Татьяна Полозова – Волк в овечьей шкуре (страница 29)

–Ну и что насчет допроса?

–А что насчет допроса? – Со скучающим видом переспросила Крис.

–Что вы рассказали им? – Уточнил Джеффри, искоса глянув на девушку.

–Оу, малыш Джефф, пытается разузнать предатели мы или нет. – Поддразнивая, затянулась Кристина своей сигаретой с противным вишневым ароматом.

–Крис! Включи, наконец, мозги! – Накричал на нее Джеффри, но та никак не отреагировала.

Официантка, принесшая заказ, охватила быстрым взглядом всю компанию и, оценив накаленную обстановку, благоразумно удалилась.

–Да, ладно тебе Джефф, не тебя же пришьют следующим. Ты слегка не в его вкусе. – Истерично захохотав, отметила Кристина.

–Но ты под угрозой, ты же знаешь. Только ты и осталась. – Обеспокоенно ответил Люк.

–Ой, ой, ой, – саркастически заокала девушка и, перегнувшись через стол, вплотную подвела свое лицо к лицу старшего Смита, – ты стал беспокоиться о моей безопасности, братец? В кои то веке?

–Кристина, ты можешь хотя бы сейчас не вспоминать о прошлом!? Кажется, что мы уже все выяснили. – Воскликнул Сайрус.

–Глядите, кто заговорил?! Младшенький! – Протянула Крис. Если бы парни не знали, что она шла из Бюро, то вполне подумали бы, что она пьяна или накачена наркотой.

Но это было скорее похоже на последние счастливые часы приговоренного к смерти, когда человек позволяет себе все, скрывая за маской веселья боль и страх.

–Крис! – Оборвал ее Джеффри, схватив за руку.

–Не смей прикасаться ко мне, паршивец. – Прошипела она и выпустила клуб дыма ему в лицо.

Джеффри отсел подальше и больше не посмел даже посмотреть на нее.

–Я знаю, что из всей пятерки осталась только я. И что? Вы привяжете меня к батарее и будете по очереди охранять? Оу, тогда я, пожалуй, хочу начать с Люка – он все-таки проверенный годами. – Кристина соблазнительно облизала губы и расстегнула верхнюю пуговицу на своей клетчатой блузке.

–Крис! – Люк взмахнул рукой, в порыве остановить ее.

–Да, ладно, тебе, крепыш. Все будет благопристойно. – Она подмигнула ему и вмиг посерьезнела. – Я знаю, что вы переживаете за меня ребята, но защитники мне не нужны. Я думаю, что смогу решить эту проблему сама. – Она подчеркнула интонацией последнее слово и, встав из-за столика, бросила пару купюр. – Веселитесь, ребята. И еще – если сегодня последний день нашей встречи, то я хочу сказать, что люблю вас, какими бы говнюками вы не были.

Молодые люди хотели бы остановить ее, но она твердой походкой вышла из кафе и тут же поймала такси, уехав в неизвестном направлении.

Парни так и не притронулись к своим порциям.

***

Питер и я так и сидели на моей кровати. Он рассказал мне все в подробностях о том, как прошли допросы, фантазийно описав даже эмоции, которыми были полны свидетели.

–В общем, согласно их показаниям, в дни, когда были совершены убийства, Кристина находилась и с Люком, и с Сайрусом, которые при этом бессовестно врут, что только они были с ней наедине, а сама Кристина говорит, что была либо в баре, либо… – Неожиданно Питер прервался, и я догадалась, каким должно было быть окончание фразы.

–Все нормально, Марлини. – Я кивнула с пониманием и он продолжил.

–Она была с Майклом в тот день, когда была убита Аманда O’Нил. Гордон должен это подтвердить. – Напарник настороженно посмотрел на меня, когда я опустила голову. – Что, Кет? Что такое?

–Просто, – я всхлипнула, хотя слез и не было. – Просто Майкл был у меня тогда. Сегодня я решила все вспомнить до точности. Я поехала в квартиру Майкла около одиннадцати. Не пробыв там больше пяти минут, я сразу вернулась домой. Значит, была уже полночь. – Констатировала я, а Питер кивал, словно записывал факты в невидимый органайзер в своей голове. – Я долго плакала и слышала, как Гордон скребся в мою дверь, думаю, это было около двух часов ночи. То есть…

–То есть, если он не вернулся к Крис, то мог бы убить Аманду. – Закончил за меня напарник. – Ты думаешь, это он?

Я пожала плечами.

–У меня несколько версий. Первая – убийца кто-то из братьев Смит. Ты сам говорил, что убийца проецирует ненависть к одной женщине на других. По каким-то причинам, он не способен убить ту, кто реально причиняет ему страдания, поэтому убивает похожих на нее. Всех девушек, так или иначе, объединяет одно – откровенно разгульный образ жизни. Смиты были влюблены в Кристину – она отвергала их и они возненавидели ее за это, но убить ее не могли – поэтому вымещали ненависть на Бриджид, Аманде или Габриэль. Кстати, проверили эту Габриэль? – Перевела я тему разговора.

