Татьяна Нильсен – Потерянная страна Лагом. Книга вторая (страница 42)
– Не забывай, она убийца!
– Быстро вы записали Вострикову в преступницы!
– Не передёргивай, я в курсе, что виновность определяет суд и вердикт выносит тоже судья. А там тоже люди работают и у многих есть душа.
– Одна надежда, что судья не забудет принести на заседание собственную душу! – Света закинула голову, отправляя назад рвущиеся слёзы. – Так, где вы её нашли?
– Никто её не искал. Она сегодня утром сама пришла в РОВД, и написала признательные показания.
– Ой, зачем она это сделала! – сокрушённо вздохнула Антипенко. – Теперь я понимаю по какой причине она приходила на заседание, когда суд рассматривал прошение о подписке о невыезде для Пивоварова. Она хотела узнать, когда состоится следующее, заключительное рассмотрение. Вострикова до последнего момента находилась с дочерью. Вероятно, перед тем как прийти в РОВД она оформила Милочку в интернат.
– А ты бы предпочла, чтобы в заключении оказался невиновный человек?
– Ничего бы с ним не случилось, Папаша генерал нашёл бы рычаги и связи для того, чтобы отсидка пролетела незаметно! Да и много бы не дали! Он тоже ветеран СВО с ранением, инвалид! А Вострикова для общественности убийца героя! Никто не станет искать мотивы убийства в прошлом преступлении!
Антипенко подскочила и зашагала по кабинету, потом неожиданно остановилась и недоверчиво посмотрела на Трещёткина.
– А как вы узнали, что Вострикова сама явилась с повинной?
– Я тоже собирался поехать на суд, но на всякий случай позвонил Ведерникову. Вот он мне всё и разложил по полочкам. Да сядь ты не мелькай!
– А как Валентина Николаевна узнала, что Спесивцев на свободе?
– Она его случайно встретила в «Пятёрочке», проследила и выяснила, где боец поселился. Она говорит, глазам своим не поверила, когда увидела здравствующего убийцу собственной дочери! Вострикова поехала в Королёв, сначала сунулась в местный РОВД. Там ей пояснили, что судьба Виталия Фёдоровича Спесивцева находится в руках федеральной службы исполнения наказаний и скорее всего из мест не столь отдалённых он завербовался на СВО. Тогда женщина направилась в военкомат, чтобы узнать, почему осужденный на долгий срок преступник вдруг оказался на свободе. Однако оттуда её попросили, не дав никаких разъяснений. А дальше ты сама знаешь – Валя завела дружбу с консьержкой и у неё появилась возможность ночами следить за Виталием. Как-то она выманила его из квартиры звонком. Вроде приехал курьер с доставкой. Спесивцев выскочил, не заперев дверь в квартиру. Тогда Валентина сделала слепок с ключей. Двадцатого января вечером, когда Спесивцев появился в подъезде с другом, Валентина, по звуку звякающих в пакете бутылок поняла, что настал удачный момент, чтобы привести приговор в исполнение. Говорит, что бутылку она приготовила заранее, барбитураты в алкоголь она при помощи шприца вколола за несколько минут до того, как занести в квартиру. И снова, как в предыдущий раз Валентина Николаевна звонком от курьерской службы выманила Спесивцева с приятелем на улицу. У неё имелось предостаточно времени, чтобы подняться, открыть дверь своим ключом и оставить алкоголь на столе.
– Почему Валентина Николаевна решила, что мужики станут пить из незнакомой бутылки?
– На то она и рассчитывала. Спесивев подумает, что это гость принёс, А Пивоваров станет пить то, что хозяин поставит на стол. Действительно так и получилось. Когда мужики склонили головы и заснули, Вострикова вошла в квартиру и безжалостно расправилась со Спесивцевым. Нож она взяла тут же, открыла ящик и вынула из кухонного стола. Потом она вложила орудие убийства в руку спящего Пивоварова и так же тихо удалилась, закрыв за собой дверь дубликатом. Отпечатков не оставила, так как была в перчатках.
– Надо же и барбитураты, и перчатки, и попала в то место на шее, что кровь хлестала во все стороны.
– Не забывай, она медсестра с опытом.
– Что же она думала в тот момент? Наверное, представляла свою дочь Катерину. Мне жалко её безумно!
– Валентина не торопилась, действовала размеренно и хладнокровно. Она не находилась в состоянии аффекта. Женщина готовилась к убийству и суд это учтёт не в пользу преступницы.
– Зачем же она пришла с повинной? Спряталась бы где-нибудь в глубинке с дочерью, и искать её никто бы не стал!
– Вострикова и это объяснила. Первоначально она так и хотела сделать. Что она знала о Спесивцеве? То, что он убийца и наркоман, значит и дружки у него такие же отморозки. Не жалко обратно отправить на нары собутыльника! Но знаешь, что есть такое понятие, как совесть. Тем, у кого она есть жить не просто, потому что совесть может лишить сна, аппетита, да и вообще всех желаний! Совесть гложет! Вот и Валентина решила свою совесть утихомирить, а точнее узнать подробнее о том человеке, которого она подставила. Вот поэтому и пришла на суд. Там со слов адвоката поняла, что собутыльник Пивоваров не пропащий, он женат, ждёт ребёнка, семья вся положительная, а сам инвалид, стопы на СВО потерял.
