Татьяна Полозова – Десять казней египетских (страница 3)

Женщина задумалась над тем, как Питер будет праздновать Рождество. Конечно, ответ был очевиден. Теперь у Питера появилась постоянная подружка, нет, девушка. Хорошая, милая и верная. И, кажется, он был в нее влюблен. Он будет с ней. Они устроят скромный ужин, подарят милые подарки друг другу и …

Женщина тряхнула головой, отгоняя мысли о подробностях личной жизни своего коллеги.

–Что-то не так, агент Робинсон? – Услышала она вопрос начальника и посмотрела на него.

–Нет, сэр. Все хорошо. Я слушаю Вас. – Соврала она.

–Это хорошо. – Недоверчиво произнес Теренс.

Он снова заговорил он о деле, а Кет опять погрузилась в свои раздумья.

Ей предстояло еще одно Рождество в компании с родителями, старшим братом и его невестой. Ей осточертели семейные праздники, на которых ее обязательно будут расспрашивать о Питере, о том, как у них складываются отношения и почему она редко приглашает его к ним. А она в очередной раз будет врать, что он уехал к родным и вернется только через неделю и вообще у него своя жизнь, к которой она не имеет никакого отношения, что они только друзья и ничего больше. А потом будет всю ночь бороться с подступающими слезами, рыдать от обиды и злости на саму себя, рыдать от непонимания самой себя. И мать, конечно, все это услышит, а утром будет искоса поглядывать на нее, понимая, что дочь, наверняка врет, причем врёт не только им, но и что самое страшное самой себе. Она знала, что сама вырыла себе могилу. «Могла бы быть куда менее хладнокровной!», – ругала она себя: «Он ведь извинился! Ты его простила! Он ведь дал намек! Ты могла бы отвечать не так равнодушно!» Конечно, он просто не захотел ждать, не захотел бороться. И если бы она только в тот понедельник накричала на него, ударила, закатила истерику, разнесла кабинет, сделала бы что угодно, но она предпочла строить из себя Снежную Королеву, которой все по плечу и все безразлично. Какое ей       дело до того с кем он спит?! «Это твое дело, Марлини», – все, что он заслужил. Как она могла не понять, что он спит с Терезой? Это же было так очевидно, как смотреть на картину Делакруа и видеть желание свободы, справедливости и борьбы. Питер не умел врать. По крайней мере, ей. Стоило ей тогда спросить, где он пропадал, как подозрения, что он не один, оправдались в долю секунды. Ему не нужно было отвечать. Кетрин вздохнула и посмотрела на начальника как раз в тот момент, когда он обратился к ней:

–Итак, агент Робинсон, что Вы думаете по этому поводу? – Оглушил ее вопрос Теренса. Она недоуменно посмотрела на него, вопрошая, что она должна была прокомментировать.

–Что, сэр? – Переспросила она, вкрадчиво.

–Вы можете сказать, встречались ли подобные случаи? – Удивленно повторил вопрос замдиректора.

–Подобные случаи… – Женщина посмотрела на Марлини, ища поддержки.

Тот сконфуженно улыбнулся, не зная как ей помочь. И что она пропустила?

–Да, конечно, сэр. Да. – До сих пор не понимая, что происходит, ответила она.

–То есть это уже не первый случай? – Сквозь очки подозрительно переспросил замдиректора.

Кетрин показалось, что она вся испариной покрылась под предупреждающе-строгим взглядом начальника.

–Я думаю, сэр, что мне стоит ознакомиться с этим делом поближе и тогда я смогу сказать гарантированно. – Выкрутилась она, протянув руку, чтобы взять дело.

Марлини дотронулся до ее руки и, когда она обернулась, протянул папку, которую им вручили в самом начале.

Кетрин часто заморгала, взяла дело и раскрыла его на первой странице. Она ничего не видела и не могла читать, как ребенок, страдающий дислексией, но упорно смотрела в бумаги, чтобы хоть чем-то заняться.

Генри Теренс посмотрел на Питера, отеческим, строгим взглядом «что вы опять натворили, засранцы», в недоумении таким неоднозначным поведением агента Робинсон.

–Агент, может быть, что-то произошло? – Осмотрительно спросил начальник, сильнее наклонившись над столом.

Кет подняла на него свои блестящие голубые глаза, обрамленные угольно-черной окантовкой ресниц и, быстро сморгнув, тут же опустила взгляд на бронзовую статуэтку орла на столе.

–Все в порядке. Просто не очень удачное утро.

Теренс снова строго посмотрел на мужчину, словно обвиняя его в чем-то, но, поймав тот же недоуменный взгляд в ответ, отвернулся.

–Ладно, идите. Работайте. – С предрешенностью махнул он, понимая, что большего все равно не добьется.

Агенты вышли из кабинета и тут же на девушку обрушились вопросы от напарника.

–И что с тобой сегодня? Ты хорошо спала? – Поинтересовался Питер.

