Татьяна Нурова – Лесная Ведьма. Книга первая. «Спящая Красавица»– первая часть. «Игра в куклы»– вторая часть (страница 17)

В таких районах уже не первый случай, когда в дом въезжают эмигранты, снимают одну или две квартиры. Они быстро захламляют подъезд, ругаются с соседями нападая на людей толпой. … И вскоре у обычных людей, которым деваться некуда начинались жуткие кошмары и кого-то они уже до психушки довели. Люди неосознанно понимают откуда беда, но ведь кому жаловаться то, а то и самого упекут за жалобы на кошмары в дурку. Квартиру за нормальные деньги уже не продать дураков нет. Такими соседями покупатели нынче в первую очередь интересуются и получается люди вынуждены бежать из этого дома продавая за бесценок или сдавая свою квартиру тем же таджикам. Так этот сноходец иммигрант уже давно кочевал по городу облегчая сородичам аренду и поймать его все не удавалось. Устин и в этот раз не рассчитывал, но проверить то надо. Обычно то, как только шум поднимается таджики, тут прячут своего сноходца. Устин прислушался и понял сноходец здесь. Можно сказать, ему очень повезло. Он торопился что бы те пятеро не выскочили в драку на него все вместе. Он хоть и сильный, но от толпы отбиться тяжко. Сноходец от обилия практики стал набирать силу и старушку соседку вчера увезли на скорой, а значит и до убийства недалеко. Димка ему с утра весь мозг выел, прося съездить разобраться.

Устин приготовил заклинание и вихрем влетел в большую комнату с воплем, – всех порву как тузик грелку.

Хроническая усталость превратила его в монстра и отключила ему инстинкт самосохранения. На полу завернувшись в одеяло спали трое мужчин и двое тут же смотрели телевизор громко, поэтому то они и не отреагировали на шум. Пока они оборачивались на его вопль, он сноходца определил по ауре и хищно улыбнулся. Устал он бегать за этим таджикским недомерком. Устин быстро привычным движением кинул заклинание сна на всех кроме сноходца. Магов в квартире он больше не чувствовал, а удара исподтишка опасался. Таджик, поняв, что это пришелец по его душу заверещал что-то на своем языке как недавно старуха, но колдуну было все равно. Сноходцы даже сильные обычно далеко не боевые маги, а этот то точно ему не страшен. Устин торопился и церемонится не стал, одним хорошо поставленным ударом кулака вырубил мага. Облегченно вздохнув от наступившей тишины, он быстро одел ему на палец медное простое колечко и зашептал заклинание. Дмитрию привозили такие кольца от правильных церковников. Простенькие кольца надежно блокировали магию внутри колдуна и ему самому снять с пальца «украшение» невозможно. … А если кольцо не снять, то вскоре маг умрет, сгорит от собственной магии, но и на это Устину тоже наплевать. Он его сюда не приглашал и снимать кольца не умел и даже не учился. Колдун брезгливо отряхнул руки подождал, когда кольцо растворится на пальце и спокойно, но быстро вышел из квартиры. Спускаясь вниз по лестнице вспомнил что старуху то, он не усыпил, а она могла вызвать подмогу и тогда из «Газовиков» выбраться будет весьма проблематично. … И заторопился уехать, он вымотан и ему для полного счастья только драки не хватало. Устин уже доехал до центра города практически до своего офиса, когда ему позвонил представитель старшин. Старшины в отличие от своих соотечественников жили в городе в более достойных условиях.

– Ой, – ну что ты устод – Устин так поступил то сразу, давай договоримся с тобой… – Сними кольцо с парня, он ведь погибнуть может. – Совсем нехорошо так поступать мы ведь всегда договорится можем…

Устин расхохотался и бросил трубку ругнувшись про себя что теперь достанут его звонками с просьбами. Это до них не достучится, когда нужно ему. Они вежливы, но заняты и плетут до бесконечности восточные словесные кружева делая вид что не совсем понимают его требования.

А когда он убивает или ловит в очередной раз их колдуна то в зависимости от ситуации на его голову или проклятья сыпятся или же слащавые уговоры, -ну что ты уважаемый обидел нашего человека он ведь ничего такого не делал, так баловался, пугал обидчиков.

