Татьяна Олейник – Пропавшая (страница 20)
Подниматься на шестой этаж на лифте я отказалась, не потому что побоялась, просто захотела воссоздать все, как было раньше, и оттянуть момент.
Макс открыл дверь, и первый вошел в квартиру, затем Снежанна.
Переступая порог, я затаила дыхание. Калейдоскоп воспоминаний закружился перед глазами, и только теперь я, наконец-то, осознала, что родителей больше нет. Присутствие дочери заставило держать себя в руках и не расплакаться. Это потом я вдоволь наревелась на могилке, сожалея, что так и не удалось застать родителей живыми.
Жизнь начала налаживаться.
Максим помог восстановить все документы. В больнице мне поставили диагноз: «Локализованная диссоциативная потеря памяти на фоне психологической травмы». Поставили на учет в психиатрическом диспансере, назначили лечение и сеансы у психотерапевта.
Не обошлось и без посещения полиции. Следователь вызывал к себе на дачу показаний, но я настаивала на том, что ничего не помню, и справка из больницы была как нельзя кстати.
Снежанна сначала жила на два дома, а потом и вовсе переехала ко мне. Макс со своей женой были против этого и пытались повлиять на неуправляемого подростка, но ни одна попытка вразумить дочку не увенчалась успехом.
Немного поспорив и повздыхав, сошлись на том, что Снежа будет иногда ночевать у отца.
Я нашла свой диплом и, пройдя курс повышения квалификации, устроилась в строительную компанию в отдел логистики.
Конечно, были и неприятные моменты. Я стала местной знаменитостью. Каждый старик и ребенок знал о пропавшей восемь лет назад и чудом нашедшейся женщине. Местные журналисты несколько раз пытались взять у меня интервью, но я отказывала, не желая становиться известной на всю страну, достаточно родного города.
На улице или в магазине часто замечала на себе заинтересованные взгляды, но старалась не придавать им значения. А на работе некоторые коллеги перешептывались за спиной, строя нелепые предположения о том, что же со мной случилось и где я пропадала все это время. Благодаря хорошему слуху, мне был слышен каждый их шепот.
Но до всех пересудов мне не было абсолютно никакого дела. Жизнь вертелась только вокруг дочери. Отношения с ней сложились замечательно, а Макс, видя, что я положительно влияю на ее поведение и учебу, перестал сердиться и все внимание переключил на второго ребенка и жену. С ним я старалась лишний раз не пересекаться, потому что чувствовала его неловкость и вину.
Однажды сказала ему, что он ни в чем не виноват, и я не сержусь и на его любовь не претендую. Его жена Марина так и не смогла отнестись ко мне с пониманием или хотя бы нейтрально и всячески избегала встречи со мной, делая огромную услугу, так как я тоже была не готова уделять ей внимание.
Все свободное время мы со Снежанной проводили вместе. Я провожала ее в школу, а она встречала меня с работы. Потом мы обязательно шли в магазин, покупали продукты для ужина и вместе готовили. Это стало нашим ежедневным и веселым ритуалом. Каждые выходные мы куда-нибудь выбирались: в кино, в театр, даже на дискотеку пару раз сходили.
Но, несмотря на счастливое время, я не забывала о том, что со мной произошло, а Гора снился каждую ночь. Наверное, я скучала.
Все случилось под Новый год. Мы со Снежанной готовили праздничные салаты, когда заговорила Альфа.
«Приближение агрессивно настроенных субъектов: четыре вооруженных мужчины движутся к квартире с целью задержания. Рекомендую не оказывать сопротивление и сохранять в тайне всю необходимую информацию» — голос в голове прозвучал, как гром среди ясного неба.
— Снежа, тебе нужно спрятаться, — ничего не объясняя, потянула ее в спальню и запихнула в шкаф. В коридоре раздалась переливчатая трель дверного звонка. — Сиди тут и не шевелись. А когда все уйдут, позвони отцу и попроси, чтобы он тебя забрал.
— Мама, что происходит?
— Не знаю, но как разберусь, сразу же вернусь. С отцом никуда не вмешивайтесь. Ты меня поняла? — дочка испуганно кивнула.
В дверь начали непрерывно трезвонить, вынудив меня быстро поцеловать Снежанну и плотно прикрыть шкаф.
Торопливо накинула кофту с длинными рукавами, чтобы скрыть браслеты Альфы и, приняв невозмутимый вид, открыла дверь.
Вместо четырех за дверью стояли два солидно одетых бугая.
— Ирина Александровна?
— Да.
— Вынуждены попросить вас проследовать с нами.
— А в чем, собственно, дело? И кто вы такие? — логичный вопрос напросился сам собой, так как джентльмены бандитской наружности не удосужились предъявить документы.
