Татьяна Ренсинк – Последнее дело графа Аминова (страница 20)
— Беги же скорее к другу, — смеялась кокетливо Софья. — Я буду ждать недолго…
Ничего не говоря, лишь покрывая поцелуями всё нежное, как шёлк, тело, Алексей дарил ей долгожданное блаженство. Снова время остановилось для них… Снова их тела торжествовали… Истома. Нега. Торжественная пульсация… Так хотелось, чтобы это счастье длилось вечно!
Ещё оставаясь в томных объятиях, Алексей сообщил любимой о планах на ночь. Не желая разлучаться, но всё же скоро собравшись, он снова поцеловал её мягкие и тёплые губы. Уходя, послал воздушный поцелуй и покинул комнату.
Оставшись одна, Софья посмотрела на окно, а потом взгляд медленно обратился к висевшим на стене часам. Сна не было, но спать и не хотелось вовсе. Хотелось только, чтобы поскорее настало утро, а любимый вернулся целый…. невредимый.
Помолившись за милого, желая ему удачи, Софья невольно уснула, когда на небе зародилась заря. Вздрогнув от пробежавшего по телу холода, она вскочила на постели и оглянулась… Так и была одна…
Софья собралась, оделась, убрала волосы и надела небольшую треуголку, собравшись в путь. Только открыла дверь, сразу столкнулась, словно судьба вела, с проходившей мимо сестрой.
Александра с удивлением уставилась на неё, одетую так же в дорогу, но молчала. Софья же нежно улыбнулась:
— Такая случайность… И охраны нет? — заметила она с радостью. — Погуляем вместе?
— Охрана на дворе. Сказали, что можно прогуляться в саду, я и вышла. А где твой супруг? — будто с недоверием усмехнулась та, и Софья вздохнула:
— Ещё не вернулся… Служба. Странно, что охрана такое разрешила. Можно с тобой?
— Мне уже всё одно.
Пожав плечами, Александра согласилась выйти с нею на улицу. Они прогулочным шагом передвигались по саду гостиницы, а следом за ними так же шли два офицера, держа в руках оружия. Всё же стараясь не обращать на них внимания, сёстры наслаждались прекрасной погодой ясного утра, когда солнышко ласково пригревало, птицы просыпались с пениями, а осторожный ветер еле касался лиц…
— Ты надела парик… Чтобы сразу не узнали? — сказала наконец-то Софья и, выдержав паузу, добавила. — Ты только верь… Вы можете с супругом договориться.
— Глупая я была… Что владело мною, не знаю, поддавшись на очарование князя Рядова, — с нескрываемой печалью призналась Александра. — Стыдно, больно… И сама виновата…
Глава 32
Переодетые в маляров, Алексей с Антоном ранним утром уже красили каменные стены ограды дома умалишённых как раз со стороны сада. Двери на двор уже открыли и молчаливые пациенты начали прогуливаться по саду. Они время от времени обращали внимание на отбеливающих белой краской белокаменную ограду, но всякий раз, словно чего боялись, избегали пройти ближе.
Когда в сад вышла та самая девушка, которую Алексей видел вчера запертой в ящике для смирения, он кивнул Антону. Тот понял, о ком идёт речь и был готов к запланированному. Накрутив на руке верёвку, чтобы в нужный момент использовать, он стал ждать.
Алексей же, продолжая длинной кистью на толстой палке красить, стал мельком поглядывать на Канну. В какой-то момент она всё же обратила на него внимание. Украдкой отвечала взглядом с надеждой… С волнением оглядывалась на следивших за каждым смотрителей… Всё казалось спокойным, кроме трепета на душе: получится то, чего так хочется…
Канна осторожно гуляла ещё некоторое время, кивнув украдкой Алексею. Он сделал знак глазами подойти, и она направила медленный шаг в его с Антоном сторону. Антон сел на ограду, за которой пока прятал руку с верёвкой, и ждал, когда Канна будет ближе.
В считанные секунды, как только она оказалась на достаточном расстоянии, Антон забросил на неё лассо. Канна испуганно уставилась, как через её голову верёвка вдруг обвила талию и крепко затянулась.
— Беги к ограде, залезай! — подтолкнул Алексей к действиям, протянув ей руку.
Канна решительно приподняла подол платья и сорвалась с места к ограде. Алексей мгновенно помог ей забраться на стену, а тянувший за верёвку Антон удачно подхватил. Пока сообразившие происходящее смотрители направились бежать к ним, чтобы остановить, Антон уже скрылся с Канной за оградой, как и ловко перебравшийся через её стену Алексей…
Спасение, казалось, свершилось. Они без оглядки убежали на одну из тихих узких улиц и скрылись в зарослях сирени, густые ветви и листья которой плотно скрывали их нахождение. Расслабив верёвку на талии Канны, Антон снял. Будто волна жизни протекла в девушке, освобождая…. даря силы…
Только Канна вновь сорвалась с места, но теперь убегала прочь от спасителей, как от всего, что было связано с ужасным прошлым. Бросившись следом, друзья кричали остановиться, но девушка, широко раскрыв глаза, мчалась упрямо вперёд.
