Татьяна Никоненко – Чертова любовь, или В топку классиков (страница 15)
– Это про меня? – Глаза Олеси заискрились, она держала написанный мной листок, на котором было много-много прилагательных про то, какая она чудесная. Я писала разные слова, брала разноцветные ручки, которые хранились у организованной Олеси для подчеркивания важной информации в тетрадях, и писала все, что я о ней думаю, начиная с того, какая она красивая, и заканчивая тем, какая она веселая.
– Нет, про меня, – оскалилась я от смущения.
Вдруг у Олеси снова появились слезы, она читала, улыбалась и плакала одновременно.
– Спасибо, Ксюша, спасибо, ты даже не знаешь… – Она снова плакала.
– Рева-корова, – бросила я, – давай опять умывайся и пошли мороженое поедим.
Вот так вдруг я узнала, какие чувства все это время скрывала Олеся. Она завидовала мне и считала меня более умной, более красивой и более успешной. Как такое возможно? Ведь это мне казалось, что у нее все удается, классный стиль, да еще и живот плоский. А тут ведь такое.
Значит, в сухом, точнее, немного мокром и соленом остатке мы были абсолютно одинаковы в наших страхах и переживаниях.
Экзамены закончились, воздух еще потеплел, мы наконец-то выспались и с новыми силами пустились в путешествия и на вечеринки.
Сегодня вечером мы отправились на вечеринку с Мунибом и его другом Ахмедом. Вечеринка проходит в другом университетском городке, а поэтому мы долго едем на велосипеде, дороги пустынны, а слева от нас лес.
Нам не страшно. В ноздри бьет свежий весенний ветер, волосы ловят его и мешают обзору. Кровь, разогретая велосипедом, воздухом и весной, гуляет по телу, заставляя щеки то и дело румяниться. Ребята перекидываются фразами, но я их не слушаю, потому что я счастлива.
Велосипед – мой Пегас, я оторвалась от земли, меня больше ничего не удерживает, не связывает, я настолько свободна, что кружится голова.
Впереди меня на велосипеде Ахмед. Разве возможно было бы представить такое в России, чтобы мы настолько легко поехали с двумя арабами через лес в другой университет на вечеринку?
Позади меня моя лучшая подруга, с которой я готова к любым приключениям. Сбоку чернеет лес, как у Пушкина. Я сильная, уверенная в себе, привлекательная, у меня есть друзья, есть вечеринки, я в центре своей вселенной, она крутится и не стоит ни дня на месте.
Вдалеке уже видны огоньки университета Твенте, университетского бара, в котором есть дешевый алкоголь, место для настольных игр. Мы здесь каждую последнюю пятницу месяца на презентациях стран, организованных студентами, на которых общаются, а потом обязательно едят народные вкусности.
Приезжаем, но вечеринку из-за большого количества людей перенесли в другое место кампуса, до него нужно ехать еще. Мальчики предлагают вернуться в город и пойти в бильярд вместо этого.
Бильярд – разве и здесь он тоже есть и сюда тоже ходит молодежь? Мне интересен местный бильярд, ведь в России, в своем городе, мы тоже туда ходили. Девочки должны были красоваться и обязательно приходить играть в бильярд в платьях и на каблуках. Ну и золотое правило: когда тебе кто-то нравится из мальчиков, обязательно попроси его показать еще раз, как правильно держать кий, как правильно бить. Бильярд сближал, но после школы я перестала туда ходить, мне казался он завершенным этапом взросления.
На мне сегодня новая кофточка, темно-зеленая, с леопардовым принтом. Она полупрозрачная, почти сетка, но с темного цвета лифчиком почти не видно тела или ее прозрачности. Я балансирую между тем, чтобы быть открыто-сексуальной и скромной. Совсем сексуальной я быть не хочу, это смущает, зажимает.
Скрыто – хочу.
Под кофту подошли мои любимые джинсы с немного завышенной талией, чтобы прижать животик. Я в новеньких, купленных здесь между полок с 40-м и 45-м размером, рыжих сапогах. Они мне понравились – немного ковбойские, скрывают длину ступни, хотя здесь, на полках между 40-м и 45-м размером, кажется, смущаться нечему.
Олеся бы такие себе не купила, но я не Олеся, и мы уже это выяснили, а потому я наслаждаюсь легоньким постукиванием мини-каблучка. Каблучок оказывается удобным как для ходьбы, так и для езды на велосипеде.
Волосы у меня собраны на макушке назад, подняты начесом и зафиксированы невидимками – напрасный труд: когда едешь на велосипеде, они сами принимают решение, в какую сторону лечь.
– Ну что, девчонки, научить вас играть в бильярд? – спрашивает Муниб и улыбается по-чемпионски.
– Я умею, – бесстрастно говорит Олеся.
– Я тоже, – добиваю я. Этап совместного держания кия мы прошли, тем более Муниб не мой ирландец, с ним бы я, может, еще и притворилась, что не умею.
– Как тогда поделимся? – спрашивает Ахмед.
Ему с нами не очень интересно, я задавала много вопросов про него, он не задал нам с Олесей ни одного.
