Татьяна Романская – Контракт с миллиардером (страница 40)

На следующий день на работе пришло время разобраться с проблемами, связанными с Дальневосточными клиентами, которые беспокоили моего отца. В последнее время я почти не обсуждал со Стасом вопросы, которые находились в его компетенции, и если бы я спросил его прямо, он мог бы насторожиться. Поэтому я решил действовать скрытно.

Сегодня пятница, а вчера Стас улетел на Дальний Восток, что делает сегодняшний день самым подходящим для сбора необходимой инсайдерской информации. Поскольку мое присутствие на этом этаже могло вызвать подозрения, я попросил Зою замарать руки и найти нужные документы. Если бы Стас вел какие-то записи, этот файл мог бы подсказать мне, как действовать дальше.

Вскоре раздался звон лифта, и через несколько мгновений появилась Зоя с двумя папками в руках. Она положила их на мой стол. Даже не сомневался, что у этой хитрой лисы все получится!

Я открыл первую папку и начал просматривать заметки и корреспонденцию от компании “Северный путь”. Я не знал, что именно ищу, но в конце второй папки обнаружил письмо, адресованное мне, которое я так и не получил.

Судя по дате, оно было написано председателем компании, через несколько недель после того, как я покинул свою прежнюю должность. Я встречался с ним только один раз в начале процесса, и ему, вероятно, не сообщили, что Стас теперь главный.

Уважаемый Ярослав Андреевич!

Я надеюсь, что мы сможем разрешить этот вопрос мирным путём. Поэтому пишу вам лично. Однако, если не будут предприняты меры в отношении того человека, которого вы направили на нашу встречу на прошлой неделе, у меня не останется иного выбора, кроме как расторгнуть нашу сделку.

Я понимаю, что нельзя судить о Компании по поступкам одного человека. Однако ваше отношение к этой ситуации скажет мне всё, что я хочу знать о вас, вашем отце и вашей компании.

Я никогда не имел и не буду иметь дела с людьми, подобными этому типу. Он напоил мою дочь и воспользовался ею. Всё, что она может вспомнить о той ночи - это как на следующее утро она проснулась голая в постели с ним.

Моя дочь очень тонкой душевной организации, поэтому я не собираюсь обращаться в полицию, так как прошло слишком много времени для проведения теста на наркотики. Но если этот человек когда-нибудь снова появится в моём поле зрения, он может быть уверен, что это все не сойдет ему с рук.

Я ожидаю получить от вас ответ в течение трёх дней.

Подпись была неразборчива, возможно, из-за того, что это послание явно было написано в возбужденном состоянии.

Вероятно, этот человек ожидал, что я инициирую служебное расследование в отношении Стаса. И, если бы я получил это письмо своевременно, я бы так и поступил. Ох, Стас, Стас. Ну и урод же ты!

Конверт, прикрепленный к обратной стороне письма, объяснил, почему я его так и не получил. Оно было доставлено в мой прошлый кабинет, и Стас или его секретарь вскрыли его и не передали мне по вполне понятным причинам.

Всегда лучше быть осторожным, поэтому я сделал пять копий письма, прежде чем вернуть папки Зое.

- Теперь положи их обратно. О, и мне нужен список всех поездок Стаса за последние два месяца.

Зоя посмотрела на сложенные листы бумаги, которые я держал в руках.

- Судя по выражению вашего лица, вы нашли то, что искали?

Я кивнул. 

- Мне нужно немного времени, чтобы никто не мешал.

Она встала.

- Конечно.

Стасик втянул нашу компанию в очень неприятный скандал. Тут уже дело не только в нашей репутации. Вся эта история грозит нам грандиозными финансовыми рисками. Мне нужно серьезно подумать и прикинуть, как действовать в сложившейся ситуации.

Мне понадобился всего час, чтобы понять, что самое важное - это моя семья.

Каким бы ужасным ни было обвинение против Стаса, обсуждение этого вопроса до заседания правления выглядело бы как нападки на семью Калашниковых. Это, несомненно, вызвало бы ссору с отцом Стаса, а мой отец сейчас не мог этого допустить.

Самым сложным было признать, что в конечном итоге эта ситуация возникла по моей вине. Конечно, Стас не смог сдержать своих желаний, но я сам дал ему все карты в руки, когда потерял своё прежнее положение. Я сильно виноват в том, что произошло.

Ради моей семьи, ради моего отца, я должен отложить разговор со Стасом до более подходящего времени, хотя мне ужасно хотелось открутить его тупую голову прямо сейчас!

