Татьяна Нурова – Чудная Деревня. 1. Начало. 2. Скользкие вершины. 3. Русалочье озеро (страница 23)

Питирим помолчал, сложил все карты в шкаф и снова присев к столу продолжил рассказ, видя, как у меня блестят глаза от любопытства.

– Только от нас недалеко есть два источника с живой и мертвой водой. – Раньше к ним даже обычные люди ходили свободно за этой водой, а во всех остальных землях людям было запрещено прикасаться к живой или мертвой воде, и тем более ей лечится,– всегда считалось это только привилегией магов. – На невысоком склоне, близ реки, стоят два огромных замшелых камня, – черный и белый, склонились они друг к другу и срослись головами и их уже не разломать. – И вот прямо из каждого камня с мокрой поверхности собирался когда-то тоненький ручеек. – Ручейки текли отдельно, только в самом низу склона соединялись и уже дальше вместе стекали в реку, но что интересно, волшебные свойства воды сохраняются, если только набрать ее с камней. – Дальше же, когда ручейки протекает по земле, их волшебные свойства исчезают, и вода становиться обычной. – Источники ослабли почти совсем, теперь только несколько капель воды дают за год, сейчас к ним дороги все закрыли, вот вырастешь, может и у тебя будет возможность, к ним попасть. – И травы очень редкие у нас есть, те, которые уже и среди нас легендой считаются, в других местах все обобрали без жалости, уничтожили под корень. – К нам одно время колдуны и ведьмы со всей страны нашей необъятной – зачастили, хуже татар по лесам искали травы редкие. – И пришлось нам заповедные места прятать от чужих людей. – Вот весной я тебя свожу в одно такое тайное место,– пообещал он. – Там, прямо из снега цветок выходит, пробивается, красивый, не описать словами, листья ажурные, бутоны золотом отливают, сверкают. – И просто так его не возьмешь, уметь надо. – Возьмешь его в руки – растает он, как снег, каплями по рукам растечется. – Целое дело взять его правильно, и сохранить суметь. – Сила в нем для женского лечения и женской красоты огромная. – Его уже о- о-очень давно легендой считают. – И даже рецепты по приготовлению зелий из него ушли из обихода целителей. – А, река наша, сколько тайн и богатств хранит, и не перескажешь. – Будут все тайны постепенно перед тобой открываться, если учиться будешь, да жить по правилам нашим.

Дав мне отдохнуть и расслабиться, снова усаживал за учебники. Питирим часто рассказывал мне истории, но вопросов ему задавать не позволял.

– Пока только слушай Елена, впитывай знания,– говорил он, – не по рангу тебе меня пока расспрашивать. – Учись слушать и молчать больше.

Анфиса, глава ковена ведьм была очень строгой и властной, жестокой. Я понимала, что другой глава ковена и быть не может и радовалась, что я ученица Любавы. Но какой бы она не была в жизни, Анфиса мне нравилась, хотя мне сначала было тяжело заниматься у нее. Она не признавала никаких обстоятельств, мешающих ее урокам, и никаких поблажек мне не было. А чтоб я не расслаблялась, Анфиса взялась заниматься со мной дополнительно.

– Мир,– тех, кто владеет магией, – очень тесен. – Мы, знаем всех, кто хоть что – то значит в нашем мире, это – крупные кланы, ковены, сообщества и семьи. – Сильных одиночек тоже. – Все следят друг за другом, – это вопрос выживания, конкуренции. – А, к тебе, когда ты вырастешь, будет особое внимание. – Ты выйдешь во взрослую жизнь из Чудной деревни, и только это уже тебя поставит выше остальных владеющих магией. – Ты скоро вырастешь и будешь красавицей, – говорила она поглядывая на меня. – Уедешь от нас, и ты не должна быть дикаркой необразованной. – Ты должна быть нашей гордостью. – Знаю, это тяжело и в учебе дальше будет еще трудней, но ты должна понимать, как тебе повезло. – Здесь лучшие из всех, кто владеет магическим искусством, и мы все готовы поделиться с тобой знаниями. – Я и не знаю больше никого кому так повезло с учителями. – Все мы в свое время самостоятельно добывали знания трудом и кровью. – А, сколько нас гибнет, не успев освоить науку. – Ты же под защитой и у тебя уникальная возможность спокойно заниматься.

Я хоть и была в Чудной деревне всего ничего, но уже понимала все, про что мне рассказывает Анфиса и больше всего я боялась, что не справлюсь и подведу своих учителей. Понимала также, все маги, живущие у нас в деревне,– в обычном мире между собой лютые враги. Только здесь они жили в перемирии и подобии дружбы, вернее даже здесь они выживали, и не допускали свар и убийств, боясь потерять уникальное место на котором стоит Чудная деревня.