–А, да. – Отвлеченно проговорил Питер. – Тоже не брезговала мужским вниманием. Приходила в «Лагуну», цепляла мальчиков, причем предпочитала именно молоденьких ребят – не старше двадцати.

–Ахахаха, прямо воплощение миссис Робинсон⁹. – Я закатилась хохотом и, забыв о боли, запрокинула голову назад. – Знаешь, я только один раз захотела иметь другую фамилию – после просмотра «Выпускника». – Я все еще сдавленно хихикала, смотря, как радуется напарник моему настроению.

Питер сам с трудом подавил смех, но, прокашлявшись, спросил:

–Но ты сказала, что у тебя несколько версий? Какая вторая?

Я сглотнула и продолжила.

–Мы зациклились на том, что маньяк – обязательно мужчина и ходили вокруг этого. А что, если все было ошибочно изначально. Что если убивает женщина?

–Например, Кристина? – Предположил Питер.

–Да. – Согласилась я. – Она знала девушек, или просто виделась с ними в баре, она могла бы задушить их. – Я потянулась к подушке, под которой у меня лежал дневник первой жертвы – Глории Хейворт. Питер попытался помочь мне, но я остановила его. – Смотри, – я уселась поудобнее и открыла книжку на странице, где загнула листок. – Здесь написано, что Крис тоже была знакома с этим таинственным «М» и Глория подозревала, что та тоже влюблена в него. Что если Кристина убила Глорию из ревности к этому мистеру М, потом узнала, что Бриджид посвящена в подробности и убила и ее. Потом появляется Аманда со своими преследованиями и записями. И девушки следуют за Хейворт. Ну и под конец Габриэль. Только вот еще не понятно почему. – Огорченно выдохнув, закончила я.

–Как я посмотрю, ты провела день продуктивнее меня. – Одобрительно улыбнулся Питер. – Что насчет Кристины, то это предположение мне кажется интересным, а вот по поводу Смитов, – он поморщился и покачал головой. – Я видел их. Они не ненавидят Крис. Любят ее – да, беззаветно, преданно, слепо, но ни капли ненависти.

–Питер, ты забыл, что ненависть может прятаться под разными масками, в том числе и за любовью. Я ведь и не отрицаю, что они и любят ее, но…

–Я знаю, что ты хочешь сказать, но они не такие. – Марлини осекся, проглотив последние слова, которые я договорила сама.

–Не такие как Майкл. – Я опустила взгляд. – Когда ты прав, ты прав. – Согласилась я.

–Кетрин.

Он аккуратно притянул меня за плечи и прижал к себе.

–Ты сказала, что он избил тебя за то, что ты не стала защищать его. Почему? Почему ты тогда сказала то, что сказала?

–Потому что я так думаю, и Гордон не вышибет из меня этого. Ты мой напарник и даже если все отвернутся от тебя, если ты будешь ходить на ушах по ковру в кабинете Теренса, я все равно буду гордиться, что ты мой.

Я почувствовала, как расплывается улыбка на лице Марлини, и он еле слышно прошептал мне:

–Я не умею ходить на ушах.

–Тогда ты не дашь мне повод для стыда.

***

Кристина остановила такси на 15-ой Стрит у Джерман-Гарден, идя по мокрому, после ночного дождя тротуару, выглядывая за чугунный забор, и, смотря через зацветающие каштаны на белый шпиль мемориала Вашингтону.

Она вспомнила, как первый раз приехала в столицу. Вместе с Глорией они вышли станции метро рядом с Ареной Стейдж, прогулялись до спорткомплекса Джефферсона, заглянули в пару забегаловок перехватить кофе с круассанами, прошлись по набережной, еще покатались на метро и вышли как раз у этого мемориала.

Она уже даже не помнила было это лето или осень. Все покрылось пылью забвения. Все, за исключением черных глаз подруги. Иногда, Кристина ненавидела ее за излишнюю откровенность с посторонними. После всего того, что Глория пережила, она по-прежнему верила людям, верила в хорошее, верила, что получит вознаграждение за годы истязаний. Это было недоступно Кристине – девушка оставила свой оптимизм на той кухне, где ее практически изнасиловал отчим, а веру в человечество в саду, где узнала, что ее ближайшие друзья оставили ее в одиночестве, когда только их поддержка и оставалась. Возможно, Крис, поэтому завидовала Глории, ее жизнелюбию, которого не испытывала сама.

Кристина вспоминала как восхищенно, по-детски наивно смотрела Глория на этот шпиль Вашингтона, как она смущенно хихикала над глупыми шутками подруги, как они соблазняли одним взглядом уборщика в парке и потом закатывались смехом, прячась за деревьями. Крис вспоминала, как они измазались в ванильном мороженом и стирали пятна с лица, заглядывая в окна припаркованных автомобилей. В одном из них мирно спал пожилой американец, судя по внешности восточного происхождения, и девушки купили большой цветной леденец и засунули его под стеклоочиститель.

Сегодня все превратилось в прах и казалось небылью. Внутри душу выгрызало чувство неопределенности из-за того, что она не могла знать тайны смерти Глории, не знала имени ее убийцы, что смешивалось с растущим грузом страха того, что и она скоро последует за ней.