Татьяна Панина – Время снимать маски (страница 33)

– Извинись за меня перед Чиро, когда он приедет. Ему не понравятся мои методы.

Подумав с минуту, Майк провел рукой по волосам и вздохнул.

– Я пойду с тобой.

– Ты нужен здесь, – отрезал стрелок. – Больше некому их защитить.

Майк взглянул на него, но промолчал. Снова пауза. Шутер решил сменить тему.

– Ты что-нибудь слышал про Оуксвилл?

– Деревня-призрак?

– Так вы ее называете? – он передёрнул плечами и поморщился.

– Говорят, по ночам там можно увидеть привидений. Ее сожгли дотла, когда я был ещё мальчишкой. Никто не выжил.

– Так говорят? – по телу Шутера пробежала мелкая дрожь. – Может быть, ты знаешь, кто это сделал?

– Никто не знает. Местные считают, что это устроили мексиканцы, другие грешат на индейцев. Но правды уже не найдешь. Мертвецы не разговаривают.

– Знаешь старика Каррингтона?

– Этого чудака? Да кто его не знает! Постоянно молчит, в доме ни одной свечки, ходит словно тень.

Молли позвала всех ужинать и разговор оборвался. Шутер пропустил вперёд Майка и вошёл в дом, заперев за собой дверь. Потом сходил за чистой рубашкой и взялся за еду, предварительно переставив стул спинкой к стене и лицом ко входу. В глазах Билли отразилось непонимание, но Майк взглядом остановил его вопрос.

Ужин продолжался недолго. Неожиданно стрелок отложил тарелку и, вставая, нащупал револьвер. Он подошёл к окну и осторожно выглянул.

– Уйдите, – обратился он к Молли, затем взял ружье и бросил Майку. – Не встревай раньше времени.

Все, кроме двух мужчин, спрятались в дальней комнате. Когда шериф с офицером оказались на расстоянии десяти шагов от дома, Шутер распахнул дверь и встал в проеме. Всадники спешились.

– Убери свою пушку, – произнес Прайс. – Мы с тобой не враги. Я не затем сюда приехал.

– Но взял с собой подмогу.

– После того, что ты выдал, я побоялся ехать один. В последнее время ты сильно изменился. Может объяснишь, что происходит?

– Ты перегнул палку.

Прайс подошёл к крыльцу.

– У тебя что же, разрешения надо спрашивать?

– Уясни одно, шериф, – процедил стрелок, как будто это слово было ему противно, – тех, кто живёт в моем доме, и пальцем не трогать.

– А причем тут Сандерс?

– Жаль, что до тебя не доходит, – и он плюнул ему под ноги.

Шериф начал злиться, рука потянулась к поясу.

– Это оскорбление, дружок. Хочешь пострелять?

Но тот стоял с каменным спокойствием, будто просто ждал, когда уйдут эти двое. Как непробиваемая стена, он загородил собой тех, кого считал почти что семьей. И в этой его уверенности сквозила неприкрытая, немая угроза. Обстановка накалялась.

Прайс вдруг вспомнил первую встречу с Купером и почувствовал, как спину обдало холодом. "Ганфайтера всегда выдает своеобразная манера носить оружие". Он опустил взгляд на оружейный пояс Шутера. Кончик пальца почти касался кобуры, а сам стрелок казался максимально сосредоточенным и напряженным, как заведенная пружина, готовая в любую секунду сорваться.

– Послушай, – губы шерифа пересохли. – Согласен, в чем-то может я не прав. Но у нас с тобой одно дело. И нужно довести его до конца.

Не дослушав, Шутер перевел взгляд на дорогу, где в появившемся облаке пыли мелькнул ещё один всадник. За ним, на небольшом расстоянии, ехали еще двое.

Фитчер посмотрел туда же.

– К нам гости.

Это был Люк Каррингтон. Спрыгнув с коня после бешеной скачки, он подбежал к крыльцу, собираясь что-то сообщить, но помедлил, бросив взгляд на каждого в отдельности.

– К чему такая спешка? – шериф был рад, что обстановка разрядилась. – Что за новости? Говори!

Стрелок согласно кивнул.

– Ваш человек, – сказал Прайсу прибывший, – которого вы наняли, убил солдата. Они играли в карты, но тот, со змеиными глазами, все проиграл. Я видел, как он поймал его за углом и застрелил в упор.

Шутер стиснул зубы. История повторилась, и повторится ещё не раз, пока он не разрубит чертов узел.

– Вот что я нашел там, – Люк протянул руку, но Шутер уже знал, что увидит. Черный туз с красным крестом посередине.

Он медленно взялся за рукоятку револьвера, и холодный металл блеснул, дюйм за дюймом появляясь из кобуры. Грудь стрелка вздымалась, а глаза загорелись темным пламенем. Почуяв перемену, шериф в страхе попятился. А Фитчер пораженно сверлил обоих взглядом.

За спиной Шутера появился Майк и тихо произнес:

– Не надо. Не сейчас.

Стрелок не шевельнулся. В нем шла отчаянная борьба с самим собой. В эту минуту он чувствовал дикое желание убить человека, стоящего перед ним, и положить конец всем проблемам. Но он поклялся священнику. И себе. Оружие опустилось обратно в кобуру.

– Люк, – сказал он хрипло, – убери их отсюда.

– Сэр, – парень коснулся руки шерифа, но тот вдруг как с цепи сорвался.

Не скрывая ярости, Прайс запрыгнул в седло и развернул лошадь навстречу двум подъезжающим – ими оказались местный лавочник и бармен.

– Черт возьми, Шутер! – не выдержав, он дернул повод и снова оглянулся, его терзал вопрос. – Еще немного и я поверю в чужие бредни!

На лице стрелка появился интерес.

– Кое-кто наплел мне, что ты ведешь двойную игру. Естественно, я не поверил! Но твои странные поступки все больше вводят меня в заблуждение. Ответь как мужчина: ты все еще на моей стороне?

– Скажу тебе прямо, раз такое дело, – Шутер усмирил свои нервы, голос звучал ровно и грозно, как натянутая струна. – Ты слишком увлекся и все больше становишься похожим на своих псов. А вести дела с убийцами не в моем вкусе.

– И готов отказаться от всего, что я тебе даю?

– Лучше жить бедным, чем с клеймом на лбу. И даже твоя дочь не спасет положения.

– Ах да, ты же нашел ей замену! – усмехнулся шериф. – Поддался речам этой сладкоголосой красавицы. Видели мы, как вы воркуете в уединении!

Сзади чертыхнулся Майк, а глаза Шутера метнулись к офицеру. Тот улыбался.

– Так и есть, – нагло произнес он. – Разве ты не держал ее за руку, когда…

– Заткнись! – стрелок пока еще совладал с собой, но каждое слово больно впивалось в мозг.

– Пусть скажет, Генри, – Майк боком обошел Шутера и сжал ружье так, что костяшки пальцев побелели.

Генри?! Брови Прайса ошарашенно поползли наверх. Он нервозно затеребил воротник, как будто стало трудно дышать.

– Не слушай его! – Шутер был непоколебим.

– Хороши друзья! Не можете поделить одну женщину, – Фитчер наслаждался превосходством.

– Ты свое не упустишь, верно, офицер? – стрелок понизил голос, он боялся, что Майк сорвётся, но и сам уже был на пределе.

Бармен и лавочник держались в стороне, оставаясь наблюдателями. Люк мрачно следил за сценой. Фитчер резво повернулся к напарнику.

– Знаешь, шериф, а ведь табачник был прав! Теперь мы видим его настоящее лицо, но не знаем настоящего имени.

Прайс побледнел.