– Да я помню, когда судья рассматривал ходатайство о том, чтобы отпустить Петра под подписку, адвокат блистал красноречием, он перечислял все положительные стороны и резоны, по которым суд должен дать волю Пивоварову до суда.
– Так вот Валентина вместо того, чтобы свою совесть убаюкать и утихомирить, наоборот начала мучиться. Тогда Вострикова и решила, что дотянет до последнего дня, решит все вопросы с дочерью, а потом появится с повинной.
Коллеги помолчали. Светлана глубоко вздохнула. Она не знала радоваться или нет тому факту, что всё случилось именно так. Ей было жалко всех участников этой истории, особенно ту девочку, которую она никогда не видела, но представляла очень ясно. Почему-то она видела картину, как Мила огромными глазами смотрит в окно, по щекам катятся слёзы и худенькие плечи вздрагивают от беззвучного плача. Светлана тяжело поднялась, она чувствовала себя невероятно усталой.
– Можно я уйду сегодня раньше?
Трещёткин понял состояние стажёрки, сам таким был когда-то. В такие моменты хочется побыть в одиночестве.
– Конечно, иди.
Светлана вышла на улицу, накинула капюшон и туже затянула шарф. Снова шёл снег. Зима смеялась над людьми. Она совсем не собиралась уходить. Антипенко, недолго раздумывая, направилась на автобусную остановку. Света специально выбрала долгий маршрут, чтобы было время подумать. Она вспомнила тот вечер в ночном клубе. А как волшебно всё начиналось, Ей даже в какой-то момент показалось, что она снова влюбляется. Она погрузилась в волшебное состояние с бабочками, трепетом и лёгким весенним ветерком. Прикосновения приводили в восторг, лёгкий алкоголь кружил голову. И тут бац, как ушат холодной воды. За столом сквозь грохот музыки Николай обнял, потом разжал ладонь и протянул с улыбкой искусителя.
– Возьми Светик, тебе понравится!
– Что это? – Света малахольно улыбалась, не понимая, что ей предлагают, потом до её сознания дошло, и она округлила глаза. – Наркотики?
– Зачем ты так орёшь! – Николай огляделся. – Это всего лишь для настроения. Расслабься!
– Мне казалось, что ты знаешь, где я работаю.
– И что? Разве ты не человек?
Светлана даже отвечать не стала. Она сунула куртку под мышку, схватила сумку, выскочила на улицу и поймала такси.
«Хорошо, что не втянулась в эти отношения, потом расставаться было бы труднее, и ведь почти нырнула в омут с головой».
Света рассматривала город, который домами бежал за стеклом автобуса. Рядом с ней примостился подвыпивший дядька, он глупо улыбался своим мыслям.
«Есть же счастливые люди! – Светлана покосилась на мужика и процитировала про себя Пушкина. – «А счастье было так возможно, так близко, но судьба моя…»
Она вышла из автобуса и направилась во двор. Возле подъезда немного постояла, потом закинула голову и посмотрела на окна. Ничего не изменилось, те же занавески и цветок, который она сама принесла с цветочной распродажи. Света вынула из кармана ключи, глянула на них и сунула назад. Дождавшись, когда кто-нибудь из соседей выйдет из подъезда, она нырнула в приоткрытую дверь и пешком поднялась на нужный этаж. Возле порога помешкала секунду и нажала на кнопку звонка. Сёмушкин открыл дверь, не спрашивая, кто решил его потревожить. Увидев Светлану, он расплылся в улыбке и ничего не говоря потянул её за рукав. Девушка поддалась, потом заглянула в его глаза.
– Ты взял два билета?
– Конечно! Почему ты не спрашиваешь, куда мы едем?
– А какая разница! Главное, что мы едем вместе!
***
Ребёнок занимал всё время. Пётр даже представить себе не мог, сколько счастья и радости может доставлять эта возня.
– Наконец уснула, – Пивоваров вошёл на кухню и приподнял крышку кастрюли. – У нас сегодня гречка с сардельками? – он обнял жену, которая расставляла на столе тарелки. – Маша ты мне так и не рассказала о том, как ты согласилась ехать с отцом? Чем он тебя заманил?
– Да нёс что-то вроде того, что Евгении Сергеевне нужна помощь. Что-то связанное с продажей дома. Я не заподозрила неладное. Потом он забрал телефон и чётко обозначил ситуацию – до родов я нахожусь в коттедже без связи с внешним миром.
– Какой подлец!
– Зачем ты так про отца? Разве у него имелся другой выход? Он сохранял семью. А сейчас я понимаю, что он был прав. Я, наверное, поступила так же!