Глава 44

Ярослав

Я слышал разговор за своей дверью, но не мог разобрать, что говорят.

- Зоя, - позвал я.

Через мгновение она открыла дверь и заглянула внутрь.

- Станислав Александрович просит, чтобы вы уделили ему пять минут вашего времени, - сказала она.

Я кивнул.

- Пусть заходит.

Стас, выражение лица которого было непроницаемым, вошел в кабинет. Я надеялся, что это не займет много времени. Чем меньше я буду говорить с ним, тем лучше. Я был в ярости из-за письма главы “Северного пути” , и мне было нелегко сдержать себя, чтобы не втащить ему.

Зоя закрыла дверь.

Я указал на стул, не утруждая себя вставанием.

- Чем обязан? - спросил я, и даже мой собственный голос звучал отстраненно.

После прочтения письма у меня сложилось совершенно иное мнение о Стасе. Информация о его поездках подтвердила это. Он именно такой, как мне написали.

Стас сел.

- Во-первых, ты должен знать, что этот разговор не доставляет мне удовольствия, - сказал он, и тень улыбки, мелькнувшей на его лице, противоречила его словам.

Я на это не ответил.

- Ты же знаешь, репутация компании сильно пострадала после того, как ты устроил танцы возле здания администрации.

Я сжал подлокотник кресла рукой. Только бы не сорваться!

- Я здесь, - сказал Стас, - чтобы попросить тебя выйти из совета директоров, чтобы мы могли покончить с этой проблемой.

Я едва мог поверить в наглость этого человека.

- Нет, - сказал я с нажимом. - И ты не в том положении, чтобы предлагать мне это. Если мой отец захочет, чтобы я вышел из совета директоров, он сам скажет мне об этом. Не ты.

Новая улыбка на лице Стаса превратилась в ухмылку, которую мне хотелось стереть с его рожи хорошим ударом.

- Это могло бы быть правдой, если бы это была его идея, - согласился Стас, кивнув. - Я здесь по просьбе моего отца, а не твоего. Он не согласен с твоим отцом в том, что тебя можно исправить, и папа хочет, чтобы ты был исключен из руководства немедленно. Он считает, что ты позоришь корпорацию.

Внутри меня всё кипело, но я снова усилием воли сохранил спокойствие на лице.

- Прокурор, с дочкой которого ты куролесил, связался с моим отцом, чтобы решить этот вопрос без судебного разбирательства.

Я не ожидал такого поворота событий, но теперь всё стало на свои места. Они хотели, чтобы меня исключили из правления, потому что планировали голосование по продлению полномочий моего отца и не хотели, чтобы я его поддерживал. Никакой прокурор ему не звонил. Я всего лишь поцеловал его дочь. Единственным возможным обвинением было бы публичное непристойное поведение, но в это пришлось бы замешивать и имя его дочери.

Я перевел дух.

- Спасибо за визит, Стасик. Ответ отрицательный. И если твой отец хочет спросить меня напрямую, ответ останется прежним. Или он был слишком напуган, чтобы прийти сюда лично? - Я пожалел о последней фразе, как только произнес ее.

- В таком случае, - произнес Стас с явным торжеством в голосе, - мне придётся рассказать твоей подружке, о твоем маленьком секретике. Ты говорил мне, что она возненавидит тебя, когда узнает, что ты устроил её в университет.

Я почувствовал, как мое лицо вспыхнуло от гнева. У меня в ящике стола лежало мое секретное оружие - письмо из “Северного пути”, но я не могу воспользоваться им прямо сейчас, не подвергая опасности своего отца.

- Ты говорил мне, что она плохо относится к подачкам, - продолжил Стас. - Как она будет чувствовать себя, узнав, что ты лично оплатил её обучение, и что без тебя никакая приличная работа ей бы и близко не светила?

Я решил, что самое лучшее сейчас - блефовать.

- Почему ты думаешь, что она будет тебя слушать? Она уже давно закончила институт и живет самостоятельно.

Стас пожал плечами.

- Она обязательно спросит тебя, правда ли это. Что ты ей ответишь? Если ты солжешь, я уверен, что рано или поздно смогу найти какие-нибудь записи, которые это докажут. Что она тогда о тебе подумает?

Он встал.

- У тебя есть неделя. К тому времени я ожидаю, что ты напишешь заявление о выходе из совета директоров, - сказал он, направляясь к двери.

Я открыл ящик стола и достал оттуда копию письма.