Татьяна Прохорова – Туфли на шпильке. Книга первая (страница 6)
Дома сказала Игорю, чтоб не терял меня. Уезжаю в отпуск. Он опешил от удивления. У нас так не принято. Но все когда-то бывает в первый раз.
Хотя я обратила внимание, что муж тщательно старался скрыть радость. И, что странно, я даже не обиделась. Может, выздоравливаю? Осознала, что ему также не хочется видеть меня, как и мне его? Квиты мы, что ли?
Глава девятая. Поцелуй разлуки. Игорь
Ага, ужин супруга не готовила. Похоже, все у нас верно катится к расставанию. "Поцелуй разлуки" называют такие любовные романы. Но Настя не читает. За что уважаю. Опять же, зачем читать? Мы сами свой напишем...
Шути-шути, брошенный муж. А что тебе делать? Впрочем, надо бы сообразить поесть. Не ожидал такого решительного от Аськи поступка, а то б зашёл куда. А если Аллу пригласить в ресторан? Неудобно, вроде она с моей подружилась.
Лёг на диван, задремал. День на работе был хлопотный. Может, и до утра бы почивал, но Настя вернулась. И пошла чемодан собирать. Я видел, как она его из кладовки достала.
Сердце защемило. Уходит? Куда? Как проживёт на свои три копейки? Но сижу. Спрашивать ни о чем не тороплюсь. И хорошо, что промолчал. Сама сказала. В отпуск уезжает. Удивился очень. Оторопел прямо. Серьёзное заявление.
Вдруг осознал, что стою перед дверью Аллы. Совсем с ума сошёл, ругнулся в сердцах. Но позвонил. Она открыла сразу. Как будто чувствовала, кто пришел.
Я прямо с порога пригласил где-нибудь выпить-закусить. Она засмеялась. Хотела что-то спросить, но не решилась. Или передумала.
И что интересно, мы допоздна сидели в кафе, болтали обо все на свете. Только не о моём семейном положении. Вот нет будто в нашей жизни Насти. И хорошо так это, что прямо очень стыдно.
К слову, о стыде. Я не то чтобы очень совестливый мужик, но и не монстр какой. Который не стесняется быть плохим. Переживаю, если чувствую, что не укладываюсь в статус порядочности. А сейчас, по моему разумению, творю что-то сомнительное. Но так мне хорошо. Так спокойно. Как будто ордена жду, а не пощечины...
Впрочем, может, я бы её и получил, если б домой вернулся. Но я ночевал у Аллы.
Да, вы совершенно правы. Именно такая сложилась ситуация. Настю все предали. И верный прежде муж, и вновь приобретенная приятельница. Она-то ладно, не член семьи, пережить легче. А я?
Как-то от делать нечего я листал брошенный женский журнал. У зубного врача, что ли. Там леди всех сословий и возрастов спорили о том, что чувствует мужчина, впервые изменивший жене. Такие глупости говорили...
Короче, ничего из того я не чувствовал. Ни угрызений совести, ни сожаления. Мне было хорошо. От встречи с Аллой. И очень больно. От жалости к Аське. Хотя есть и оправдание.
Мы уже несколько месяцев страдаем. Тяготимся своими отношениями и мечтаем выбраться из этой супружеской ямы. И что? А ничего. Могли бы ещё очень долго тянуть. И мучиться. А кому это надо?
Ну, ты даёшь, Гоша. Ещё скажи, что ты герой. Сам решил, сам сделал, сам дал жене свободу...
А ты спросил, нужна ли она ей? Что, к примеру, Настя теперь будет делать?Так она в отпуск уезжает. Наверное, прилично будет проводить её? Домой надо идти. Спросить хотя бы, когда и куда отвезти. Едет или летит?
Ой, а я ведь трус. Не хочу. Ведь надо будет что-то сказать. А что? Да это ладно. Как в глаза посмотреть?
А, может, прямо так, с порога, и объявить, мол, мы расстаёмся? Но с какими мыслями она будет отдыхать?
Да, уж. А после твоей неявки домой она, конечно, будет наслаждаться отпуском?
Очень я в себе разочаровался. Но, что странно, ощущения того, что со мной случилось что-то хорошее, не потерял.
Убедив себя в том, что Настя и так все поймет, принял решение не видеться с ней. Ну, а что? Она сама придумала уехать. И едет. Я сам вздумал не ночевать дома. И не ночевал...
Но она тебя предупредила, что уезжает. А ты ей даже не позвонил.
А, может, я обиделся и потому ушёл...
Мучимый растущим к себе отвращением, выбрался из чужой постели и потихоньку пошёл на кухню. Роману позвонить, чтобы попозже за мной приехал. Ну, вы поняли. Когда Настя на работу уйдёт. И ведь удобно-то как. Прямо из окошка увижу...
Кажется, я преувеличил, рассказывая, как мне хорошо. На самом деле, мне невыносимо...
Глава десятая. Ночная кукушка. Алла
Я давным-давно лежала, боясь пошевелиться и дать знать Игорю, что проснулась. Потому что он тоже не спал. Видимо, думал. Как и его соседка-любовница. А она, то есть, я - своим размышлениям не завидовала. Потому что утро после первой ночи двух неожиданных возлюбленных, как правило, все расставляет по своим местам.
