Татьяна Полунина – История одной ведьмы. Вероника (страница 26)

«Он такой! Такой! Как он целуется!» — передразнил Север Веронику.

«Ах ты мелкий пакостник! Ты еще и мысли подслушиваешь?»

Вероника, действительно, сильно рассердилась. Головная боль совсем прошла.

Вероника Марковна сидела в кресле и смотрела телевизор.

— Как все прошло, дорогая? — улыбнувшись, спросила она, когда Вероника зашла в дом.

— Вы еще не спите? Ночь на дворе! — воскликнула Ника.

— Тебя жду, да и выспалась я, пока восстанавливалась. Так как все прошло, рассказывай.

Верника села напротив тетушки в кресло, недовольно зыркнув на Севера.

— Приехали к Сергею домой, — начала она рассказ, — Север прошелся по квартире, нашел что-то подозрительное под кроватью в спальне. Мебель сдвинули, там коробка с сушеными легкими, утыканными булавками. Положила коробку в пакет. Дом солью почистили, дымом окурили все комнаты. А коробку на пустыре сожгли.

— Окурили и сожгли? С Севером?

— С Сергеем. Он меня одну ночью не отпустил.

— Где он сейчас?

— В домике спать ложится.

ВерОника внимательно смотрела на племянницу.

— Ты хотел еще сто-то спросить? — уточнила она.

— Да, — Ника опустила голову, — можно ли сделать так, чтобы Север не подслушивал то, что я думаю.

— Север! — строго позвала Вероника Марковна, — ты что?

Волк опустил глаза в пол и молчал.

— Ты, бессовестно пользуешься своими возможностями! Хотя знаешь, что строго запрещено читать мысли хозяев, когда к тебе не обращаются! Думаешь вырос? Внешне здоровый, а мозга совсем нет? Ты помнишь, что за такие нарушения бывает?

«Помню», — прошептал Север.

— Вот и отлично! Отправляйся в дом к Сергею. Там ночевать будешь. Если что, позовешь.

Расстроенный Север поплелся в рабочий домик.

— Спасибо, — прошептала Ника, она никогда не видела тетушку такой рассерженной.

— Еще есть вопросы? — спросила ВерОника, сбавляя тон.

— Есть, — замялась племянница, — в общем… В общем, когда я целуюсь с Сергеем и когда мне хорошо, перед глазами возникает незнакомец.

Вероника Марковна с интересом посмотрела на Нику.

— Он что-то говорит или делает?

— Нет, просто строго смотрит на меня. Я обычно останавливалась. А сегодня решила его проигнорировать. Голову пронзила такая острая боль!

— Ну, я бы подумала, что он предупреждает тебя, что Сергей не твой человек. И я тебе об этом говорила. Не твой он, не надо с ним заводить отношения. Видишь, к чему это привело?

— К тому, что мы спасли человеку жизнь и избавились от ведьмы.

— Хорошо, уговорила. Скажи, а ты видела того мужчину раньше?

— Нет, только во сне. И сон странный такой. Мы с Сергеем гуляем в парке. К нам приближается и рычит на меня старая рыжая собака, а с другой стороны аллеи вышагивает черная пантера. И я, и Сергей испуганы, появляется незнакомец. Собака и пантера уходят. Вроде все.

— Больше снов не было?

— Был, один. Незнакомец меня целовал, — покраснела Вероника.

— Так может он и есть твоя судьбе?

— Ну, не знаю. Он какой-то неправдоподобный что ли. Литературный, как герой из женского романа, — засмеялась Ника, — видимо, сказывается долгое воздержание. А Сергей он рядом, здесь. Близкий, родной и понятный.

— А описать незнакомца сможешь?

Вероника пожала плечами:

— Высокий, широкоплечий, средней длины черные волосы, очень черные. Нос горбинкой, волевой подбородок, а глаза голубые, красивые и яркие. Знаешь, у людей с возрастом голубые глаза становятся блеклыми, как водянистыми, а здесь яркие и живые. Хотя, мужчине из сна лет сорок пять, наверно. Сережа рядом с ним — ребенок.

— Вот как, — задумчиво произнесла ВерОника и, немного помолчав, добавила, — и зачем тебе ребенок, если есть такой великолепный взрослый мужчина?

— В смысле есть? — не поняла Ника, — это же сон. Я потому и рассказала, что сон меня это очень удивляет.

— Давай рассуждать, — Вероника Марковна закинула ногу за ногу, — ты на аллее с парнем. К вам подходит и рычит рыжая собака.

— На меня рычит, не на него, — пояснила Ника.

— Никого не напоминает?

— Анастасия Михайловна? — удивилась Вероника.

— Так. Потом черная пантера.

— Хочет напасть на Сережу…. Это вы? — с ужасом догадалась Ника.

— Ну, можно так сказать. Нападать на парня я не собираюсь, но то, что он не твой человек, знаю точно. Рыжей ведьмы уже нет — собака ушла.

— Черная пантера тоже уходит… — задумчиво произнесла Ника.

— Да, — мягко улыбнулась тетушка, — мне тоже скоро придется уехать отсюда.

— Как! — воскликнула племянница.

— Не волнуйся. Я всегда буду на связи, с тобой останутся Север и дом. Это твоя помощь. Еще кое-чему подучу тебя и уеду.

— Это потому, что долго живете на одном месте? — догадалась Ника.

— Да, это уже становится подозрительно, а быть старухой мне надоело. Хочется стать помоложе и еще повеселиться и попутешествовать. Я сюда приезжать не смогу, а вот ты с родителями всегда сможешь приехать ко мне в Испанию.

— Что-то очень много событий и информации сегодня, — Ника облокотилась на спинку кресла.

— Ничего, ты справишься.

— И как же все-таки быть с незнакомцем? По снам получается, что он моя вторая половина?

— Этого я не знаю. Но точно скажу, что это будет близкий тебе человек. Он будет рядом и будет помогать. Когда?… тоже не знаю.

— ВерОника, дорогая моя, а ты можешь не бросать меня здесь? Мне страшно! Я ничего не умею и не знаю!

— Все решится, учись! Тем более, что я пока никуда не уезжаю. Давай-ка пойдем спать, — улыбнулась тетушка, поднимаясь с кресла. Ника встала ей навстречу, крепко обняла и прижала к себе.

— Я очень тебя люблю, — прошептала она.

— И я тебя люблю, моя девочка!

Глава двадцать восьмая

Утро добрым не бывает. Вероника с трудом разлепила глаза, в мозг, как сверло вкручивался пронзительно тонкий звук звонка. Ника попыталась сфокусировать взгляд на телефоне, лежащем на тумбочке. Получилось только тогда, когда прикрыла один глаз. «Вот это меня прибило!» — подумала она. Нажала кнопку принять на телефоне и плюхнулась на спину, закрыв глаза.

— Ника, Ника! — раздался высокий женский голос.