Татьяна Попова – Акварель прошлого (страница 1)

Татьяна Попова

Акварель прошлого

Олеся доглаживала ворот рубашки, когда за окном начали подпевать «Титанику» Лолиты. С явным удовольствием, не стесняясь. Подумаешь, почти двадцать три ноль-ноль. О счастливых и их отношении к часам ещё Грибоедов писал. А тут обрушился апрель. Первая мать-и-мачеха повылезала, и птицы не умолкают до темноты. Жить хочется заново, снимать шапки, носить яркие вещи.

Тьфу ты. Совсем забыла про вещи. С восьми томятся в плену стиралки. Просила же Варю достать, но та печатала доклад. Ясное дело, не до ерунды. Олеся вздохнула: зря надеялась на скорый отбой. В носу защипало. Сил на этой неделе не было совсем. Магнитные бури сделали подножку всем «улучшателям» качества жизни. Невинные замечания мужа Олеся воспринимала как издевательства, с дочкой говорила только на повышенных тонах. Хорошо хоть уроки Варька учила уже сама, а то и мат бы добавился. Спасибо звукоизоляции нового дома. На голове ходи – никто не услышит.

Молодёжь в гараже переключилась на что-то незнакомое. Долетал смех, наверное, таким искренним он бывает в пределах восемнадцати-двадцати лет. Где она, юность?

– Мя-а-ау! – прервал домашнюю тишину белобрысый кот.

– Скоро пойдём, подожди! – огрызнулась Олеся. – Мог бы и сам засыпать, не грудничок.

Заорал ещё громче. А потом стал скрести когтями по стене лотка. Запахло то, о чём пытался сообщить на своём кошачьем. Чертыхнулась, выкинула следы жизнедеятельности.

Безучастно раскидала по сушилке постиранную гору, помнётся – плевать. Скользнула взглядом по пятнам у входной двери. Песка в квартире хватило бы на маленькую пирамиду, но почему-то за пылесос и тряпку никто не хотел сражаться. Всё она, всё сама. Золушка, блин, недоделанная. И это в сорок три.

Заглянула в детскую. Лёгкое сопение. Вот кому можно позавидовать. Варька спала крепко в любое время года. По режиму, с десяти до семи. Какие там особенные условия для отдыха? В самолёте – пожалуйста. В машине – легко. На сеновале у бабушки – первая бежит.

Олеся уже месяц мучилась бессонницей. Кризис среднего возраста подъехал совершенно некстати. Она не могла перечислить, чего хочет. Вроде бы всё есть. И в материальном плане, и в не-. Но такая дремучая тоска в душе. Даже к праздникам, прежде таким долгожданным, охладела. Всего лишь листок календаря, выкинь – и дальше по накатанной. Больше возни и затрат, чем впечатлений.

Пошла в спальню. Кот как обезумевший примчался следом. Улёгся баранкой под бок и заурчал. «Наверно, к следующей жизни, когда я стану кошкой», – хмыкнула про себя Олеся.

Муж храпел, соответствуя кличке Витец-Храпунец. Тихонько толкнула в спину. Без толку! Рассчитывать на то, что он дождется её и хотя бы обнимет, не говоря о более приятном процессе, не приходилось. За аппетит в супружеском долге последние несколько лет отвечала она. Хотя когда-то было время, были ого-го какие фото в переписке. Она отправляла спрятанную за сиренью голую маленькую грудь. Или снимала ноги, свою гордость. Метр и два сантиметра. Витя – тогда ещё стройный блондин с кудрями – и вовсе мог прислать возбуждение в наглядном виде. О сантиметрах умолчим…

Спустя пятнадцать лет от романтики не осталось ни-че-го. Поцелуи? Какие такие поцелуи. Устал, киса. В отделе неразбериха, из Москвы едут, сам в командировку завтра лечу. И по кругу. Объятия доставались дочке. Как и улыбки, и шутки. Не вымученные, не наигранные.

Олеся вздохнула третий раз. Что она такое? Робот? Технический персонал? Замученная женщина? Пашет 24/7 в юридической фирме, а где радость? Сколько боли вываливается на неё в течение дня! Даже новости не нужно смотреть: об обстановке ТАМ рассказывают мальчишки, которым она составляет исковые заявления. Одним не платят за отпуска и командировки, других – почти калек – не хотят увольнять. И пачки, пачки, пачки медицинских документов… Муж ещё вечерами ворчит, если она по глупости чем-то поделится. Мол, есть у них деньги, какие скидки? А Олеся видит в молодых глазах надлом души. И как знать, во что это превратится годам к сорока.

Но то бойцы. Глаза самой Олеси не блестят, пока не закапаешь что-то на тауфонном. Ну, а с алкоголем давно завязала, не модно. По выходным всегда бассейн и долгие прогулки в парке. Анализы в норме.

Что с ней не так? Где жажда жизни? Весна. Когда-то знаковые, сейчас эти пять букв казались непонятным словом. Мать то и дело ругала, приводила классическое «не гневи Бога». После смерти отца много лет назад она выбрала путь вдовы. Но где гарантии, что быть в паре равно быть счастливым? Олеся заплакала. Беззвучно, как привыкла с рождения дочери. Сына, к сожалению, так и не смогла родить. Может, он бы её берег?

***

– Да точно! Говорю тебе! Три года прошло – ни слуху ни духу от бабки. А теперь пацан утверждает, что чуть не провалился куда-то. Его вытащила подруга, но он до сих пор жалуется на страшные боли в руке и странные сны.

Маришины глаза были шире, чем обычно. Она верила всем новостям, какие бы невероятные заголовки ни встречались. Напоминала не выросшую девчонку. На это влияла и внешность. Полтора метра, сорок пять килограммов. И голосок как у куклы. Рваная пикси тёмно-коричневого оттенка выглядела как вызов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.