Татьяна Оболенская – Русалка Сальвадора Дали (страница 6)

– Поворачивайте в Москву, – обратилась Славка к таксисту, – я все оплачу.

Таксист лениво кивнул и развернул автомобиль прямо по сплошной полосе, и автомобиль понесся теперь уже в сторону Москвы.

Глава 5

Власов был не просто зол на себя, он был взбешен. Какого черта! Он что, с ума сошел? В жизни не позволял себе ничего подобного! Идиот! Хотя эта секретарша, которую он сегодня трахал, Катя, кажется, строит ему глазки уже полгода. Но сегодня, когда уже никого не было в офисе, и он сам собирался уходить, она заглянула к нему в кабинет, что-то спросила, какую-то ерунду, он даже и не помнит. Слово за слово. А потом… Потом он и сам не понял, как все это получилось. Девица уселась на стол и раздвинула ноги. И оказалось, что у нее под юбкой не было нижнего белья. Инстинкт сработал что ли? В голову ударила кровь, и он…Он забыл все в тот момент, даже то, что сегодня весь день думал о Славке и представлял, как она спит в его постели, такая трогательная, нежная и невероятно красивая. Как он вернется домой, и они с ней займутся любовью на кухонном столе. Как это было вчера, когда вернулись из аэропорта и не дошли до спальни. Может быть, поэтому он и повелся на эту девицу?

– К черту уволю эту секретаршу, завтра же! – решил Власов, уже придя домой, когда выяснил, что Славка исчезла. – И завтра же узнаю в отделе кадров Славкин домашний адрес.

Но оказалось, что в отделе кадров ее адреса просто нет.

– Почему? – он угрожающе сверлил переносицу Галины Петровны, когда она в растерянности перебирала личное дело Вересовой Ярославы Викторовны. В тоненькой папочке находилось заявление о приеме на работу и все.

– Как такое может быть, Галина Петровна, – зло прошипел Власов. – В личном деле, по крайней мере, должна быть ксерокопия паспорта и договор. Не так ли?

– Они были, – чуть не плакала Галина Петровна. – Сегодня прямо к началу работы пришла Вересова и предупредила, что по семейным обстоятельствам увольняется. Я, конечно, удивилась. Хотела предупредить вас, но она заверила, что вы в курсе дела. Потом ей стало плохо. Она и правда с утра неважно выглядела, бледная какая-то, белая просто, как полотно. Она попросила воды, если можно из кулера. Я вышла, чтобы ей принести свежей и холодной воды. А когда вернулась, ее уже не было в кабинете.

– Галина Петровна, вы с ума сошли! – взревел разбуженным медведем Власов. – Вы оставляете одну девушку в отделе кадров? Девушку, которая даже не является штатной сотрудницей фирмы, которая работает у нас только две недели?

Галина Петровна стояла вся пунцовая, дрожащими руками завязывая и развязывая уже никому ненужную папку с личным делом Ярославы Вересовой.

– Вы меня теперь уволите? – тихо спросила она, не поднимая на шефа глаз.

Власов в сердцах выматерился и вышел, так громко хлопнув дверью, что посыпалась штукатурка.

– Ай да, Славка! Ай да, молодца! Это же надо, придумала, как провести доверчивую Галину Петровну! Неужели чувствовала, что я буду ее искать? – Власов сидел в кресле, в своем кабинете и в соцсетях вбивал «Вересова Ярослава Викторовна». Но, к сожалению, ничего не нашел. Очевидно, информация была недавно удалена. – Она, конечно, была оскорблена, – размышлял Александр. – После нашей фантастической недели в Париже, такой прозаичный конец! А если бы я застал ее в подобной ситуации? – он представил подобное и скрипнул зубами. – Убил бы! Т-а-к, и где мне теперь ее искать? Она, кажется, говорила, что учится в университете на факультете журналистики. Интересно, в каком? Может в МГУ? Сначала нужно попробовать поискать в МГУ. Хотя завтра наклевывается командировка. Придется отложить поиски до лучших времен.

Славка два дня пластом лежала в кровати. Она даже не ела, только пила воду и спала. Спала она все время. Сон для нее стал спасением. Во время сна она забывалась и немного успокаивалась. А на третий день, Славка неожиданно почувствовала, что боль притупилась, и она смогла здраво размышлять.

– А что особенного, собственно произошло? Да, у меня с Власовым была фантастическая неделя в Париже. Я поехала туда с ним, потому, что очень хотела этого. Я люблю его, и думала, что он тоже любит меня. Но для него это, очевидно, было просто хорошее времяпрепровождение и все, хороший секс. Неделя прошла, как сказка, и началась проза жизни. А Власов не ангел, он обычный мужчина, с обычными мужскими инстинктами. Ему хотелось получить меня, он получил, так сказать, сбил оскомину, наелся меня досыта и все! В конце концов, он ни к чему меня не принуждал и не насиловал. И нечего устраивать из всего этого трагедию. Нужно просто все понять и принять, что Власов не герой моего романа. Конец моей любви! Но жизнь продолжается и нужно научиться жить без него.