Какие-то разумные переговоры с ними вести невозможно, они слишком вольготно тут себя чувствуют и местную власть не уважают, как и людей, живущих тут. Постоянно вежливость, принимают за слабость. На десятый по счету звонок он ответил.

Устин конечно выслушал собеседника, а потом радостно произнес, – сначала возместите убытки, женщина в больнице и это его вина.

Возмещать ущерб старшины не хотели и Устин снова положил трубку. Для себя они денег не жалеют и своих споро выкупают если те вдруг вляпаются, а нанесенный обычным людям ущерб считать не хотят. Они же не хотели никого обидеть и за что тогда платить. Пусть Димке мозг выносят доказывая, что старушка, которая в больнице первая на них напала и они только защищались. Устин решил пусть как хотят верещат, а кольцо он снимать не будет. Впрочем, он этого никогда и не делал и поэтому именно его Димка и отправил на это задание. Устин знал, что некоторые колдуны надев кольцо на очередного нарушителя берут от старшин деньги и чуть погодя снимают его, те и привыкли что все местные маги продаются. И сегодня верещат как резаные понимая, что он то на уступки не пойдет, а сноходец специалист редкий и вряд ли они еще одного такого вскоре притащат. Вроде везде он проехался быстро, а огляделся уже вечер. Колдун понял если сейчас не поест, то сам умрет от истощения. Кофе утром считать едой его желудок отказывался наотрез. Он поставил машину в гараж и с легким сердцем отправился в ресторан, мечтая плотно поесть и выспаться завтра до обеда. Рюкзак он перебросил через плечо автоматически совсем забыв про чорон лежащий в нем. Ресторан у дома ему нравился тем что там полумрак и удобный диванчик. Поев Устин осоловел как пьяный и даже немного подремал в тепле и относительной тишине. Музыку в ресторанчике всегда включали негромкую, так для общего шума. Собираясь уходить, он снова потянул за лямку рюкзак и вспомнил что лучше желательно отдать чорон сегодня что бы не тащится в гостиницу завтра рано утром. Если он не отоспится, то запросто потеряет контроль и вместо хорошего отпуска получит неприятности в лучшем случае. Да и Димка позвонил как раз скинув плату за сноходца и поблагодарив за хорошую работу.

– Устин наслышан я как ты квартиру брал, и хоть ты все четко сделал, но отдохнуть тебе нужно, отоспаться, поверь я к тебе отношусь слишком хорошо.

Колдун усмехнулся, – знаю, как ты и-за меня переживаешь, сам же без конца работой закидываешь и надеюсь ты снимать кольцо с этого недомерка не будешь, – как бы невзначай поинтересовался он.

Недавно пойманного Устином колдунишку из эмигрантов Димка по приказу сверху освободил и тот это дело отметил сразу разгулом в ресторане и двумя смертями местных жителей, которые ему не так улыбались. Поверил в свое могущество и в тот же день случайно скончался в камере.

– Нет, – отрезал непривычно строго Димка, – старушка умерла в больнице и переговоров не будет.