Анфиса дополнительно обучала меня основам этикета. Она запретила мне уходить домой на обед в день, когда я у нее занималась. Завтрак обед и ужин я должна была провести за ее столом. Анфиса приучала меня правильно сидеть за столом и пользоваться столовыми приборами на все случаи жизни. Как организовать прием гостей, что подать на стол, как составить меню на каждый день и рассчитать количество продуктов и проверить их качество.

– Люди стали забывать, как правильно нужно вести дом, почему-то считают сейчас это неважным, а для женщины это необходимо. – Хорошая хозяйка может быть и умницей, и красавицей, а вот наоборот уже нет. – Глупые девочки считают, что они своей красотой могут подцепить богатого мужчину и жить себе ни в чем не отказывая, не понимая элементарных вещей. – Красота если к ней не прилагается воспитание, ум, умение вести дом, долго никого не удержит, а портится быстро. – Хорошая хозяйка должна знать свой дом и людей которые в нем работают, и проверять все расходы и работу прислуги, снять с мужа хозяйственные проблемы, только тогда…,– Анфиса лукаво улыбнулась,– у этой хозяйки будут неучтенные средства от мужа и свой небольшой капитал на всякий случай. – Уметь разговаривать с персоналом и понимать их проблемы, в хороших домах прислуга всегда верная и держится за свое место. – Кроме того ты должна и правильно общаться с теми, кто будет приходить в твой дом гостями, друзьями и родственниками. – Ты должна свободно вращаться в любом обществе, и это не так трудно, если ты будешь все уметь, знать и думать прежде чем что-то делать, – постоянно наставляла меня Анфиса.

Я только вздыхала и то тихо, понимая, что Анфиса права. Анфиса много лет была в дипломатическом корпусе страны, работала переводчиком. (Может быть.) Она так мельком упоминала о своей жизни, без подробностей. Выводы я делала сама и может пока не совсем верные. Правда я не очень поняла, была ли она дипломатом или женой дипломата, когда это было до или после революции. В голове у меня была просто каша, и я придерживала язык, чтоб не нарваться на неприятности с такими то учителями. Еще нужно добавить отдельно о доме Анфисы. Дом у нее был уникальным по любым меркам, а уж для меня – то просто дворцом, он был большим двухэтажным с высоченными потолками. Огромная прихожая в зеркалах от пола до потолка в тяжелых старинных рамах. Далее широкая красивая лестница вела на второй этаж, там были спальни. С правой стороны первого этажа находился огромный зал – гостиная, где зимой проходили музыкальные вечера. На стенах в гостиной висели картины в позолоченных рамах. На окнах пышные бархатные портьеры, желтый паркет пола сверкал и пах мастикой. А с левой стороны дома находились кухня и столовая. Столовая с длинным огромным столом, всегда накрытым красивой белоснежной скатертью, и стульями вокруг стола тяжелыми с высокой спинкой. Мебель почти вся в доме Анфисы была старинной. Причудливой формы столики и кресла, расставленные по гостиной. В кухне огромный резной буфет. На первом этаже была еще у Анфисы лаборатория вход в которую был под лестницей и совсем незаметен. В лабораторию она позже стала пускать меня и это, наверное, единственная комната в доме, которая была вся очень современная с простой и удобной мебелью. На первом этаже рядом со столовой был небольшой по меркам дома, кабинет Анфисы с библиотекой, там мы и занимались обычно и там мебель хоть и была древней, но удобной.

Анфиса строго глядя на меня часто говорила, сегодня ты помощница знахарки в лесу травы собираешь, а завтра будешь хозяйкой большого дома с прислугой, или…, да мало ли еще кем. – Жизнь такая штука непонятная и непредсказуемая, и иногда нелепые фортеля выбрасывает, а ты главное должна быть всегда на высоте в любой ситуации.

Старалась я очень, но английский сначала шел тяжеловато. У Анфисы было много художественной литературы на английском языке. И очень было сложно обучаться на Шекспире, Диккенсе и Джонни Голсуорси в подлиннике. Библиотека у нее тоже была очень богатой и много книг на иностранных языках. Анфиса знала не только английский, но и еще несколько языков и со временем планировала и меня всем им обучить. Анфиса примерно через пару недель наших занятий взялась и за мой внешний вид. Когда я пришла как обычно на занятия, она очень холодно встретив меня долго разглядывала, затем взяла двумя пальцами за подбородок и покрутила мое лицо неприятно хмурясь.

– Елена, у тебя обветрена кожа на лице – это недопустимо, руки красные и распухшие как у прачки, а ты ведь будущая целительница.

Покраснев от унижения сердито смотрела в пол какая разница, как я выгляжу.

Анфиса продолжила,– понятно, что в деревне мы ходим в удобной одежде и обуви, но… ты должна уметь носить красивые вещи и изящную обувь. – Не верь сказке о Золушке,– из калош и тряпья невозможно выпрыгнуть сразу в бальное платье и хрустальные туфельки, нужна привычка и умение носить все это.