Татьяна Нурова – Чудная Деревня. 1. Начало. 2. Скользкие вершины. 3. Русалочье озеро (страница 31)

– Хочу, – не удержалась я,– а баба Яга тоже существует?

Архип Пантелеевич посмотрел на меня странно задумчиво и вдруг стал хохотать,– ох и насмешила же ты меня девка. – Не серчай,– сказал он, – это я просто не ожидал, что ты так спросишь. – Не хотел тебя обидеть, но и удержаться не смог. – Сказки, про бабу Ягу,– это про вас целительниц. И видя мое недоумение продолжил, – Елена, я буду рад за тебя если ты сживешься с людьми и будет у тебя все хорошо в будущем. – Да и откуда тебе чего знать, твоя приемная мать Любава тебе такого точно не расскажет, так как она уже на своем месте и другого у нее не будет. – Вот ты еще совсем молода и твой талант совсем не раскрыт и кем ты еще будешь пока не известно. – Волшебницам много дано и спрос с них больше. – Я знаю, что ты ложь чуешь сильно, а потом уверен, все эмоции будешь людские видеть, да и не только людские. – Дети ночи для тебя тоже загадкой не будут. – Вот и подумай сама, как тяжело будет тебе жить среди людей. – Хорошо, коль научишься чувства отключать, а то намаешься среди людей да станешь отшельницей лесной. – И в глуши будут тебя люди доставать с просьбами, вот тебе, и сказка про бабку Ягу, ты не заморачивайся пока, жизнь покажет со временем. – А, я тебе пока другое что ни будь расскажу. – Например, вот о спрятанных кладах, зарытых в Тамбовских лесах лихими людьми. – Много кладов здесь попрятано, ты и не представляешь сколько. – Про злое Эхо, могу еще рассказать, что когда-то шалило в этих страшных непроходимых лесах и заманивало неосторожных путников, или охотников в топи болота на радость кикиморам.

Я тоже часто задумывалась о том, какая у меня будет жизнь, но пока я еще умела совсем мало и решила, пока мне нужно учиться, а там как получиться. Много, невероятно много интереснейших историй было у Архипа Пантелеевича, рассказывая он хитро поглядывал на меня, буду ли я, что ни будь просить у него. Особенно когда истории про клад были.

Не раз он заводил разговор примерно так,– вот здесь недалеко зарыта шкатулка с украшениями чудесными и если ты хочешь, то…

Я обычно улыбалась на эти слова и отвечала,– спасибо конечно, но я без сокровищ хорошо живу.

Мне, конечно посмотреть хотелось и очень чего скрывать, как он клад вообще выглядит. Но чистых кладов без проклятия не бывает, вернее их уже выбрали. А получить проклятие на смерть к браслетику или колечку мне не хотелось. Мне про клады Агриппа рассказывала, что только Хранители кладов могут любой клад взять и проклятие снять. Остальным людям и нелюдям мороки больше от тех кладов. Кто такие хранители кладов я не знала, только слышала, что Хранитель кладов редкость большая и у нас в области они не водятся, не тот масштаб. Лесной Хозяин поняв, что я к кладам равнодушна, тут же разговоры переводил на другое. Например, в какие дни лучше всего росу собирать и где, … и по интересу мне это ближе было. А то и помогал, и получалось у него это куда лучше, чем у меня. Рассказывал где и когда собирать травы надо, и на что.

– Не везде можно брать травы для лечения, – говорил он,– если место плохое, то толку чуть, а то и хуже будет. – А, в правильном месте и травы сильные, и пользы большой будут.

А еще поучал, где и как собрать траву на измор и порчу, хотя и морить я никого не собиралась, а сказки лесного хозяина все равно слушала с удовольствием. Но оказалось, что в лесу есть и очень страшные места и на одно такое лесной Хозяин меня вывел зачем, я тогда не поняла. Как-то я весь день в лесу провела устала очень, и… вроде как заплутала. Шла домой, не задумываясь ни о чем… и. Тропинка вроде знакомая натоптанная постепенно становилась уже приведя меня в незнакомое место. И хоть день был ясный солнечный в лесу, там, где я шла становилось все темнее и сумрачней, я обернулась, огляделась. Вроде правильно шла, но решила где-то я задумалась и сбилась. Повернула назад, но пройдя немного снова оказалась на том же месте. Деревья за мной стали смыкаться, а тропинка исчезать и мне оставалось только идти вперед. Вокруг стало совсем темно кроны огромных старых деревьев закрывали небо. Еще немного отшагав, я вышла на странную идеально круглую поляну, окруженную старыми кривыми, большей частью мертвыми деревьями. Травы на поляне не было, только голая, черная земля. А в середине поляны огромный каменный идол. Кто-то придал человеческие черты огромному камню. Каменная плита алтарь перед идолом, на ней непонятные выбитые в камне символы. Грубые черты идола от возраста были, как бы обветрены, расплывчаты. На алтарной плите и губах идола темные пятна, как от засохшей крови. Я вдруг осознала это жертвенник, и он действующий, а пятна действительно засохшая кровь, и здесь и сейчас на нем приносят жертвы. Энергия этого места была чудовищной… и как я это сразу не заметила. Мне еще никогда не было так страшно и одиноко, я чувствовала себя крохотной и беспомощной в ушах зазвучал, закричал детский плачь, виски сдавила боль. Тень ребенка на алтаре и много маленьких теней хороводом стали кружить вокруг меня. Неприкаянные души убитых почувствовала я здесь, и холод вдруг вокруг меня нарастал, давил… и гнал отсюда. Я слышала в голове крик, – беги отсюда, спасайся, пока можешь. Бросилась бежать с поляны увидев просвет между деревьями. Бежала не глядя, ударялась о деревья, цеплялась за кустарники, но вырывалась и снова бежала не чувствуя боли от порезов и ушибов. Главное мне было выбраться оттуда, и как можно дальше. Я не помню, как, наконец, закончился этот страшный лес, вот он только был, и … как черту перешла. Когда я вывалилась в обычный нормальный лес поскользнулась, упала и заплакала, меня трясло и знобило.

