Татьяна Никитина – Выше звезд только любовь (страница 28)

ко мне и наполнит радостью это поле и эти скалы!!!

Он закричал во весь голос:

– Вселена, я приехал, встречай. Я приехал к тебе, Вселена!

Я же не узнала счастье, которого ждала пять лет.

– Вы ко мне, молодой человек?

Он с изумлением вглядывался в моё лицо. Улыбался, протягивая цветы.

– Скажи, что ты ждала меня, моя прекрасная. Я вновь поверил, что ты

реальна. Годы подряд мне казалось – та ночь была всего лишь сном. Сном в

чём-то ужасным, но прекрасным одновременно.

Он брал меня за плечи, заглядывал в глаза, пытался обнять. Я отходила в

сторону.

– Ты опять что-то увидела в моих глазах?

– В них страдания. Много страданий.

– Да, я так и не научился испытывать настоящую радость. Ты права, некому было меня учить. Но учиться ведь никогда не поздно? Радость – самый

трудный предмет для меня в последние пять лет. Может быть, потому что уехал

невероятно далеко от этих волшебных мест. А здесь всё по-прежнему. Именно

здесь я оставил тогда свою радость и теперь вернулся за ней. А ты изменилась, Вселена. Забыла меня.

– А мы разве знакомы?

– Неужели ты вычеркнула волшебный день нашего знакомства из своего

прошлого, а заодно и из своего подсознания? Вселена, там что, ничего не

осталось обо мне?

Отмечтал я, говорят… Не верю!

Возвожу обитель из огня,

Чтобы искры чувств

ворвались в двери,

Отворив для вечности меня.

Тонких тканей огненных касаюсь,

Догорая, вспыхиваю вновь.

Обращаюсь к прошлому и каюсь,

Если в нём оставлена любовь.

Возвращаться –

дерзкая примета,

Ты меня из прошлого зови!

Собирайтесь в яркие рассветы

Дорогие искорки любви!

– Стараюсь вспомнить. Там, откуда вы приехали, вас больше не ждут, –

вымолвила я.

– Это фрагмент моего настоящего, и это правда.

– Человек, с которым вы попрощались навсегда, был вашим отцом?

– И это правда! Я его очень любил. Хотел походить на него во всём. Но

после того случая на ромашковом поле потерял интерес к профессии банкира.

Мучился, не признавался отцу в этом все пять лет, потому что тот серьёзно

болел. Я оставался рядом, поддерживал как мог. А перед самой его кончиной у

нас состоялся откровенный разговор. Он изумился тому, как много не замечал в

своём сыне. Как, поглощенный бизнесом, обделял вниманием близких.

Поверил всему, что я поведал о встрече со своей спасительницей, и

благословил вернуться на ромашковое поле к девушке, которая хранит здесь

мою радость.

– Вы оставили дело отца ради знакомой девушки?

– Но это не просто девушка. Это судьба! Это ты, Вселена. Видимо, ты

обижена и не хочешь понять меня!

– Не говорите так. Я понимаю вашу боль и обязательно помогу вам. По-моему, вам не нужно было оставлять дело всей жизни отца.

– Дело перешло к моему младшему брату. Он надёжный наследник.

Только всё это так не важно сейчас! Важно одно: чтобы ты меня простила, иначе жизнь потеряет смысл.

– Простила? Вы о чём?

– Это жестоко!

– Я не знаю, что такое жестокость. Никогда не испытывала это чувство.

Оно родилось в большом, шумном мире машин. А здесь, в этой тишине и

красоте, жестокости нет места. Успокойтесь. Я вылечу вас. Научу радоваться

жизни. Черпать силы в природе, а хотите – исцелять людей как я? Для этого

задержусь здесь на некоторое время, чтобы передать опыт.

– Ты собралась уехать?

– Мне необходимо уехать. Не пойму, что меня здесь держало до сих пор, ведь я ещё с младенчества знала – буду путешествовать по миру, когда мне

исполнится восемнадцать.

– Ну зачем ты меня мучаешь? Ведь мы оба знаем, что тебя здесь держало!