Он шла так быстро, что он с трудом поспевал за ней и это при том, что она шла, погрузившись в чтение.

–Нет, все было в порядке. – Вяло ответила Кет.

–Но ты же витала в облаках! И не говори мне, что это нормально! Ты никогда…

Кетрин резко остановилась перед лифтом так, что Марлини чуть не впечатался в нее. Он захлопнула папку, отдала ее Питеру и закусила губу, размышляя над чем-то.

–Кетрин?

Лифт открылся и несколько агентов уставились на них, ожидая реакции, но Марлини махнул им рукой, дав понять, что они не поедут. Некоторые из коллег усмехнулись и теперь наверняка весь ланч будут обсуждать любовную размолвку между Робинсон и Марлини.

–Объясни, что хотел от меня Теренс? – Кет виновато улыбнулась и пожала плечами.

Марлини наклонил голову. Ладно, если она хочет играть в эту игру, он примет ее правила.

–Нас отправляют в составе группы агентов, которые должны будут следить за порядком во время встречи высших чиновников Египта и США, которая назначена как раз на канун Рождества.

–Что за встреча? – Спросила Кет, когда они зашли в лифт.

–Что-то связанное с подписанием нового контракта на межгосударственном уровне, то ли об аренде, то ли еще о чем. Нас предупредят на месте.

–А почему к этому привлекли ФБР? Ни АНБ, ни ЦРУ?

Потому что из всего ФБР едем только мы и еще пара агентов.

Марлини нажал на кнопку вызова лифта, но Кетрин помотала головой:

–Я пойду пешком.

Марлини поднял руки, сцепил их за своей головой и прикрыл глаза. Это ж ее игра, ради Бога, она может менять правила как захочет! «Ты еще не понял, что тебе ее не обыграть?» – Подумал он.

***

Несколько мужчин, одетых в черные балахоны и с повязанными на головах черными платками сидели вокруг ночного костра посреди пустыни. Огонь разгорался все ярче и его маленькие быстрые искорки брызгали во все стороны, то и дело, обжигая руки и прожигая одежду.

Мужчины медленно и терпеливо курили длинные трубки, высеченные из цельного куска дерева, и молчали. Тонкие струи дыма поднимались к небу и понемногу рассеивались, оставляя после себя только горьковатый запах, смешанный с ароматом табака.

Их наслаждение тишиной прервал молодой человек, подошедший к одному из старейшин и что-то тихо прошептавший ему на ухо. Старейшина покачал головой и жестом дал понять, чтобы гонец ушел.

–Нам принесли добрую весть. – Сухим скрипучим голосом произнес он. – Первое пророчество сбылось.

Мужчины радостно закивали головами и заговорили на древнееврейском языке. Их голоса перебивали треск полуночного костра. Слова было не разобрать, но, судя по всему, событие и правда, было довольно радостным.

–Успокойтесь! – Старейшина вознес свою руку над головой, что заставило остальных моментально замолчать. – Нам нужно расходиться. Сегодняшний день принес нам первую удачу, но это только начало. Боги Нила устранены. Кувшин Хапи навсегда опустел1.

Ему помогли встать с небольшой подушки и проводили в большой шатер, накрытый сверху яркими расшитыми тканями.

Все остальные мужчины последовали за ним, и вскоре лагерь затих, костер был потушен и только узкая полоска дыма, возносящаяся к небу, давала знать о присутствии где-то рядом людей.

***

–Хорошо, господа, мы выезжаем сегодня же. Дело государственной важности, касающееся подписания межгосударственного контракта на размещение ракет средней и малой дальности на военных базах Египта. В условиях тяжелой международной обстановки, особенно на Ближнем Востоке, существует реальная угроза серии террористических актов в Каире и его окрестностях, а также на территории всего Египта, с целью срыва переговоров.

Майкл горделиво прошагал из одного угла конференц-зала до другого, остановился у проектора и кивком головы попросил переключить слайды. Перед ним сидело более двух десятков человек в темных строгих костюмах, будто вышедших с конвейера одной фабрики, делавших их роботоподобными клонами. Майкл выделялся на их фоне лишь заносчивым выражением лица карьериста, готового растоптать все на своем пути.

–Кто-то уже взял на себя ответственность? – Спросили его из зала.

Майкл покачал головой.

–Официального подтверждения не поступало, однако, на имя одного из местных чиновников из министерства обороны поступило несколько угрожающих сообщений, суть которых говорит нам о вполне прямых целях террористов.

–Если это дело касается министерства обороны, то зачем привлекать ФБР? – Спросил еще один «человек в черном».

Гордон терпеливо выдохнул и велел переключить еще один слайд.

–Дело в том, что все это дело имеет густую пелену ритуальной подоплеки.

На проекторе появились несколько фотографий людей в черных балахонах, снятых достаточно далеко, чтобы можно было хоть что-то разобрать, затем снимки обрывков записок на странном диалекте и, наконец, фото убитого мужчины, распухшего от египетского духоты.