И – за дерева, вышел лесной Хозяин с виноватым видом,– Ох и напугалась же ты, – проговорил он.

– Зачем вы это мне показали и завели туда? – закричала я вне себя от гнева и злости за свой страх. – Ведь я не могла туда просто так попасть, вы меня туда привели, зачем?!

– Прости, – повинился он, – я не думал, что ты так все прочувствуешь и примешь к сердцу. – Травы там собирать хорошо на порчу, вот и решил тебе показать. – Место плохое, самому мне не нравиться и сделать ничего не могу, чтобы избавиться от него.

– Кому это капище? – поинтересовалась я успокаиваясь, понимая в таком виде домой нельзя.

Хозяин махнул рукой, – Хоть боги и ушли, но произносить его имя я не хочу, вернее не помню, а вспоминать, значит беду кликать. – А, то, что ты видела это жертвенник первенцев. – Вернее на это капище матери относят своих первенцев.

Я глядела на него с ужасом,– как такое возможно? – Что и сейчас?

– Во все времена находятся матери которые за жизнь первенца хотят получить, кому что нужно, кто – то просит достатка, кто – то силу. – Дети (а первенцы особенно) самые сладкие жертвы – за них он (идол) щедро осыпает того, кто решиться на такую жертву. – Правда, награду не все удержать могут, – говорил Хозяин,– но желающие попытать счастья несмотря на это не переводятся. – Ладно, ты, прости меня, – продолжал он, – да иди домой. – Я тебе самую короткую дорогу открою, быстро дома окажешься.

Я, молча, не прощаясь, пошла по открывшейся тропинке и через несколько минут была дома, не став говорить Любаве, что видела. Сказала, что упала в лесу и ушиблась сильно, такое бывало со мной и довольно часто. Помылась, залечила свои царапины и ушибленную ногу, поднялась к себе и тихо прилегла, мне просто нужно было немного разобрать мысли. С чистым злом я столкнулась впервые в своей жизни. Мои соседи не были добрыми сказочными героями, и я это уже прекрасно понимала. Меня кроме как лечить, они учили в первую очередь убивать. Но всегда мои наставники говорили мне о разумности выбора и ценности жизни, неважно, жизни человека или животного. Но, пожертвовать жизнью своего первенца, для того что бы обеспечить свое благополучие, это для меня было что-то за гранью.

Я взрослела медленней чем мои ровесницы, Любава говорила это нормально, волшебницы живут дольше, и как следствие организм развивается медленней, и переживать не нужно. А мне и все нравилось, я и сама не торопилась взрослеть, не рвалась к самостоятельной жизни, просто знала впереди у меня еще все только начинается, и учеба моя тоже только началась всерьез. К тому же только сейчас у меня появилась семья о которой я мечтала маленькой, и дом где меня всегда ждут. Дар мой тоже показывал мне свои новые возможности к примеру, во время грозы молния ударила рядом с нашим домом в дерево, и оно загорелось. Испугавшись за наш дом у меня перед глазами возникло плетение, узор волшбы которым можно защитить дом от пожара. И я понимала если я сейчас этот узор напитаю своей силой, то могу растянуть его в пространстве, и накрыть им весь дом и ему уже не будет страшен любой пожар. Но это теория, а на практике я смогла сконцентрироваться и удержать узор совсем недолго и закрыть им только часть дома, крохотную. Что бы все получалось, это нужно было повторить много раз до автоматизма, пока я не выдыхалась. Энергию во время таких упражнений теряла колоссальную, но каждый день у меня волшба получалась все лучше и лучше.

Рассказала Питириму о своих новых способностях и он, подумав сказал,– это волшебство присущее только тебе по дару крови. – У каждого волшебника свой узор и свое плетение, и да нужно постоянно тренироваться, чтобы делать это быстро и четко, – объяснил Питирим. – Помочь тебе мы не можем, среди нас нет волшебников, … и придется тебе учиться самой путем проб и ошибок. – Будь осторожна.