Татьяна Нильсен – Потерянная страна Лагом. Книга вторая (страница 14)

Трещёткин это уже знал, но следователя не перебивал, слушал внимательно и усердно кивал. И когда после долгой тирады Ведерников переводил дух, вклинился в монолог с вопросом:

– А сидя за столом без протезов Пивоваров мог дотянуться и нанести удар ножом в шею? Вы проводили следственный эксперимент?

– Вот ты сам следователь, а задаёшь странные вопросы. Никто не знает, даже сам Пивоваров, когда он снял протезы до убийства или после. А может, знает и намеренно вводит в заблуждение следствие. В протоколах вскрытия зафиксировано время смерти. Потерпевший скончался в четыре часа ночи. Опросили соседей по лестничной площадке, но напротив проживает бабуся глуховатая и толку от неё ноль. В квартире рядом прописаны муж с женой и двое детей. Их вообще дома не застали. По сведениям соседа снизу те ещё не вернулись с новогодних каникул. Вроде поехали семьёй к тёплому морю то ли в Дубай, то ли в Доху, то ли в Дели. И вот как раз сосед снизу и поведал, что мужики наверху гудели знатно. Он долго не мог уснуть от зубной боли вот и слышал, что сверху раздавались голоса и смех. Определить, сколько было в компании людей не смог, сказал минимум двое. Особенно не шумели, не дебоширили, отношения не выясняли, посуду не били. Причин вызывать полицию или подниматься с разборками не было. Со слов болезного соседа угомонилась компания в районе трёх часов. То есть стихли голоса.

– Проверяли одежду Пивоварова на предмет крови? Если он убивал собутыльника, то должен обязательно забрызгаться.

– Проверяли и туфли, снятые с протезов эксперту показывали, – Ведерников ухмыльнулся. – Знаешь, что он сказал? Никогда не догадаешься! Сказал, что подошва на ботиночках тонкая для нашей зимы. А крови не нашёл ни на брюках, ни на пуловере, ни на ботиночках с тонкой подошвой!

– А о чём говорит тонкая подошва, на которую вы намекаете?

Александр Алексеевич затупил, это он понял потом, а Ведерников посмотрел на коллегу так, словно хотел пощёлкать пальцами перед носом и привести в чувство

– Зачем надевать на протезы зимние ботинки? Ноги, которых нет, не могут замёрзнуть!

Трещёткин неловко замешкался, кашлянул, потом спохватился:

– Вы правы, у Пивоварова имелось несколько часов, чтобы привести себя в порядок.

– Вот именно! Он, конечно, отрицал свою причастность, но как говорится, слов из песни не выкинешь! К появлению полиции консьержка уже сменилась. Допросили её только на следующий день. Она дала показания, что накануне вечером в подъезд вошли двое, громыхая бутылками. А при этой дежурной одного вынесли на носилках, а другого вывели под конвоем. Да ещё напомню, что дверь была заперта! Неверова открыла её своим ключом. Запасной связки у хозяйки не имеется.

– Кровь на анализ у Пивоварова брали?

– Зачем? Измерить какую дозу алкоголя он в себя влил? Он прошёл освидетельствование в соответствии с инструкцией. Врач нарколог выписал заключение. Состояние Пивоварова наблюдали все присутствующие. Амбре на кухне стояло, хоть святых выноси! Его и так наряд чуть не на себе нёс! А накидаться он мог после того, как прирезал товарища! На ноже отпечатки пальцев Пивоварова! Нож местный из кухонного набора не очень острый. Однако убийца попал в шейную артерию, что привело к очень быстрой потере крови и соответственно к летальному исходу. Самое лучшее в положении Пивоварова это написать чистосердечное признание. Он участник СВО, психика не к чёрту! Мужику много не дадут, суд спишет всё на аффект. Мол, не поделили что-то в пьяном угаре вот один другого и порешил! И скажу тебе честно – судейские даже разбираться не станут, что именно между ними произошло, какой конфликт – один мёртв и уже ничего не скажет, второй ничего не помнит по причине алкогольной амнезии.

– Вы уже передали дело в суд?

– Ещё нет, осталось кое-что проверить. Думаю, передадим в ближайшие дни. Тянуть не станем, – Ведерников закрыл папку. – Адвокат подал в суд ходатайство об изменении меры пресечения в отношении обвиняемого. Вероятно, Пивоварова освободят до рассмотрения дела под залог или под подписку о невыезде, а может под домашний арест. Модно сейчас браслеты на всех частях тела носить!

– Думаете, судья отпустит с такой тяжёлой статьёй?

– Я бы не отпустил, а у судьи свои резоны. Кто знает, какие на самом деле у генерала рычаги воздействия. Хотя, чего инвалида в камере держать, всё равно бежать некуда.

– Мы так много говорили о покойном, а фамилию вы так и не назвали. Кто он?