Она все поняла и приняла. Но встречаться и общаться с Власовым больше не собиралась. Ни к чему это!

– А вдруг Власов решит искать меня, – промелькнула у нее мысль, и она тут же отбросила ее. – Он не знает, где меня искать. Ксерокопию паспорта и договор из отдела кадров я забрала. Университет! – осенило Славку. – Он на раз вычислит меня, если будет искать в МГУ. Хотя, я не говорила ему, что учусь именно там. Факультет журналистики есть во многих вузах. Конечно, МГУ в приоритете. И что делать? – и неожиданно «гениальная мысль» посетила Славку. – А что, если поменять фамилию Вересова на Огневу? – Дед давно хотел, чтобы я взяла его фамилию. Решено!

Вот так она и сделала, и через несколько дней Ярослава Викторовна Вересова превратилась в Ярославу Викторовну Огневу, не оставив ни одного шанса господину Власову, если он вдруг попробует искать свою сбежавшую любовницу. Хотя, зачем ему ее искать? Намного проще завести новую, например, ту самую секретаршу Катю, с которой он занялся сексом на столе сразу же после бурной ночи со Славкой. Флаг ему в руки!

Глава 6

      Боже мой! Как плохо-то! Уже второй день Славку мутит, тошнит, и выворачивает наизнанку, как тогда, когда она отравилась в день своего совершеннолетия. А сегодня, после завтрака она еле успела добежать до туалета. Все, что она съела, благополучно отправилось в унитаз. Хорошо хоть деда дома нет, он уже неделю в командировке, а то бы точно вызвал скорую помощь. Домработница Оля, наблюдая за Славкой, ахнула и прикрыла рот рукой, чтобы не сказать что-нибудь лишнего. А Славке стало на все наплевать. Она еле добрела до кровати, рухнула туда и прикрыла глаза. Оля неслышно подошла к кровати Славки и тяжело вздохнула.

– Славочка, девочка, тебя давно тошнит?

– Два дня, – простонала Славка, не открывая глаз.

– Ты бы тест на беременность купила что ли, – посоветовала Оля.

– Что?! – Славка мгновенно села на кровать. – Какой тест, Оль, ты чего?

– Тот самый, Славочка, которым беременность проверяют, – Оля отвела глаза в сторону. – А еще лучше к врачу сходи.

– К какому врачу? – насторожилась Славка.

– К гинекологу, конечно, – еще раз вздохнула Оля. – Я думаю, ты беременна.

Славка пружинкой вскочила с кровати.

– Что, я? Этого не может быть! – ее голос от волнения зазвенел.

– Не может быть! – фыркнула Оля. – Мужчина у тебя был? Ну, в смысле, ты с мужиком спала?

Славка виновато кивнула. Оля с жалостью посмотрела на нее.

– К врачу идти надо, – уверенно сказала Оля. – И чем раньше, тем лучше. Чего тянуть?

Конечно же, Оля оказалась права. Еще бы! Она ведь двоих детей родила. Врач, к которому пришла Славка, мгновенно вынесла вердикт: беременность, четыре недели. Славка вышла из поликлиники, села на скамейку и задумалась.

– Что делать? Извечный философский вопрос. Что делать незамужней девушке, когда она узнает, что ждет ребенка, а будущий папаша ни сном, ни духом? Сама беременность не рассосется. Есть только два пути: аборт или рожать. Что делать? Убить едва зародившуюся жизнь или наоборот, дать новую? – Славка поднялась со скамейки и медленно побрела в сторону дома. Она шла и прислушивалась к себе, к тем изменениям, которые происходили с ней. И она, как ни странно, радовалась этому. Она теперь не просто Славка Вересова, ой, пардон – Огнева. Она теперь будущая мать. В ней растет и развивается новая жизнь. Плоть и кровь ее и Власова. Она мгновенно вспомнила Власова, пляшущих чертей в его бархатных глазах. И неожиданно подумала, что никогда не сделает аборт. Она родит ребенка Власова. От таких мужчин, как Власов, аборты не делают!

Константин Георгиевич сидел за столом в своем кабинете и работал. Тихо скрипнула дверь, и на пороге появилась Славка. Огнев скосил взгляд на внучку и снова уставился в компьютер.

– Дед, – тихо позвала Славка, – мне нужно с тобой поговорить. Это очень важно.

– Ну, поговори, – продолжал просматривать документ Константин Георгиевич, – я слушаю тебя.

– Дед, я беременна, – совсем тихо, как будто прошелестела Славка.

– Что? – вздрогнул Константин Георгиевич. – Ты что-то сказала? Я не расслышал.

И тут Славку как прорвало.

– Я сказала, что я беременна, – она уже почти кричала. – Да, вот такая у тебя дрянная, беспутная внучка. Позор рода Вересовых, да и Огневых. Если ты меня выгонишь из дома, будешь тысячу раз прав, я уйду, устроюсь куда-нибудь работать, хоть уборщицей. Но аборт делать я не буду. Я рожу этого ребенка, – слезы градом покатились по щекам.

Константин Георгиевич встал, подошел к внучке и прижал ее к груди.