Татьяна Первушина – Ах, как хочется влюбиться… (страница 2)

Но «лучшие» годы были упущены, Скан страдала на трезвую голову, и вожделенная «половинка», вероятно, прошла мимо замужней тогда Агаты.

«Может, начать пить?» – мелькала в голове Скан иногда истеричная мыслишка, но Агата тут же прихлопывала ее. «Еще чего! Даже если организм и справится с подобным стрессом после стольких лет отсутствия хотя бы капли алкоголя в крови, то в моем замечательном возрасте эта самая капля будет старить лицо с космической силой, и я уж точно тогда не найду себе мужчину».

Несмотря на то, что она была уже пенсионеркой, Агате никто не давал ее возраста. Стройная, всегда с улыбкой на лице, энергичная хохотушка, она до сих пор умела быть обаятельной и нравиться мужчинам, иногда даже гораздо моложе себя. Может, благодаря аскетичному образу жизни, отказу от мясной пищи, ежедневной зарядке и увлажнению кремами лица многие давали ей лет на десять-а то и на пятнадцать меньше. Сначала она считала, что люди просто делают из вежливости ей комплименты, но потом, замечая искреннее удивление на лицах обоих полов при озвучивании ее настоящего возраста, она даже стала периодически бравировать тем, что она «на пенсии», получая при этом немалое удовольствие от произведенного услышанным эффекта.

Многие из ее подруг-одногодок давно уже прибегали к помощи косметологов, считая, что «сами морщинки не рассосутся, а щеки не поднимутся». Кололи ботекс, делали массаж лица и совершали еще много дорогостоящих и, с точки зрения мнительной Агаты, весьма опасных процедур.

Скан всегда очень боялась какого бы ни было стороннего вмешательства во внешность. Еще в студенческие годы она упрямо носила клипсы, боясь проколоть уши. Этот комплекс она приобрела еще в институтской «курилке», когда кто-то рассказал, что у одной женщины на улице вырвали дорогие серьги прямо из ушей, разорвав при этом ушные мочки.

Подцепив, видимо, в том же возрасте, страхи касаемо маникюра и педикюра (а вдруг «будет больно» или «заразу какую внесут»), Агата ухитрилась ни разу в жизни не сделать оных, чем вызывала лишь молчаливое удивление подруг, регулярно меняющих цвет ногтей.

Скан ухаживала за ногтями самостоятельно, красила их бесцветным лаком и при этом была вполне счастлива. В детстве она училась в музыкальной школе и считалась неплохой пианисткой, поэтому отсутствие модного маникюра не делало ее пальчики менее изящными.

Агата иногда даже делала себе маски для лица, следила за правильным питанием, одно время ходила в бассейн, причем, к своему удивлению, опять-таки проявив характер, самостоятельно научилась плавать…

И ждала, ждала, ждала, когда же она встретится с «мужчинойнавсюжизнь».

Но пока что все получалось аналогично тексту песни Верки Сердючки о том, «где ж он подевался… я не поняла», или, как любила говаривать ее давняя подружка Мари Пуп, «что-то принц не едет, знать бы, где подвох, то ли сам хворает, то ли конь подох.»

***

Из жизни женатиков

Они оба были молоды. Он начинающий московский бизнесмен, она всего лишь глупая двадцатилетняя москвичка-студентка. Она была стройная, симпатичная, хорошо образованная, творческая натура, амбициозная и мечтающая о «принце на белом коне», который будет Ее достоин.

Он обладал всеми теми качествами, которые весьма ценятся в женском обществе – целеустремленный, амбициозный, «идущий по головам» на вершину бизнеса. У Него была высокая спортивная фигура и европейская внешность.

Когда они встретились, то сразу поняли друг друга. Она заприметила в Нем того мачо, который выведет Ее на иной уровень жизни, поможет выбраться за границу, чтобы там по достоинству оценили Ее таланты. Он увидел в Ней эффектную молодую женщину с прекрасными манерами, с которой не стыдно появляться на публике.

Но было одно «но». Он уже был женат и не торопился начинать новые отношения. Тем более, что с Ее стороны были только лишь весьма и весьма равнодушные дружеские взгляды. Он боялся быть опозоренным и затаился на годы.

И вот однажды подвернулся удачный момент начать отношения. Они – каждый по-своему уже «созрели» для них и поняли, что эти их отношения – неизбежность, от которой не увернуться.

Но поскольку у Него дома всегда была ревнивая жена, а у Нее родители-пенсионеры, то Они стали встречаться урывками, в гостиницах или загородных апартаментах.

Жене своей Он всегда говорил, что едет в очередную командировку. Она врала родителям, что ночует у подруги.

Их встречи проходили почти всегда стандартно: недолгие беседы под шампанское или дорогое вино, потом секс, потом недолгие беседы – и «по домам».

Каждую встречу Она с неприятной для Него настойчивостью упоминала об их предварительных договоренностях о том, что Он отправит ее в Европу в одну из своих фирм. Как будто собиралась выгодно обменять секс на удачу в карьере.

