Татьяна Романская – Мой бывший сводный брат - Татьяна Романская (страница 12)

Я качаю головой.

— Но, по крайней мере, я знаю, почему я делаю то, что делаю. Ты можешь сказать то же самое о себе? Твоя мать тоже подавала плохой пример, но вместо того, чтобы метаться от парня к парню, ты позволила одному «милашке» быть с тобой, при этом держа его на расстоянии вытянутой руки. Ты тоже не умеешь в близость, как и я. По-моему, конечный результат один и тот же.

Я складываю руки на груди, уверенный, что отлично донес свою мысль.

— Остановите машину, — она стучит по перегородке, отделяющей нас от водителя.

— Чем могу помочь? — спрашивает тот.

— Мы все еще в центре, верно? — спрашивает Леся.

— Да.

— Тогда тормозите. Я хочу выйти.

— Леся… — я тянусь за ней, но она сбегает раньше, чем я успеваю что-то сделать. Мне остается разве что кинуться следом.

Глава 17

Леся

Мне нужен свежий воздух. Мне хочется прогуляться, а не обсуждать все способы, которыми наши родители испортили нам жизнь и лишили возможности строить здоровые отношения.

Сережа догоняет меня на тротуаре, хватает за руку и заставляет остановиться.

— Эй. Хотя бы обувь надень.

Ого, а я ведь даже не заметила, что выскочила из машины босиком. Глупо вышло. Приходится надеть туфли, а затем встретиться с Сережей взглядом.

— Прости меня. Я не хотел тебя расстраивать, — говорит он.

Я понимаю, что это на самом деле так. Сережа просто резко отреагировал на звонок Димы сразу после того, как мы…

— Да. Я знаю, — я чуть нервно провожу языком по губам. — Моя мать любила моего отца, — говорю я, нуждаясь в понимании. — Я просто не помню этого. Что я помню, так это то, как она бегала от мужика к мужику. И я не хочу быть такой, как она.

Сережа проводит костяшками пальцев по моей щеке, выражая понимание.

— Значит, ты нашла мужчину, который ничего от тебя не требовал. А потом ты порвала с ним, когда он сделал серьезный шаг. Чтобы не подпускать близко.

Я глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю. Мне хочется, чтобы Дима поверил в то, что все кончено. Мне противно думать о том, к чему придется вернуться О том, что нам с ним снова придется разговаривать один на один.

Сережа кладет руку мне на плечо, и я подаюсь ближе к нему.

— Я знаю, каково это — узнать о себе правду, которая причиняет боль, — выдыхает он.

— Я и так все знала, — неуверенно бормочу я. — Просто мне не понравилось, что ты бросил мне все это прямо в лицо.

— Отлично тебя понимаю, дорогая! — весело заявляет Сережа, и я закатываю глаза.

— Хочу прогуляться.

— Подожди, — Сережа подходит к открытому окну водителя и что-то говорит ему, после чего возвращается ко мне.

— Я попросил его подождать нас, — предупреждает он, снимая пиджак и накидывая его мне на плечи.

Я с удовольствием кутаюсь в плотную ткань, полной грудью втягиваю окутывающий меня запах Сережи.

— Пойдем? — спрашивает Сережа, и я киваю, оглядываясь по сторонам.

А потом замечаю его… огромный магазин сладостей.

— Шоколад, — выдыхаю я, с восхищением рассматривая витрины. — Зайдем? — я смотрю на Сережу с надеждой во взгляде.

Сережа не разочаровывает меня, собираясь купить, видимо, все, к чему я только потянусь на прилавке.

— Лучше, чем секс, — выдыхаю я, закрыв глаза, пока шоколад тает во рту.

— Дорогая, ты определенно спишь не с теми мужчинами, — смеется Сережа.

Глава 18

Леся

Мы идем в офис вместе с Сережей, полные решимости выяснить, что за чертовщина все-таки творится с этим несчастным проектом. Я предложила нам вместе встретиться с Екатериной, главой отдела закупок, в ее кабинете, где ей будет удобнее, чтобы выяснить, что она скрывает — если у нее на самом деле есть какие-то тайны.

