Татьяна Нильсен – Высокий (страница 1)

Татьяна Нильсен

Высокий

Глава 1

- Таня, беги во двор, поищи нашу коровушку бестолковую. Опять забрела куда-нибудь, - мама зашла в комнату, на ходу вытирая руки о полотенце. — Кричу, кричу в форточку, а её и след простыл.

Татьяна сидела за столом, склонив голову. Она бегала глазами по тексту, пытаясь заставить память уцепить хоть чуток информации к завтрашнему уроку по истории. Иногда она закидывала голову и закатывала глаза, по десять раз повторяя одну и ту же дату:

- В сентябре 1606 года Иван Болотников одержал первую победу при Ельце.

«Какой Болотников и где этот Елец?» - сознание никак не хотело усваивать. Информация залетала в одно ухо и со свистом вылетала из другого. Конец мая, самая пора для того, чтобы дружить, встречаться, петь песни под гитару, а не вот это - восстание бунтаря против власти Василия Шуйского.

- Таня, слышишь меня? Ужинать сядем скоро. Отец придёт с минуты на минуту. У меня окрошка свежая готова.

- Иван Исаевич Болотников - политический деятель Смутного времени в России, - повторила вслух девушка и повернулась на зов матери. - Да слышу, - Татьяна захлопнула учебник и покачала головой. — Ванька был простым холопом у князя Телятевского, потом бежал от своего господина и очутился в плену у турков. Несколько лет провёл на галерах в качестве гребца-невольника. Каким-то чудом попал в Венецию. Следом через Германию и Польшу вернулся в Россию. И вот история определяет бродягу и бунтаря в видные политические деятели! Уму непостижимо, какой карьерный взлёт: от холопа к предводителю восстания.

- Ты это о ком? — мама задержалась в проёме двери.

- Так. По истории задание. Завтра годовая контрольная, - девушка отодвинула от себя учебник. Тему о смутьяне они проходили в восьмом классе. Однако учительница истории решила собрать бунтарей в кучу и устроить ученикам экзамен. Похождения Болотникова худо-бедно в сознании закрепились. Осталось воскресить в памяти Стеньку Разина, Кондратия Булавина и Емельяна Пугачёва. Учительница истории совсем недавно пришла в школу после педагогического института. Она не придерживалась строгого плана, а мыслила свободно, призывая учеников к тому же. Название предстоящей контрольной работы она объявила заранее: «Схожести и различия народных протестов при разных правителях». Таня уяснила про себя одно: каждый из бунтарей хотел свободы для народа, богатства для себя, и каждый закончил жизнь: кто в петле, а кто-то был вообще прилюдно четвертован.

«Да уж! Любые протестные взаимоотношения с властью заканчиваются смертью. И не представителей власти, конечно, - констатировала про себя прилежная ученица, закатила глаза и закусила карандаш, оставляя отпечатки зубов на деревянной палочке. — На их стороне армия и все репрессивные рычаги. А может так правильно? Страна не может скатиться в разбойничью вольницу?»

- Ты не волнуйся. Папа сейчас пойдёт с работы и заберёт Веру со двора.

Откликнулась дочь на призыв матери и снова мысленно вернулась к истории:

«Хорошо, что интеллигентных смутьянов эпохи декабристов учительница оставила на следующий урок. Действительно, нельзя соединять простолюдинов с дворянами, несмотря на то что эти исторические личности имели схожие цели.»

- Так нет её там. Несколько раз в окно кричала.

- Ладно, - девушка вышла из-за стола. — И где мне её искать? У пустоголовой сто дорог!

- Далеко не уйдёт. Шарится где-нибудь с мальчишками за гаражами или с подружкой Инессой в соседнем дворе секретики роет. И про сестру так не говори. Какая она пустоголовая? Просто ей интересно всё, вот и лезет везде.

Верочка была младше сестры почти на десять лет. Она родилась неожиданно в семье взрослых людей, поэтому её любили, её холили и ей позволялось гораздо больше, чем шестнадцатилетней Татьяне. Вчера в детском саду произошло ЧП — в столовой обнаружилась мышь. Из-за этого сегодня санэпидемстанция закрыла учреждение на обработку. Верочка сидела дома одна. Она листала книжки и с грустью смотрела в окно. День взаперти и в одиночестве оказался неимоверно долгим. И как только Таня вернулась из школы, девочка освободилась из плена и побежала на улицу. Уже мама пришла с работы, а младшая сестра где-то радовалась свободе.

