Татьяна Полунина – Совсем «не тонкая штучка». Часть 1 (страница 2)

– А ты не офигел часом, дружочек? – я замерла посреди комнаты с коробкой, в которой хранила медикаменты, – раз тебе не нравится, сейчас скорую вызову и полицию заодно. А еще расскажу, что не в подъезде тебя бедолагу нашла, а в своей квартире. И по голове тебя я приложила в целях самообороны, потому как ты проник на мою частную собственность и на меня напал.

– Да ладно тебе, – тут же потупился мужчина, – я не хотел тебя обидеть, извини.

– И еще! Меня зовут Юлия Михайловна, поэтому будьте добры на «вы» и с уважением.

– Как скажете, – слегка улыбнулся мужчина.

Глава вторая

Вдруг в дверь постучали. Я от неожиданности вздрогнула и чуть не выронила коробку с медикаментами.

– Почему мы такие пугливые? – усмехнулся гость, показывая ямочки на щеках.

Хорош, зараза! Но от этого ничуть не меньше хочется его стукнуть.

– Ты кого-то ждешь? – насторожился он, увидев взволнованное выражение моего лица, – не говори обо мне никому!

Я злорадно улыбнулась и пошла открывать дверь. Посмотрела в глазок и замерла. Да что за день то такой! И когда он закончится?! В подъезде стояли два опера из отдела Замятина.

Я открыла дверь, загородила собой проход.

– О, Круглова! – с дебильной улыбкой протянул невысокий полноватый мужчина с рыжими волосами, – а ты чего здесь?

– Я-то живу здесь. А вы чего? – фыркнула я.

– А мы обход поквартирный делаем, – недовольно почесал затылок рыжий, – слышала сегодня на планерке ориентировку? Ювелирку грабанули. Так вот, один из грабителей засветился в вашем дворе и зашел в какой-то из подъездов.

– Не видала? – спросил второй опер.

Он был совсем невысокого роста, худенький и невзрачный. Зато фамилия была громкая – Барышников.

– Не видала?

– Не видала, – фыркнула я.

– А помочь не хочешь? – уточнил рыжий.

– Да фигня вопрос, а вы мне завтра в админпрактике с протоколами поможете.

– Да ладно тебе, – махнул рукой Барышников, – я как лучше хотел. Помню, ты так в розыск просилась!

– Переживу без вашей милости.

– Ну, тогда через часочек жди на чай, а может что и покрепче. С обходом закончим и притопаем.

– А топал бы ты, Боярышников, в отдел или домой. Мне ваших рож и на работе хватает, – вспылила я и хлопнула дверью.

– Я Барышников, – услышала я обиженный голос за дверью.

Вернулась в гостиную, но гостя моего там не было. Огляделась внимательно – никого. Заглянула в свою комнату: и вот оно сокровище! Спит на моей кровати, на моем дорогущем матрасе, на моем любимом белом покрывале.

– Если ты изгваздал кровью мое покрывало, – задумчиво сказала я, – то медицинская помощь тебе не понадобится. Да и у оперов висяк будет, не найдут того, кто ювелирку грабил.

Мужчина не двинулся.

– Эй, как там тебя? Ты живой? – забеспокоилась я.

В ответ тишина. Я не на шутку испугалась, вдруг он тут кони двинет на моей кровати. Как я потом это все объяснять буду? Я подошла, уперлась коленом в кровать и зависла над нежданным гостем, проверяя, дышит ли он. Не поняла. Аккуратно нащупала пульс на сонной артерии. Фух, вроде живой. В этот момент он сграбастал меня в охапку, и я мгновенно оказалась на кровати, придавленная им сверху.

Не знаю, что было написано на моем лице, но этот придурок громко заржал, но меня не отпустил. Теперь я не только испугалась, но и сильно разозлилась. Никому не позволено лапать старшего лейтенанта полиции Круглову. В руке у меня оказалась толстенная книга. Утром перед работой было минут двадцать, и я решила почитать «Дозоры» Лукьяненко. А потом на покрывале и оставила. Вот сейчас она мне в руки то и попалась.

Я со всей дури двинула смеющегося гостя по голове. Смех мгновенно оборвался и тот мешком рухнул на меня.

Пипец!!!! И как из-под него выбираться? Этот слон практически вдавил меня в мой дорогущий ортопедический матрас.

Вот наказание то! Минут пятнадцать я выползала из-под него, плюхнулась на пол рядом с кроватью отдышалась. Что-то его так срубило то от одного удара? Да не могла я его так сильно стукнуть. Я поднялась и посмотрела на лежащего мужчину. Рана на голове опять кровила.