Вот сейчас мы встанем, неловко глянем друг на друга, отведем глаза и все. Больше общения не захочется. Несмотря на то, что прошедшая ночь понравилась обоим...
Но может быть по-другому. Как-то все само собой пойдёт легко, весело и, возможно, закончится ещё одним всплеском сексуальной активности. Таким отношениям суждено будущее.
Но нам, похоже, не повезет. Игорь вздохнул, наконец прервал свое бессмысленное внутреннее созерцание и убежал на кухню. С телефоном. Если Насте звонить, зря. После таких ударов надо лицом к лицу объясняться.
Я лихорадочно размышляла, что делать мне. Прикинуться спящей проще всего. Если он сожалеет о случившемся, уйдёт по-английски. Если намеревается продолжать наш роман, разбудит. И, в зависимости от приятности моего "пробуждения", станет ясно, пан или пропал. То есть, пани ли я...
Додумать не успела. Игорь шумно протопал из кухни, мгновенно оказался у кровати и затормошил меня: "Алка, подъем! Уже утро..."
Короче, у нас определился второй вариант со всплеском нежности, несмотря на мои опасения. Пока мы - пара. Влюблённых. Ну, если красиво говорить...
А почему бы не сказать? А потому, Алла Геннадьевна, что мы и права не имеем так называться. С учетом того, как с Настей поступили...
— Алка, посоветуй, как мне легче с Аськой объясниться? —оказывается, Игорь об этом же думает. — Не мне чтоб легче, а ей. Она мне родная. Несмотря ни на что...
Хорошее дело, что любовник мой не подлец. А изменил жене? Так это обычное дело. Мужики редко однолюбы...
Значит, вся вина за наше прелюбодеяние лежит исключительно на мне. Стыдно. Ведь как мерзко все это выглядит со стороны. Настя ко мне с открытым сердцем. Я ей помощь посулила. И "помогла". Муж ей доставлял всякие неудобства и причинял страдания. Но я его забрала. Дескать, отдыхай, Настя...
Ой, что Игорь говорит. Она и впрямь собралась отдыхать. Уезжает. И надо бы её проводить. Но я понимаю. Ему страшно. Неловко. Но иначе никак.
Решили, что встаём, одеваемся, Игорь идёт домой объясняться. Аккурат успеет до того, как Насте на работу выходить. А я терпеливо жду его возвращения. И будем решать, как дальше жить.
Сказано - сделано. Перед дверью обнялись наскоро. Но сразу друг друга не отпустили. Казалось, внутренняя тревога несколько отступает, пока мы едины. Но это, понятно, только иллюзия. Натворили мы дел, что уж там.
Держались за руки до последнего. Игорь уж дверь открыл, а все медлили. Наконец он шагнул в подъезд. Я за ним. И...
Там Настя дверь своей квартиры запирает.
— А я сегодня пораньше на работу хотела, дела закончить перед отпуском, — дрожащими губами еле прошелестела. Неловко ей было так за себя. Мол, как будто выследила.
Я ужаснулась содеянному нами. Игорь, похоже, тоже. Схватил Настю в охапку и в дом их общий понёс. Бормочет на ходу: "Аська моя, родная, прости меня, прости..."
Я вернулась в спальню. Посмотрела на наше "ложе любви". Заплакала. И пусть меня все осудят, но в этот момент я про бедную Настю и не вспомнила. Слезы текли ручьём по себе.
Я понимала, что сегодняшняя наша трёхсторонняя встреча, скорее всего, станет триггером возрождения их потерянной, было, семьи.
А я оказалась невольным инструментом починки этого процесса. Впрочем, и то хлеб. Небесполезная, значит, я по жизни дама. Не себе, так людям.
Глава одиннадцатая. Отпустить прошлое. Настя
Несмотря на невероятные события сегодняшнего дня, я вполне удобно устроилась на верхней полке питерского поезда и даже начала получать удовольствие. Поди, не поверите мне? Самое, мол, время после измены мужа? С моей приятельницей, между прочим, согрешил.
А вот представьте себе. Все-таки человек не настолько примитивен, чтобы внутренне не распознать, что ему во благо, а что во грех. Лично я, чуть не одурев от ужаса, увидев, как Игорь, не ночевавший дома, выходит из квартиры Аллы, вполне этот поворот судьбы пережила.
Не скажу, что изящно. Наревелась до истерики, кидала в Игоря злые слова, практически выла от ужаса, осознав, что все то, о чем пишут в женских романах, случилось со мной. Безвинной и беспомощной леди...
Он, конечно, посерел от горя. Хороший все-таки мужик. Честный. Хочешь, говорит, Аська, останусь? Если простишь меня, больше никогда...
Я спрашиваю, а хочет ли он остаться? Или предпочёл бы уйти? Без экивоков чтоб ответил.
Молчит. Обидеть боится. А я реву, да потихоньку раздумываю. А сама-то я не против?
Очень даже против. Во-первых, я даже думать не могу о том, что у него была другая. Во-вторых, я в некотором роде фаталистка. Нет, в русскую рулетку играть не буду, да и револьвера у меня нет, но уверена. Нынешние события зачем-то произошли. И надо следовать их зигзагу.