Она нашла сестру возле гаражей в оврагах, как и предполагала мама. Девочка весело болтала с подружками, стоя в самой глубокой части прозрачного ручья. В конце мая ещё не до конца растаял снег в тенистых дворах, и грязные сугробы в палисадниках из последних сил цеплялись за землю. Однако днём солнце беспощадно топило остатки холода, отчего воздух наполнялся гомоном птиц, шумом воды и острым ароматом весны. На деревьях набухли почки и клейкие листочки уже проклюнулись на тополях. Весенняя вода прозрачными струями стекала с улиц, превращаясь в небольшую речку. Сквозь кристальные струи проглядывала чистая разноцветная галька и мылкие зелёные стёклышки от битых бутылок. Веруня отважно стояла в ручье. Её красные резиновые сапожки только-только не загребали воду внутрь. Курточка была накинута на плечи и держалась лишь на одной пуговице у подбородка. Помпон шапки выглядывал из кармана, а штанишки пузырились на коленях. Девочки увлечённо мастерили плотики из того, что находили на берегу, потом пускали лодочки по течению, с интересом наблюдая за тем, как суда разбивались о камни и терялись в бурных потоках.

«Видела бы мама! — усмехнулась про себя Таня. Она остановилась неподалёку, наблюдая за стайкой девочек.— Опять сапогами меряет лужи и вернётся с цыпками на руках».

- Веруня! - позвала сестра. — Эй, девочки! Вас родители уже потеряли! Пора домой!

Первой обернулась Вера. Она сощурилась и поднесла ладошку ко лбу, создавая тень. Её пшеничные волоски растрепались, а карие глазки задорно прищурились. Бант держался на самом кончике косички на одном честном слове. Она встрепенулась, что-то крикнула подружкам и направилась к сестре, по пути всё-таки набрав воду в сапожки.

- Ну, можно я ещё погуляю, - канючила Веруня. Она брела рядом с сестрой по дороге, забредая во все лужи, и потирая замёрзшие ладошки. — Смотри, ещё светло.

- Светло, потому что весна и потому что день длинный, - Таня выдернула шапку из кармана Верочкиной куртки. — Давай, натягивай на голову и куртку нормально одень. И ноги промочила! Если заболеешь, мама ругать станет. На руки на свои посмотри! — сестра взяла маленькие холодные ладошки в свои руки. — Вот глянь — цыпки. Фу! Ты же девочка.

- Ты маме не говори, что ты меня я у оврага нашла. Она мне запретила туда ходить и в соседний двор тоже.

- Ладно не скажу.

- А папа уже пришёл с работы? — девочка задрала голову, пытаясь выяснить у сестры про гостинчик. Потом, не выпуская ладонь Тани, запрыгала на одной ноге. - Я думаю, сегодня зайчик или лисичка передаст мне бутылку крем-соды.

Связным и передатчиком от лесных зверей был только папа. Возвращаясь с работы, он приносил Верочке какие-нибудь вкусности. С зарплаты отец ходил в бакалею, закупал сладости и прятал их в кладовке на верхних полках. В его кармане всегда находилась конфета «Мишка на севере» или «Красная шапочка». Когда запас заканчивался, зайцы с лисами передавали что-то из магазина. Верочка уже понимала, что это такая игра, но каждый раз искренне радовалась подарку от ёжиков.

- Ты же голодная, - Таня застёгивала пуговицы на курточке сестры и строжилась под стать матери. — Целый день скитаешься.

- Мне дяденька дал конфету.

- Какой дяденька? — походя спросила Татьяна.

Сёстры не торопясь отправились по направлению к дому. Одна рука Верочки грелась в ладонях сестры, другая спряталась в кармане. Девочка чувствовала себя совершенно счастливой от того, что папа обязательно принесёт гостинчик. От этого безотчётного благоденствия Веруня болтала без умолку.

- Ко мне во дворе подошёл дяденька. Он дал мне конфету и позвал в первый подъезд.

- Зачем? — равнодушно спросила сестра.

- Он хотел показать мне котёнка, - сестрёнка шагала, пиная ногами всё, что попадалось на пути. - Когда мы вошли в подъезд, он открыл дверь в подвал и сказал, что там живёт маленький котёнок. Я даже слышала, как он пищит.

Таня остановилась. С ног до головы прошёл холод. Ей даже показалось, что волосы на макушке зашевелились. Она присела на корточки перед сестрой и лихорадочно ощупала плотненькое тельце. Её глаза со страхом осмотрели сестру. Неожиданно она обняла Верочку, подняла и бегом потащила домой.

- Таня, ты куда? Погоди, я сама пойду, - уросила Веруня, но старшая сестра ничего не слышала. Девушка бежала, держа в руках драгоценную поклажу. Таня перевела дух только тогда, когда они оказались в квартире. Она поставила на пол сестру и поволокла за собой.

- Мама! — голос старшей дочери звучал хрипло и прерывисто. Девушка не снимая обуви пронеслась на кухню. — Мама иди сюда. Ты должна это слышать!

- Ну куда ты по мытому! — возмутилась мать, указывая рукой с полотенцем на сапожки Татьяны. — Мелкой щебёнки с улицы нанесла. Да что у вас случилось? — встревожилась Сафронова Мария, увидев испуганные глаза старшей дочери.

- Какой-то мужик пытался заманить Веру в подвал!

- Ты что такое говоришь? — к лицу матери прилила кровь. Неожиданно её скулы обострились, руки затряслись. Мария побледнела. Не выпуская из руки тряпку, она присела на корточки и судорожно обняла Веру.