабляется и кивает мне.

— Обязательно. Интересно, она скучает по мне? Обычно в это время мы делаем домашнее задание.

— Не сомневаюсь, что скучает.

Я ухмыляюсь, узнавая в сыне себя. Он не говорит, что тоже скучает по ней, но это очевидно.

Эмили и Лена подходят к нам, и от того, как взгляд Эмили блуждает по моему телу, мне становится не по себе. Странно, как можно провести с человеком больше десяти лет, чтобы потом за несколько месяцев он стал для тебя чужим. Я думал, что вместе с этой женщиной мы проведем жизнь и состаримся, но теперь я вижу, насколько мы всегда были несовместимы.

— Здравствуй, Сереженька, — она улыбается мне той соблазнительной улыбкой, которую я раньше любил. Теперь это кажется неуместным.

— Привет, Эмили. Как долетела?

Ее улыбка сходит на нет, а взгляд становится острым.

— Хорошо, — говорит она, неприятно растягивая одно-единственное слово.

Я киваю и поворачиваюсь к Коле.

— Поздоровайся с мамой, сынок, — говорю я ему, и он неохотно отпускает мою руку, чтобы обнять ее. По крайней мере, она на самом деле рада видеть детей. Какое-то время она пыталась убедить меня, что я никогда не смогу позаботиться о Коле и Лене. Несмотря на это, она никогда не боролась за то, чтобы оформить опеку на себя, будто бы потеряв любой интерес к нашей семье.

Лена и Эмили болтают без умолку, пока мы идем до машины, и я изо всех сил стараюсь не обращать внимания на раздражение, которое испытываю из-за отсутствия внимания к Коле. Меньше всего мне хочется ругаться с Эмили при детях.

— Я так по вам скучала, — говорит Эмили. — Мне бы очень хотелось пожить с вами, готовить завтраки, как раньше…

— Ты будешь жить не с нами? — спрашивает Лена, сбитая с толку.

Я качаю головой.

— Нет, милая. Мама и папа больше не вместе, помнишь? Это значит, что мама будет жить в отеле совсем рядом с нашим домом. Она сможет забирать тебя в любое время, когда захочет.

Я смотрю в зеркало и вижу, что глаза моей дочери полны слез. Черт. Я должен был заранее объяснить детям ситуацию. Я облажался.