Татьяна Ренсинк – Последнее дело графа Аминова (страница 27)

— Я тоже не верила и подумать не могла, что у нас с Антоном вот так выйдет, а вышло же! — прошептала рьяно та.

Она повела её к зарослям малины, спрятавшись за которыми, могли наблюдать за происходящим. Заметив, за каким домом идёт наблюдение со стороны Василия Степановича, сёстры насторожились.

— Идём, — Александра решительно дёрнула Софью за руку.

Они незаметно прокрались через задний двор к тому дому и встали у раскрытого окна. Сердце Софьи забилось с тревогой, слыша голос любимого:

— У Вас нет новой одежды? — вопросил он и взглядом указал на подол платья стоящей перед ним молодой хозяйке дома.

Софья подглядела осторожно и затаила дыхание. Страх прокатился колющим морозом по телу… Алексей стоял у стола, на который села молодая собеседница. Её внешность была яркой, красивой… Чёрные вьющиеся волосы были пышными и ухоженными… Тело с выразительными формами… Всё было ладно в ней. Эта женщина была такой, какую любой мужчина, казалось, мечтает приласкать хотя бы раз…

— Я одеваюсь опрятно только для особых планов, — с игривой улыбкой наклонилась она к нему.

Она красовалась глубоким разрезом на груди, которая вот-вот и покажется во всей красе. Схватив подол платья, на котором отсутствовал кусок материи, она медленно его приподняла. Прекрасная ножка оголилась, а желание любовной связи горело в глазах этой молодой женщины…

С флиртом прикусив губу, Алексей тут же глубоко вымолвил:

— Гликерия… Теперь соглашусь с Вами. Имя подходит Вам… Сладкая, — ответил он игривой улыбкой.

Она же взяла стоящий рядом бокал и налила в него немного вина. Сделав один глоток, Гликерия чувственно провела языком по своим губам и протянула бокал наклонившемуся ближе Алексею:

— Давай же вместе искусим?… Пока ты прячешься от этих агентов там, на улице… Вдруг нагрянут с вопросами?

— Я смогу защитить, сладкая, — дышал с возрастающей страстью он, отпив вина из бокала прямо из её рук. — Но мы, да…

Алексей отставил бокал и наклонился над Гликерией, которая тут же легла на стол, обвив его бёдра ногами.

— Обожди… Сними всё же это, — дёрнул он её юбку, и она помогла снять этот будто мешающий им предмет одежды.

Бросив юбку свисать с подоконника открытого окна, Алексей прижал Гликерию в объятия и повернул её спиной к себе.

— Ты хочешь сначала поиграть? — приятно возбудилась она и облокотилась на стол.

Алексей медленно провёл ладонью по спине от её шеи к бёдрам, пока другою доставал из кармана верёвку. Он прижался к бёдрам Гликерии так, чтоб не смогла пошевелиться ногами. В считанные секунды взяв за руки, он обмотал их верёвкой и склонился над ухом:

— Люблю такие игры, сладкая…

В это время к свисающей на окне юбке подошёл Василий Степанович, словно не замечал стоящих там в шоке от происходящего Софью и Александру. Он забрал юбку, а подошедшим к сеням паре агентов сделал знак рукой входить в дом Гликерии, куда направился и сам…

Глава 44

— Мне кажется, они поймали преступницу, — еле слышно молвила Софья, взглянув на сестру, но та лишь усмехнулась, словно не верила.

Они продолжили стоять у открытого окна и тайком наблюдать за происходящим… Вошедшие в дом агенты и Василий Степанович остановились посреди комнаты. Повернувшаяся при помощи Алексея на бок Гликерия настороженно взглянула на каждого.

— Что за игры? — вопросила она с подступившей тревогой, и Алексей, погладив её по голове, улыбнулся:

— Мои любимые игры… Кстати, обожаю выигрывать.

Гликерия промолчала. Алексей резко дёрнул её встать перед остальными и, удерживая за связанные руки, чтобы не смела сделать шага, сказал:

— Обратите внимание на обувь.

Василий Степанович, уже догадавшийся обо всём, тут же кивнул:

— Да, расскажем ей, как нынче ночью мы возвращались в ту усадьбу… Я рад, что поддержал Вашу идею, граф, и помогал создать у входа грязь, смешанную с белой краской.