– Девочка и мальчик в каждой? – снова спрашивает Муниб. – Например, я с Ксюшей, Олеся с тобой?
– А почему не девочки против мальчиков? – я не смущаюсь Муниба.
– Ха-ха, Ксюша, уверена? – Муниб как-то нервно смеется.
– Ксюша, ну не знаю, я все-таки не так хорошо играю, – шепнула мне Олеся.
– Ну или ладно, давайте так, как Муниб сказал. – Я посмотрела ему в глаза и улыбнулась. С ним мне было намного комфортнее, чем с Ахмедом.
Ахмед был красивым и модным парнем: короткая стрижка, обтягивающая футболка и обтягивающие джинсы, мускулистые руки, белоснежная улыбка, не слишком большой нос и не слишком пухлые для араба губы. Но от него не исходило никакого интереса к нам, нас это задевало. Он как раз таки улыбался, как, нас предупреждали, улыбаются торговцы на рынке: очень приторно, как будто они лучшие друзья, похлопывая тебя по плечу одной рукой и обвешивая другой.
Муниб же казался искренним, он тоже много улыбался, но слушал внимательно. Он был похож на Аладдина из мультика, я легко могла бы представить у него на плече обезьянку Абу, а в ногах ковер-самолет. Мы начали нашу партию и выиграли у Олеси с Ахмедом.
После бильярда мы отправились в клуб танцевать.
Ахмед сразу куда-то испарился, Муниб танцевал рядом.
– Что-нибудь хотите, девчонки? – спросил Муниб, перекрикивая повторяющиеся ритмы электронной музыки.
– Нет, спасибо, – мы ответили с Олесей в унисон, как делали все чаще и чаще.
Муниб ушел и очень быстро вернулся с кока-колой.
– Хотите?
Мне был удивителен такой жест, а точнее, удивителен здесь: я поняла, что напитками не принято делиться.
– Я немного только. – Танцы вызвали жажду, стакан с кока-колой выглядел как в рекламе.
Муниб протянул мне стакан, наши пальцы коснулись, он не сразу передал стакан мне.
– Давай я не буду из трубочки пить, – смутившись, прокричала я.
– Пей как хочешь, мне все равно, – он засмеялся и стоял очень близко.
Я сделала ровно один глоток с края стакана и протянула стакан Олесе:
– Будешь?
– Нет, спасибо. – Олеся была сама в себе, ритмично двигалась и не нуждалась в подкреплении.
– Спасибо. – Я снова посмотрела на Муниба, мне нравилось, что он не смылся так же, как Ахмед. Все-таки с ним нам было намного спокойнее в этом баре, я все еще помнила свои первые приключения с азербайджанцем.
Он словно почувствовал мои мысли – снова пристально на меня посмотрел.
Я широко улыбнулась и продолжила танцевать. Мне нравилось, что у нас есть небольшая группа, что можно беспрепятственно смотреть на Муниба, так как мы приятели. Мне было совершенно непонятно, как другие девчонки знакомились в клубах. Я любила танцевать и верила, что делаю это неплохо, но как танцевать и смотреть на кого-то? Как выбирать цель и соблазнять – это для меня оставалось наукой темной. Я танцевала, уставившись в пол, уходила в себя, смотрела я только на подруг, но они были заняты мальчиками, поэтому я возвращала взгляд в пол и танцевала в своем коконе.
В этот раз я решила потренироваться с просмотрами, поэтому периодически смотрела на Муниба и улыбалась. К тому же он танцевал, часто дурачась, и это было делать легко. Я улыбалась, и он улыбался в ответ.
Его кола закончилась, поэтому он снова ушел к бару. В это время рядом с нами оказался пьяный голландец, он попытался сначала обнять Олесю, а потом меня. Мы отпрыгнули обе так, что я наступила на чью-то ногу, и меня недовольно толкнули в спину.
Парень не собирался сдаваться и постарался приобнять теперь уже нас обеих, едва не разбрызгивая на нас пиво. Я взяла Олесю за руку, и мы перешли на другое место в клубе, пока шли, я искала глазами Муниба, но клуб был переполнен, оставалось только надеяться, что он нас найдет.
Муниб все не показывался, зато два других парня вдруг обратили на нас внимание и начали пританцовывать напротив. Один уже старался встать с Олесей в тандем, подстраиваясь сзади и приготовившись положить свои руки ей на бедра. Что вообще в этот момент ожидали парни – что девушка, как кошка в течке, отреагирует на призыв?
Олеся смотрела на меня в ужасе. Другой парень пританцовывал напротив меня, но я не смотрела в его сторону и ровным счетом ничего не меняла в танце. Я увидела Муниба, он шел теперь уже с двумя стаканами колы.
Я помахала ему, а он, пританцовывая, вдруг вклинился в наш круг.
Я стала с ним танцевать, взяв у него стакан колы, Олеся тоже приблизилась, мы начали повторять его движения. Интересующиеся парни сразу пропали, хотя Муниб был намного ниже их ростом и менее мускулист.