И что мне с ним делать? Агрессивный какой-то. Придется его оставить в своей комнате, а самой спать на диване в гостиной. Спинка моей кровати красивая, кованная. Можно этого гостя наручниками пристегнуть. А в гостиной только если к стулу. Я сбегала в коридор, достала из сумочки наручники и быстро пристегнула мужчину за одну руку к спинке своей кровати. Зачем наручники в сумочке? А чтобы были! Потом достала перекись, стерильные салфетки и обработала рану. Когда я практически закончила, пациент застонал.

– Помоги. Помоги перевернуться, – попросил он, подергал пристегнутой рукой, до него дошло, что это наручники, – зачем?

– А зачем ты на меня напал? – спросила я, немного отойдя в сторону, – почему в моей комнате оказался?

– Слушай, помоги перевернуться, – попросил он, – не прикольно носом в кровать лежать и задом к тебе.

– За честь свою беспокоишься? – хихикнула я, – так об этом в камере беспокоиться будешь.

– Ты чего, с цепи что ли сорвалась? – удивился он, – сначала вроде нормальная была, смешная, но нормальная. А сейчас я тебя боюсь.

– Какого ты лешего в моей комнате делаешь? – фыркнула я.

– Так в дверь позвонили, решил, что в спальню то точно не полезут, а в гостиную могут зайти. Я так понял, что менты это были?

– Допустим, – кивнула я, – а в зачем на меня напал?

– Не нападал я. Ты так смешно испугалась, когда подумала, что я умер. Ну, я решил тебя еще попугать, – объяснил мужчина.

– Значит, ты просто идиот? – взбесилась я.

– Вынужден согласиться с такой формулировкой, – сказал он, – отстегни меня, я не опасный. И кровать твою больше трогать не буду. Уйду на старенький диван. И вкус у тебя отличный! Зачетный ремонтик!

– Ты мне новый плед должен, – сказала я, отстегивая наручники и указывая на пятна крови на мягком белом пледе.

– Договорились, – радостно кивнул он, потирая запястье освобожденной руки.

Он поднялся и отправился на диван в гостиную.

– Не хочу тебя нервировать, – пояснил он, устраиваясь на диване, – хотя, есть огромное желание остаться в твое постельке.

– Тут поспишь, – фыркнула я.

– Опять-таки, – начал он, – не хочу тебя нервировать, но скажи, ты в полиции работаешь?

– Да, – кивнула я.

– Ну слава богу, – сделал он серьезное лицо, – а то уж я, когда наручники увидел, подумал, что ты жесткий cеkc практикуешь.

– Придурок, – обиделась я, пряча наручники в сумочку.

Хотя, на работе они мне совсем не были нужны.

Я инспектор административно практики в районном отделе полиции. После окончания юридического института, я и несколько моих сокурсников пришли на службу в наш отдел. Я всегда мечтала быть опером, как мой отец. А он всегда считал, что женщине в полиции не место. Я на зло ему поступила в юридический институт. Но с должностью мне не повезло. В следствии и дознании вакансий не было, а в уголовный розыск меня не взяли. Начальник розыска, так же, как и мой папа считал, что оперативником должен быть только мужчина. Поэтому меня назначили на должность инспектора по административной практике. За несколько лет службы я погрязла в бумагах и отчетах и с завистью наблюдала, как работают наши опера.

А старшим опером был мой однокурсник Руслан Замятин, в которого я была тайно влюблена с первого курса. Но Руслан красавчик, а я…. А я обычная: не худая, не толстая, фигура не выдающаяся, разве что волосы красные, длинные, удобно в хвост собирать или шпильками – в глаза не лезут не мешаются. Я даже платья и каблуки носить не умею!!! Очень неуклюжая и нерасторопная! Мама надо мной всегда посмеивается – там где Юлька, там обязательно что-то происходит и не всегда хорошее. Вот и сейчас, угораздило меня так вляпаться. Но надо что-то решать.

– Кто ты? – спросила я мужчину, – Что делал в нашем дворе?

– Я Валерий, – ответил он и обворожительно улыбнулся.

– Тебе лимончиком не угостить? – язвительно спросила я, – не вижу повода для радости. Тебя полиция ищет!

– Уже в курсе? – удивился он.

– В курсе, по твою душу сейчас приходили.

– И что же ты меня не выдала?

– Есть причина, – нахмурилась я.