— Федеральная Служба Безопасности, — тот, что пониже, помахал перед моим лицом раскрытым удостоверением. Гончарин Эдуард Владиславович — успела прочитать имя сотрудника, а Альфа подтвердила подлинность документа, и я немного успокоилась, наивно предположив, что от их внимания моей семье вреда не будет.
— Но я ведь уже рассказала следователю все, о чем смогла вспомнить, — сделала вид, будто ничего не понимаю.
— У нас возникли некоторые вопросы. Это всего лишь формальность и много времени не займет, — мужчина улыбнулся. Видимо, они хотели все сделать тихо и не привлекать лишнего внимания.
— Хорошо. Сейчас оденусь и выйду, — хотела закрыть дверь, но второй мужчина придержал ее рукой.
— Вы одна? — он заглянул в квартиру через мое плечо.
— Да.
Меня нагло отодвинули в сторону и без разрешения вошли в коридор.
— Поторопитесь и без глупостей, — Эдуард прошелся по квартире, заглянул в каждую комнату.
Я быстро обула зимние ботинки и накинула красный, длинный пуховик.
— Все, можем идти, — торопливо взяла сумку и выключила свет на кухне, стараясь не смотреть на спальню. К счастью, Снежанна сидела так тихо, что даже мне было слышно лишь ее прерывистое дыхание.
Удовлетворившись беглым осмотром квартиры, мужчины вышли и дождались, когда я закрою дверь на ключ.
У подъезда стоял черный внедорожник. Окна были тонированы только с пассажирской стороны, поэтому я сразу увидела, что в машине еще двое сотрудников.
Альфа никогда не ошибается.
Я сидела посередине, зажатая между двух мужчин, и внимательно следила за дорогой.
Покинув центральную улицу, водитель свернул на объездную дорогу и направился в сторону аэропорта.
— Вы же сказали, что разговор много времени не займет, а сами собрались вывезти меня из города! Немедленно остановите машину! — возмутилась я и скривила недовольное лицо.
— Ведите себя благоразумно, вы же не хотите, чтобы ваша дочь присоединилась к нам. Не так ли? — Эдуард угрожающе улыбнулся. — Будете делать то, что вам скажут, и ничего с вашими близкими не случится.
Аргумент оказался весомым, и я замолчала, задумчиво уставившись в окно.
— Разумное решение, — безопасник правильно расценил мое молчание.
Конечно, четыре человека для меня не помеха. Можно было бы легко расправиться с ними и сбежать, прихватив с собой дочь. Но я не хотела такой жизни для Снежанны, поэтому осталась на месте, решив узнать, что от меня хотят.
В аэропорту нас ждал частный самолет. Перед взлетом я попросила разрешения позвонить бывшему мужу, но Эдуард отказал.
Два часа полета и мы приземлились в маленьком аэропорту где-то в глубинке. Мне надели черный мешок на голову и, заломив руки за спину, повели неизвестно куда.
Я не переживала по этому поводу. Если потребуется Альфа, легко определит местоположение и найдет дорогу домой. Да и вреда эти люди не смогут мне причинить, даже если сильно захотят.
После короткого перехода, меня усадили на жесткое сидение. Над головой раздался гул, он быстро нарастал и стал оглушительным.
«Вертолет, все ясно. Видимо, теперь направляемся в труднодоступное место».
Около часа я слушала шум лопастей и постоянно подпрыгивала от турбулентности. Стараясь не думать о плохом, терялась в догадках, как спецслужбы узнали про меня.
Мешок с головы сняли только в закрытом помещении, где стоял стол и всего два стула. Я села на один из них и стала ждать, когда же начнется допрос.
Оглядев помещение не нашла ничего интересного, кроме большого зеркала. Приглядевшись, смогла увидеть несколько человек с другой стороны.
Они разговаривали и с интересом поглядывали на меня.
Металлическая дверь скрипнула, и мое одиночество разбавил солидный мужчина средних лет. На вид непримечательная внешность, тусклый цвет глаз, но цепкий взгляд.
— Здравствуйте, Ирина Александровна. Рад, что вы смогли выделить для нас время, — закинул он удочку провокации. Но я лишь улыбнулась. — Меня зовут Дмитрий Андреевич. Наша беседа пройдет в форме вопрос – ответ. Мой вопрос, ваш ответ. Думаю, это понятно. И только от вас зависит, как долго будет проходить беседа.
Мужчина выждал паузу, дав возможность мне сказать свое слово.
— Что ж, тогда приступим, — он криво улыбнулся, не дождавшись от меня никакой реакции.
Дальше последовали уточняющие вопросы из моей биографии: паспортные данные, адрес, состав семьи, где училась, где родилась и тому подобное. На все вопросы отвечала: — «Верно». Либо: — «Не верно», если данные специально были изменены.
— Состояли или состоите ли вы в террористических организациях?
— Нет.
— Являетесь ли вы иностранным агентом?