Татьяна Нурова – Сказки тамбовской глубинки. Второй том. Тамбовский пес. Первая книга. Пламя Сварога. Вторая книга (страница 17)

– А вы знаете ведь сегодня Велесова ночь,– сказала вдруг Ирина Васильевна, глядя напряженно в темное окно.

– Что это значит,– удивился Юрий,– он что-то такое слышал, но не мог понять к чему это она ему сказала и его … как коротнуло снова знакомое чувство что здесь в этом деле не все так просто.

– Велесова ночь аналог Хэллоуина,– засмеялась Ирина Васильевна,– говорят сегодня открывается граница между миром живых и мертвых и такое событие как появление этого ребенка выглядит загадочно и мне кажется есть связь.

– М-мм… не знаю, не знаю…

От слов Ирины потянуло холодом. Юрий на нее глянул хмуро, ему пришлось столкнутся тут со странными вещами, но это не повод все сваливать на мистику разберется во всем и в этой истории, не впервой. Составив неторопливо все необходимые бумаги Юрий взял телефончик симпатичной докторши которая также в этом городе маялась от безделья, роды в этом городке стали редкостью, и она откровенно скучала по работе, как и сам Собакин.

– Оказывается мы почти с вами соседи Ирина Васильевна,– улыбнулся Юрий,– может встретимся после работы, я правда не знаю куда здесь можно пригласить девушку, но мы можем просто погулять по набережной для начала.

Он и сам удивился как слова легко слетали с языка. Девушки у него были, но … Юрий до этого знакомился с такими очень необязательными красотками не собираясь завязывать какие-то другие отношения кроме секса, а здесь то ему так не получится и … слишком уж ему понравилась Ирина и он даже запереживал согласиться она или откажет. Ирина тоже не торопилась, она внимательно осмотрела Юрия явно решая для себя что-то и … согласилась, заставив его сердце забиться чаще. Они распрощались, Юрий еще встретился с заведующей роддома, снял показания с охранника, забрал вещи малыша на экспертизу составив опись. В общем обычная, необходимая рутина затянула его надолго. Когда следственная группа поехала обратно в отделение Юрий только уже у своего кабинета вспомнил что даже не сказал девушке до свидания.

На другой день Собакин начал сбор информации на старика Федора Сергеевича Деляева, и он сам, не смотря на то, что перед ними уже лежала справка о семье составленная участковым,– сам еще раз прошелся по соседям и родным старика. О старике говорили только уважительно, он прожил всю жизнь в этом небольшом городе с женой вырастил трех детей. Две дочери с мужьями жили рядом, сын в Москве, внуки тоже все были на виду, и никто из них не пропадал. Представить, что старик где-то похитил ребенка невозможно, а где его взял он пока объяснить не мог. Юрий верил своей интуиции и подозревал что старик ему просто чего-то не договаривает и нужно с ним поговорить тихо, тактично как он и умеет. Сигналов о пропаже младенца тоже не поступало. Все службы которые имеют отношение к работе с населением,– МЧС, коммунальных работников, медиков предупредили сообщать о всех странных сигналах или разговорах.

Малыша отвезли пока в детскую областную больницу предупредив весь персонал сообщать сразу если кто будет интересоваться ребенком. Принесли справку о осмотре машины Диляева, – следов крови или чего-то подозрительного тоже не нашли. Подтвердилось и то что ребенок явно недолго находился в его машине и его следов тоже не было. Все это согласовалось с рассказом старика. Юрий хоть ему и не давали разрешения, решил все-таки поехать в больницу и просто поговорить, если получится конечно. Ближе к вечеру Юрий спокойно прошел в больницу к Диляеву предварительно взяв халат в гардеробной у санитарки которая замешкалась и не спросила куда и к кому он идет и … удачно попал как раз на время посещений. Пришлось только бахилы купить без них не впускали в больницу, а так он удачно зашел, никто не пытался его остановить или задавать какие-либо вопросы из медперсонала, разумеется. Юрий боялся что его завернут еще в приемном отделении. Будь ты хоть трижды хорошим следователем, а с врачами спорить невозможно. Он поднялся в кардиологию и постучал в пятую палату где по его данным и лежал Федор Сергеевич. В палате стояли три кровати и все они были заняты, но старика Юрий узнал сразу и направился к нему. Дорогу ему преградила жена Федора Сергеевича, которая сразу поняла, что за визитер пришел к ее мужу.

Уперев руки в бока небольшая миловидная пухленькая женщина уже в возрасте старалась выглядеть грозной,– Вы его уже довели до сердечного приступа,– стала говорить она тихо и сердито,– преступником его выставили, а сами…

Юрий поднял обе ладони вверх,– я не буду его допрашивать или обвинять, просто хочу поговорить и разобраться, я уже знаю, что Федор Сергеевич уважаемый человек и что он не совершал ничего такого, наоборот я уверен, что он спас этого мальчика. – Вы поймите, нужно ведь разобраться откуда взялся малыш, и … может его тоже ищут?

Юрий не лгал, он действительно верил в то что говорил, и чувствовал. Еще в роддоме его почему-то кольнула тревога за этого найденыша, и он уже тогда понимал, что старик его спас, но, как и почему не понимал пока. Свои догадки и чувства к делу не пришьешь и ему нужны факты.