Екатерина обнаруживается на месте, сидит за компьютером за своим столом. На вид ей около тридцати лет, светло-каштановые волосы коротко подстрижены, вокруг легкий, но все-таки беспорядок. Тем не менее, она явно чувствует себя на своем месте абсолютно комфортно.

— О, доброе утро! — дверь была широко распахнута, но Екатерина поднимает на нас взгляд только после того, как я стучу по дверному косяку. Она собирает бумаги на столе и складывает их в стопку. — Чем могу помочь?

Она пытается было подняться на ноги, но Сережа останавливает ее уверенным жестом руки.

— Пожалуйста, сидите, — он явно не хочет, чтобы его подчиненная чувствовала себя неловко.

Женщина ерзает на кресле, всем своим видом выражая неуверенность.

— Не возражаете, если мы тоже присядем? — продолжает Сережа. Напротив стола как раз стоят два стула.

— Конечно, нет.

Когда все занимают свои места, Сережа откидывается назад, предоставив мне возможность вести разговор.

— Мы надеялись, что сможем поговорить о проекте, который сейчас активно ведется. Я вчера просмотрела документы и хотела спросить, не было ли чего-то, о чем вы забыли мне рассказать? Может вспомнили что-нибудь? — уточняю я.

Екатерина нервно облизывает губы, и Сережа кидает на меня понимающий взгляд: видимо, он тоже заметил, что она знает что-то, о чем не хочет говорить вслух.

— Ты выглядела как-то странно и вчера, и сегодня, — я наклоняюсь ближе, ее взгляд блуждает по захламленному столу. — Я вижу, у тебя есть детки. — Я беру в руки фотографию маленькой девочки с косичками. — Очень милая.

Женщина улыбается.

— Это Рита, а тут мой сын, Рома, — Екатерина указала на другую фотографию, с которой нам улыбается мальчик постарше.

— Вам нужна эта работа, правда? — я перехожу к сути дела. — И вы нервничаете, рассказывая нам о произошедшем. Не стоит. Вы в безопасности. Нам просто нужно знать, что здесь творится.

И Екатерину как будто прорывает. Она говорит, что закупка материалов для отработки экспериментальных образцов проходила через подрядчиков, с которыми раньше работала Милена, жена Ильи, и именно она курировала все тесты и советовала поставщиков, обещая выгодное сотрудничество в будущем.

Оборудование работало плохо, выгодного сотрудничества не получилось, а Милена в какой-то момент уволилась, и все вопросы по работе начали поступать в пустоту. Но обвинять жену босса было бы глупо, поэтому Екатерина справлялась, как могла, и молчала, не зная, как правильно поступить.

Рассказав обо всем, Екатерина протягивает мне папку, полную бумаг.

— Вот здесь все подписанные документы о сотрудничестве, — говорит она.

— Спасибо, Екатерина. Мы все понимаем. И не волнуйтесь ни о чем. Хорошо? — просит ее Сережа.

Я поднимаюсь со своего места, и он следует моему примеру. Мы выходим и он ведет меня в кабинет, который на время своего пребывания здесь выделил в качестве своего собственного, закрывает за нами дверь.

— Милена, — выдыхает он, покачав головой. — Последнее время у нее были проблемы со здоровьем, — продолжает он. — Она была рассеянная, замкнутая и невнимательная, видимо было из-за чего.

На лице Сережи отражается вся та боль, поселившаяся внутри из-за горя брата. Я вряд ли выгляжу лучше.

— Мы пока ничего не знаем наверняка, — замечаю я, не зная, кого на самом деле пытаюсь успокоить, его или себя. — Она просто сказала, что Милена курировала проект, а мы и так это знали. Илья же приобщил ее к делу, чтобы взбодрить. Давай еще раз просмотрим бумаги, — я жестом указываю на папку, которую положила на стол.

Сережа кивает, соглашаясь. Но это еще не все. Странная схема с непроверенными поставщиками… Сережа смотрит на меня абсолютно беспомощно.

— Мы ничего не знаем. Нам не с чем возвращаться к Илье… пока.

Я кладу руку Сереже на плечо в утешающем жесте, стараясь не думать о том, что произошло между нами вчера и сосредоточиться на работе.

— Мы не можем обсуждать с Ильей ничего о Милене. Пока не узнаем больше.