— И эта грязь с краской теперь на Ваших сапожках…. Гликерия, — с победой улыбнулся Алексей уставившейся на него хозяйке дома.

Она приняла удивлённый вид и ответила:

— С чего это вдруг подозрения? Мало ли зачем я туда ходила. Это ведь я позвала людей на помощь. Именно я застала ту госпожу за убийством.

— Мы следили за Вами от усадьбы до дома, — продолжал рассказывать спокойный Алексей. — Когда Вы вошли в курятник, спустились в кладовку под домом. Оттуда Вы вышли в комнату, где застали меня… Я же, будто прятался от агентов, смог убедить в том, что скрываюсь.

— Вы и рады были укрыть такого господина, — с улыбкой добавил Василий Степанович.

— И я сразу обратил внимание на подол Вашего платья да на обувь, — снова улыбнулся Гликерии Алексей, а Василий Степанович достал из кармана кусок материи.

Приложив его как раз к части подола, на котором отсутствовал кусок, всё стало ясно:

— Одно и то же, — кивал он. — Так зачем Вы возвращались в усадьбу после убийства?

— Потеряла одну вещицу, вот и искала, — казалась Гликерия спокойной.

— Нашли и спрятали в кладовке, — понимал Алексей. — Иначе, почему бы не вернуться в дом просто через сени?

— Что спрятали в кладовке? — тут же спросил Василий Степанович, но, не дожидаясь ответа, сделал рукой знак агентам, и те поспешили спуститься под пол для обыска. — Всё равно отыщем. Лучше сразу признаться.

— Ищите, будьте любезны, — усмехнулась она. — Я ничего дурного не сделала. Подумаешь, видела ту баронессу в пылкой страсти с любовником. А там и другой явился, застал их. Она выхватила из его рук нож и убила его. Видеть подобное крайне страшно.

— Значит, нож принадлежал убитому? — спросил Василий Степанович. — Интересно… А нам известно, что убит сей несчастный был иным орудием.

Он взглянул на Алексея, и тот в подтверждение кивнул:

— Именно так. Скорее всего самодельным.

Его взгляд случайно пал на окно, за которым стало видно, как от дома отошла Александра, а следом шла Софья. Удивлённый видеть их здесь, он замолчал.

Василий Степанович заметил это и сразу встал ближе, прошептав:

— Они уже давно подслушивали…. следили. Мы не стали им мешать, зная, кто это.

— Благодарю, — взглянул поражённый Алексей. — Простите, я сейчас вернусь. Надеюсь, к тому времени агенты найдут что в кладовке.

— Разумеется, — улыбался тот, и Алексей поспешил на двор…

— А ты, — послышался голос взволнованной Софьи.

Она догоняла гордо удаляющуюся от деревни сестру, но та нервно махнула рукой:

— Да… Да, я подумала, измена! И знаешь, — с насмешкой повернулась она. — Тебе повезло пока что!

— Сашенька, — смотрела с тревогой Софья, еле сдерживая слёзы переживания о ней.

— Тебе всегда везёт, — всплеснула руками та.

— Ты ревнуешь? — не хотела верить в такое Софья. — Сашенька, только не злись на весь мир, умоляю… Я люблю тебя.

Отвечать Александра не стала, поскольку нагнавший их Алексей тут же окликнул:

— Софи?

— Алёшенька! — бросилась от радости в его объятия милая и с волнением выдохнула. — Господи…. всё хорошо.

— Конечно же хорошо, — ласково молвил он, поглаживая в своих крепких руках.

Александра лишь усмехнулась в сторону, не скрывая обиды, а Алексей сказал:

— Идёмте в карету. Она здесь… Подождёте немного и вернёмся вместе в гостиницу…

Глава 45

Недолго ждали в карете Софья и Александра. Они увидели, как из прибывшей кареты вышел Антон. Он держал дверцу экипажа открытой и подал руку показавшейся следом Канне…

— Нет, — дёрнулась Александра тоже выйти, но сестра схватила за руку, тем самым задержав. — Он с ней.

— Сашенька… Лучше жди здесь, — молвила Софья, а та с плачущей душой смотрела на супруга, столь заботливо обращающегося с Канной…