– Леночка не сердись, мы поговорим,– раздался серый, слабый голос старика с кровати,– он прав, я ведь толком то и не объяснил, как этот малец оказался в моей машине.

Старик выглядел неважно, бледный и вытянувшийся он неподвижно лежал на кровати. Видно было что он переживает не и-за того что на старости лет попал в такую ситуацию, а именно за ребенка и что сам не может толком ничего объяснить. Как по команде соседи старика по палате и его жена вышли в коридор, а Юрий уселся рядом с кроватью.

Старик явно не знал, как ему все рассказать, стеснялся чего-то,– мальчонка то в порядке? – спросил он теребя высохшими пальцами край одеяла.

– Да он здесь же в больнице только в детском отделении, но он здоров, его пока держат на всякий случай, пока не прояснится кто он и откуда,– тихо разъяснил Юрий поняв, что старику это важно услышать.

Старик еще минутку помолчал, махнул рукой как-то обреченно и произнес,– возможно вы мне не поверите, но я вам расскажу, как все было, а вам решать сошел я с ума или нет. – Я часто езжу к другу Семену за Пригородное село, он живет там дальше всех один, дом у леса, рядом пруд, и мы там иногда пару дней с пивком и удочками просто отдыхаем, он уже давно вдовец живет один. – Я езжу что б он там не одичал, да проведать,– стал тихонько рассказывать старик, запинаясь и тщательно подбирая слова.

Юрий его не перебивал и не подгонял, чувствовал, что старик немного тянет, но не и-за того что что-то скрывает или пытается обмануть, а просто собирается с мыслями что бы объяснить подробней.

– В тот день я уехал от него уже после девяти вечера. – Семен не хотел меня отпускать в такую погоду, дорога там совсем дрянная, но мне нужно было на другой день по делам побегать. – … И я все-таки решил ехать, да и близко то здесь. – Ехал я совсем медленно, да и как быстро в такую погоду. – Дождь то лил не останавливаясь и ничего не видно, а дорогу развезло грязь, лужи. – Ехал считай по самому краю очень осторожно. – … И вот только проехал почти до Пригородного, там уже дорога получше и знаете место такое пустынное, с одной стороны дороги поля, а с другой кладбище, но не совсем рядом, а на пригорке метрах в ста от дороги. – Мокро темно и на обочине что-то мелькнуло,– старик замялся и немного покашляв произнес,– я и притормозил, и стал смотреть … и знаете страшно мне было почему-то. Старик неловко отвернулся отводя взгляд закряхтел и снова лег прямо,– так то я кладбищ не боюсь, просто не ожидал в такой поздний час там кого-то встретить, вернее рядом.

Юрий вдруг понял, старик рассказывает о том, чему сам не верит. Получалось примерно так если бы сам Юрий рассказывал кому как он прокатился на поезде призраке.

– И вот недалеко от кладбища я увидел молодую женщину на дороге со свертком в руках,– продолжал говорить старик мучительно выталкивая из себя каждое слово. – Знаете она … ну женщина эта казалась такой растерянной, напуганной, дождь льет, а она еле идет … сверток тяжел для нее. – …И я не сразу даже понял, что это она ребенка держала, на ней сверху такой плащ был целлофановый темный с капюшоном. – Вернее она вся в нем была закутана, такие плащи называют охотничьими, они знаете такие большие и широкие. – Я притормозил и говорю, – садись дочка довезу тебя до дома, а она молчит и смотрит так странно. – Я ей снова говорю, садись в машину, не бойся я тебя отвезу домой, куда ты с дитем то дойдешь по такой погоде, а тут еще и молнии совсем рядом как засверкают и … дождь еще сильней полил. – Молнии бьют и мне страшно гром гремит, и она такая мм… не знаю, как сказать то. – … Мм, а она и так бледная – бледная … вот прямо ни кровиночки в лице нет, замерзла видно же, а в раскатах молний ее лицо то я хорошо разглядел, еще удивился странность в нем какая -то была. – Знаете лицо у нее симпатичное, но… как маска неживое, не знаю, как объяснить вроде симпатичная, а мне все равно смотреть на нее страшно, хотя и понимаю, что она мне не угроза,– запутался старик и сильнее затеребил пальцами одеяло. – Сутки я уже здесь, а глаза закрою так ее лицо вижу, н-да… – Подошла она к задней двери и застыла, стоит и молчит, я сначала растерялся, а потом понял руки то у нее ребенком заняты поэтому… просто стоит и смотрит. – Я значит из машины выскочил и быстро ей дверь то и открыл, думаю еще вот дурень старый, у нее то руки, наверное, уже онемели такой кулек тащить, вот прям чувствовал, что ей тяжело, да и она такая худенькая, даже сквозь плащ видно, хоть он такой объемный. – Хотел ведь сам ребенка положить на сиденье, а она сама наклонилась к дверце, и я значит не стал мешать. – И я не оглядываясь то на свое место быстрее побежал сесть, мокро же все, и сам то весь вымок пока ей дверь открыл.