– Спесивцев Виталий Фёдорович сорок четыре года уроженец города Королёв. Уволенный с военной службы по здоровью, нигде не работал. Проживал с матерью, которая скончалась несколько лет тому назад, семьи у убиенного нет забирать тело никто не желает, и добровольцев хоронить солдата, тоже пока не находится!

Выдав информацию, Ведерников долгим взглядом посмотрел на коллегу, ожидая его реакции, потом поднялся со словами:

– Это всё, что я могу сообщить. Если захочешь узнать больше подробностей, то решай через начальство. Однако я тебе ответственно заявляю, высасывать из этого дела больше нечего!

В голове Трещёткина мелькнула какая-то мысль, но он переключился на вопрос, который считал необходимым решить сейчас же.

– Семён Петрович спасибо за содействие, – следователь тоже поднялся. – У меня к вам будет ещё одна просьба. Дело в том, что в следственный комитет на практику прислали стажёрку. Девица толковая с фантазией и рвением, что на сегодняшний день является большой редкостью среди молодых сотрудников. Девицы и раньше стажировались в нашей организации, только после практики я их в работе не наблюдал, они растворялись в архивах, в криминальных журналистских изданиях, в секретариатах, замуж выходили, в конце концов, и детей рожали! В общем, в качестве действующих сотрудников в СК замечены не были. Поэтому поначалу и к этой барышне отношение было примерно такое же – у нас дела, как правило, по тяжёлым статьям, зачем девушке трупы, расчленёнка и кровища, всё равно в декрет уйдёт! Пусть сидит в бумагах копается, старые дела ворошит! А вот оказалось, что Антипенко другая, из неё получится толковый следователь, главное она сама горит желанием! Загвоздка в том, что девушка зря тратит время! К серьёзным расследованиям в СК её не подпускают и в силу неопытности в дело не берут! Так бегает, кому кофе принести, кому бумажку из архива, кому протокол вскрытия от патологоанатома. А в основном сидит и перебирает архивные дела. А где ей опыт получать и практику? Ей бы на земле поработать среди коллег!

– Не пойму, к чему ты клонишь Александр? – Ведерников прищурился. – Я чем могу помочь?

– Могла бы Антипенко раза два в неделю практиковаться у вас? Я видел в РОВД много молодых сотрудников. Я со своим начальством решу этот вопрос о практике в вашем ведомстве.

– А почему бы нет, – Семён Петрович пожал плечами. – И место ей организуем, стол поставим. Пусть кипит в котле правосудия! Свежие головы всегда приветствуются. Мы можем вообще её забрать до конца практики, потом характеристику напишем!

– Насовсем отдать не могу, а два раза в неделю начинающий следователь сможет работать под вашим присмотром! И не давайте ей поблажек! – Трещёткин протянул коллеге ладонь и пожал сухую сильную руку.

Александр отъехал от РОВД в хорошем расположении духа. То, чего он хотел, того добился. Теперь Светлана сможет легально узнать всю информацию даже ту, которую утаил Ведерников. Хотя, чего там таить! Можно проявить халатность, а вот утаивать там нечего! Вопросов много, например, почему не взяли анализ крови у Пивоварова? Могли бы узнать промилле алкоголя в крови! Нужно бы выяснить причину ссоры, если таковая случилась за столом. Каким бы пьяным не был Пивоваров, уж скандал бы он не забыл! Если случилась потасовка, значит, на кухне должна валяться битая посуда, опрокинутые стаканы, бутылки, но об этих деталях Ведерников не обмолвился.

«Очень знакомая фамилия Спесивцев? – размышлял Александр. – Где я её мог слышать? И ещё один важный вопрос: житель города Королёв приходит с СВО, снимает квартиру в Москве. Однокомнатная без ремонта стоит в месяц минимум сорок тысяч. После службы у него могли остаться средства, но деньги имеют свойство рано или поздно заканчиваться. Мужик нигде не работал. На что жил? Комиссовали мужика из Армии по здоровью, значит, имел ранение?»

За размышлениями Александр не заметил, как добрался до следственного комитета. Он поднялся в свой стеклянный кабинет, который недолюбливал за хрупкость и прозрачность. Трещёткин считал дизайнерские нововведения нелепыми и глупыми. Прозрачные перегородки, двери, стенки лестничных пролётов хороши в офисах по продаже телефонов или в государственных корпорациях, а в ментовке нужны основательные стены, тяжёлые рамы на окнах и скрипучие сейфы. Бросив куртку на спинку стула, он позвонил Антипенко:

– Ты где? – со стажёркой Александр общался напрямую, без условностей. Он знал, что девушка расценивает такую манеру общения нормально. – Поднимайся, будем думать, как решить проблему, которую именно ты повесила на наши шеи, – он сел вплотную к столу и сложил руки перед собой с озабоченным видом.

– Разрешите? – через минуту Светлана уже входила в кабинет. – Это хорошо, что вы не разделяете наши шеи! – девушка устроилась напротив следователя.