Быстрая, ловкая, словно кто подталкивал, имея невиданные силы, лишь бы спастись, Канна выбежала на мост и не остановилась. Она поняла, что её вот-вот схватят и молнией перелезла через ограду, спрыгнув вниз, в реку, прямо за секунду до того, как Алексей успел схватить за руку.
Антон на ходу сбросил камзол и кинулся следом за Канной. Зная, что друг сможет спасти девушку, Алексей поднял его камзол, покинул мост и побежал скорее к берегу, куда Антон неизбежно выведет беглянку.
Так и случилось… Антон ухватился за Канну практически сразу, как только оказался в воде. Он поддерживал её, чтоб не утонула, и приближался к берегу.
Там Алексей уже помог выбраться, как бы девушка ни пыталась вдруг освободиться из крепких рук. Она стала размахивать руками, дёргаться, царапаться… Невольно опуская на землю, Антон всё удерживал, как и ухватившийся за одну из её рук Алексей:
— Успокойся же, дурочка… Всё будет теперь хорошо! — надел он ей на плечи камзол Антона.
Схватившись свободной рукой за ветку шиповника, что рос рядом, словно та сможет как-то спасти, Канна зажмурилась и ахнула от боли, когда та самая ветка оцарапала её лицо…
— Всё позади… Позади… Ты свободна, — сказал наконец-то Антон, прижав крепче к себе.
Он вытирал потёкшую из раны кровь и встретился с испуганным взглядом, где сомнение доверия всё ещё сверкало в подступивших слезах…
— Ты спасена. Не вернёшься больше никогда в доллгауз… Понимаешь?
Канна неуверенно кивнула… Она уставилась в добрые глаза спасителя и взглянула на медленно отпустившего её руку Алексея. Тот сразу кивнул в поддержку, и она стала дышать чуть спокойнее. Снова встретилась со взглядом Антона, а он убрал мешающийся на её глазах локон:
— Мы поедем сейчас в гостиницу. Там ты отдохнёшь, помоешься, поешь… Хорошо?… Потом скажешь, отвезём, куда хочешь. Хорошо?
Канна снова неуверенно кивнула, но послушно поднялась. Она молчаливо, с властвующим ещё испугом, следовала со спасителями к карете, которая ожидала тут же, на улице, и Алексей пояснил, заметив странное опасение в глазах девушки, обращённых к кучеру:
— Это наш человек.
— Архаровец, — еле уловимым голосом молвила Канна…
Скоро они прибыли в гостиницу. Только помог Антон Канне покинуть карету, как и она, оглянулся на то, что её насторожило. Уставившись на возвращающуюся из сада под конвоем Александру, Антон застыл на месте.
Вышедший следом Алексей затаил дыхание от жалкого зрелища арестованной. Она прошла недалеко от них, опустив виноватый взгляд, и Антон будто тоже поник. Канна заметила, как его взгляд обратился к земле. Она снова посмотрела вслед ушедшей в гостиницу Александре и поняла, что они больше, чем просто знакомые…
— Я устрою Канну, — сказал Алексей. — Ей будет отдельная комната.
Антон лишь кивнул и поспешил уйти в гостиницу. Он у дверей нагнал вернувшуюся в комнату супругу и прошёл с нею вместе. Закрыв дверь, возле которой снова встала охрана, Антон повернул Александру за плечи к себе.
— Пусти, — отмахнулась руками она и сделала шаг назад. — Я отвечу за грех сама!
— Я найду виновного в этом убийстве и тебя отпустят. Мы должны вернуться домой, к сыну, — взял он лежащую на стуле свою треуголку.
Александра смотрела в полные горя глаза мужа и не знала, что ответить, на что надеяться теперь после своего бездумного предательства. Не имела возможности найти в себе или чувства, позволяющие простить, или что-то, что бы помогло обоим забыть случившееся и продолжать жить счастливыми.
Антон смотрел в глаза, не понимая пока, есть любовь или уже нет… Прощать ли?… Как забыть?… Как отпустить?… Ему становилось жаль и её, и себя… Душа сжималась до того, что сжалось сердце… Кровь будто застывала, а дыхание перекрывалось.
Всё же, отступая спиной к двери, Антон ушёл…
Глава 33
Алексей проводил Канну в её комнату, заплатив хозяину гостиницы вперёд, как полагалось. Пропустив девушку пройти, Алексей сказал:
— Здесь ты отдохнёшь. Я сейчас же позабочусь, чтоб пришли помогли помыться, но прежде, — выдержал он короткую паузу. — Скажи, умоляю, где найти Варвару Синявскую.
— Я благодарна Вам, — подошла Канна.
Она взглянула исподлобья чуть смелее и встала так близко, что Алексей догадался о её планах до того, как её рука осторожно коснулась его груди.