Раньше вместо Димки дед Устина работал с другим куратором Афанасием Платоновичем которой тоже работал в информационном отделе УВД, только вроде он, тогда как то по-другому назывался. Афанасий Платонович неприметный якут отсидел на своем месте до глубокой старости и заменить его оказалось сложно. Якутск и сейчас отрезан от большой земли огромным расстоянием, и работа здесь всегда считалась самой сложной, тяжелой. Зима бесконечно долгая и суровая, между населенными пунктами дорог практически нет и сегодня. Вот и справлялись собственными силами привлекая для помощи милиции всех местных магов. И как-то это вошло в привычку, и никто не отказывался от дополнительной работы, приглядывали друг за другом. Именно приглядывали, а не стучали это большая разница. Профилактика преступлений. По мелочи конечно и пакостили что скрывать. … И лечили за деньги, а ведь это преступлением считалось, но чтоб кровавые ритуалы устраивать или мертвяков поднимать забавы ради … такого не было. Народ здесь сам по себе мирный спокойный и даже нелюди старались вести себя скромно. Никто не замахивался на мировое господство, зарабатывали неплохо и хватало. Это уже после девяностых годов, как и везде мошенники от магии вылезли наверх, столько шаманов только в Якутске оказалось сразу и не сосчитать. … А-а-а уж как вся эта шваль людей разводит на деньги до сих пор и не пересказать. Вот настоящие маги и сплотились еще сильнее и так же стали помогать полиции, тем более нововылупленые колдуны да ведьмы крови не боялись. Афанасию Платоновичу пришлось уйти на пенсию и какое-то время его должность пустовала. Тут ведь как настоящий маг служить не пойдет, зачем ему эта лямка. Обычного человека тоже нет смысла сажать все равно ему в одиночку не справится, а отдел несмотря на огромный регион так заводить и не стали. А тут случилось что Димку молодого совсем еще мента отправили в первую чеченскую в командировку. Там на войне и открылись у него глаза на новое и непознанное причем в прямом смысле. Магических способностей у него не оказалось, а вот любую нечисть, нежить, нелюдей он видеть стал четко. Такой талант у него открылся во время рукопашной атаки. Части, в которую попал еще совсем зеленый опер не повезло с первого дня угодить в кровавую мясорубку. Когда на него с автоматом прыгнул не человек, а настоящий дикий зверь с огромной пастью он с перепугу оторвал от ящика со снарядами кривой кол … Вернее, обломанную с одного края доску и вогнал чудищу в пасть так что острие вышло наружу. После атаки, когда скидывали в кучу трупы врагов Дима заметил, что чудище так и не превратилось в человека, но никто больше этого не видел. И тогда в его голове промелькнуло что поступил он правильно и пулей он бы точно эту тварь не убил. Сослуживцы, глядя на страшный труп видели обычного дага и даже подшучивали над Димкой что тот его завалил так необычно, а вот командир уже тогда стал на него странно посматривать. Первые пару дней Димка сомневался в своем рассудке, потом заметил, что видения его не меняются. Они такие устойчивые и видит он все четко вроде такого при галлюцинациях не бывает. И сослуживцы его оказались некоторые тоже не совсем людьми, а командир его пугал больше всего светящимися в темноте зелеными глазами и тем как он умел плавно и быстро двигаться, буквально перетекать как будто у него не обычный человеческий костяк, а что-то типа желе. Командира за глаза солдаты хвалили, говорили, что он бережет людей, и Димка сам заметил, что тот на самые опасные задания отправляет именно нелюдей. Расспрашивать сам сослуживцев он боялся и жался к таким же, как и он людям. Старался избегать контактов со всеми непонятными существами не зная, чего ему ждать от них. Вроде они на одной стороне, но кто знает, что они могут… Вдруг поймут, что он их видит и … его случайно подстрелят, а кто там будет разбираться потом с какой стороны прилетела пуля. Вспомнил рассказы бабушки, над которыми всегда посмеивался и в первую очередь обзавелся серебряным крестиком и осиновым небольшим таким колышком, а кому-то еще рассказать о своих видениях он и не мог. Понимал если кто прознает, то он тут же вылетит из ментов. Их и так, когда они с командировок возвращаются даже обычные люди сторонятся. Обходят улавливая всего лишь злые взгляды рентгены парней в камуфляжной форме. Война она никого не щадит, но Димке можно сказать повезло. Командир его там в горах оказался нелюдем в хорошем смысле этого слова, и он смог разговорить Димку и объяснить ему что он не псих и своих ему боятся не стоит… и передал информацию по парню куда надо. Димку вскорости отправили учится в институт. Еще пару раз он съездил в командировки, а уже затем пошел резко вверх по карьерной лестнице без блата и знакомств удивляясь порой сам своему быстрому продвижению. Не все конечно шло гладко и поработать Димке тоже пришлось от души и получить второе образование. Он ведь теперь вел двойную систему учета, а база данных по нелюдям не должна попадать на глаза даже его сослуживцам. Проще сказать ему помогли сделать карьеру и посадить на весьма теплое и хорошо оплачиваемое место только для того что бы он приглядывал еще и за нелюдями. Афанасий Платонович первое время помогал Димке вникнуть во все реалии службы, а теперь он сам подыскивал себе ученика. Начальство расщедрилось и вроде обещало еще помощника … ну если он сам его найдет. Димка и Устин действительно как-то сработались и даже подружились, насколько это возможно.