Он каждый раз подтверждал свои намерения относительно Ее продвижения по карьерной лестнице, отшучиваясь на Ее вопросы, почему так долго нужно ждать. На самом деле Он просто ждал, когда Она скажет ему о своих чувствах, о том, что Она, безусловно, как кошка влюблена в Него. Он ждал этих слов от Нее на каждой их встрече. А Она, хотя и понимала, чего Он хочет он Нее, назло Ему не собиралась говорить те слова, которые Он так терпеливо ждал. Да и не любила Она Его вовсе. Он даже не привлекал Ее как мужчина, хотя «все было, как говорится, при Нем». Она просто терпела и ждала своего звездного часа.

Постепенно в их отношения змеей стала вползать обоюдная раздражительность и разочарование от не воплотившихся в жизнь ожиданий.

Встречи стали проходить все реже, беседы принимали все более ворчливый характер, словно у супругов с большим стажем, которые давно разочаровались друг в друге, но не находят в себе сил расстаться.

Через какое-то время они Оба поняли, что так дальше продолжаться не может. На одной из встреч Она обвинила Его во вранье, а Он только сердито отмалчивался или отпускал ядовитые замечания по поводу Ее материальных претензий.

Наконец случилось то, что и должно было случиться: Она изменила Ему, а Он Ей. Назло. Оба. Потому что их характеры не находили другого выхода скопившейся негативной энергии от их союза. Когда все выяснилось, они стали врагами и больше не встречались. В их сердцах осталась только пустота и разочарование.

Она снова была в поиске «принца на белом коне», а Он вернулся к жене и продолжил череду измен.

Глава 2. Соня Малевич. Любовные искания

В один из весенних вечеров героические усилия Агаты по сбору старинного французского замка из 366 пазлов были безжалостно прерваны телефонным звонком.

Скан бросила беглый взгляд на экран айфона. Так и есть. Звонила Сонечка Малевич, ее близкая подруга, тоже пенсионерка и тоже «одинокая гармонь». Субтильная блондинка с тонкой нервной организацией, Соня никак не желала примириться с вынужденным из-за раннего развода одиночеством и вечно была «в поиске».

Нажав «мышкой» на «сохранение» уже собранных пазлов, Агата, вздохнув, ответила на звонок.

Сонечка, как всегда, была явно чем-то или кем-то взволнована. Голос ее немного дрожал, она часто шмыгала носом – то ли от налетевшей на нее очередной аллергии, то ли от расстройства.

– Привет, ну, ты там чем занимаешься? – задала она дежурный вопрос.

– Как всегда, дел по горло, – решила слегка съязвить Агата, чтобы хоть как-то разрядить сгустившуюся напряженность, – подписываю очередной контракт с Брайаном Гейзером* на экранизацию моих детективов.

– Чего?!

В этот вопрос Сонечка, разумеется, не знавшая, кто такой Брайан Гейзер, вложила столько эмоционального потрясения, что Агата не решилась и дальше хулиганить, поняв, что Малевич сейчас совсем не до юмора.

– Ну чего-чего, – вздохнув, начала она, – пазлы собираю. А что, у тебя что-то случилось?

– Да трындец, – взволнованно продолжила Соня. –

Ненавижу мужиков!

Услышав от Сонечки данную тираду и поняв, что та опять поскользнулась на интернет-знакомствах, Агата самодовольно произнесла:

– А я тебе говорила, что на этих дурацких сайтах одни алкаши и наглецы. И вообще, нечего там делать таким замечательным женщинам, как мы)!

Распаляясь все больше и больше, потому что вспомнила вдруг о своих нескольких неудачных заходах на сайты знакомств, Агата хорошо поставленным голосом затараторила:

– Ой, Соня, когда уж ты угомонишься с этими сайтами знакомств! Ты только посмотри на их фотки! Это ж кошмар какой-то! У большинства мужиков огромные животы, непроспавшиеся опухшие физиономии, некоторые фоткаются для сайта знакомств прямо в трениках! Они ж нас совсем не уважают, Сонечка, понимаешь?! Мол, хавайте, бабоньки, что дают! Нас и так мало, так что поспешите, а то всех разберут!

– Ну да, ну да, – печально соглашалась Соня.

– А эти их фразочки, что, мол, времени нет, давай телефон, чего тут письма писать, надо встречаться?! А главное, они все как на подбор – либо вдовцы, либо разведенцы! Сволочи! А вот мне интересно, жены-то их знают о том, что они разведены или овдовели?!

Сонечка впервые хмыкнула. Она всегда ценила в Агате умение рассмешить даже в самые грустные моменты. А сейчас у нее, скорее всего, был именно такой момент.

– Ну, рассказывай, что там у тебя стряслось? – Наконец-то приступила к допросу с ____________________________

*Брайан Гейзер – Брайан Томас Грейзер (англ. Brian Thomas Grazer; род. 12 июля 1951 года) – американский сценарист и продюсер. Работает в киноиндустрии более 35 лет. Лауреат премии «Оскар» за фильм «Игры разума».