Татьяна Никитина – Выше звезд только любовь (страница 11)

Словно ОН, всемерный и невидимый, ускорял процесс моей очередной

адаптации после межзвёздных испытаний. Казалось, это ОН говорит сейчас о

главном:

Доброта, чистота, высота –

Эта планка тобою взята!

Но опять в окруженье твоём

Вновь служение ночью и днём!

Сквозь туман памяти

Ныряют годы в тишину

В кроссворды истин заглянуть.

Им потеряться не дано,

Все сроки жизни заодно.

Открываю глаза… И вновь – небо! Этим можно любоваться вечно. Лица

коснулся влажный ветерок. На миг показалось: сижу, запрокинув голову, безмерно долго. Сердце защемило: мне надо вспомнить, что произошло до

этого доброго бриза… Плеск воды, знакомая скамья, удобно поддерживающая

мою спину… Ну конечно, это набережная из прошлой жизни. Здравствуй! Я

вернулась. Пока не вспомнила откуда, но уверена: там, среди звёзд, произошло

что-то исключительно важное. То, что ярче солнца!

У реки пленительно прекрасны

Берега песчаного атласа,

Стройных крон пьянящие объятья

И поклон от солнца на закате.

Всматриваюсь в огромные часы на противоположном берегу и вдруг в

изумлении поднимаюсь. На циферблате: секунды, минуты, часы, годы…

Кажется, сквозь туман памяти, что будто бы только вчера эти часы показывали

на 10 лет меньше. Обнаруживаю в руках у себя странный предмет: гладкий и

плоский, песчаного цвета. Он как бы часть меня, но часть, пока покрытая

забвением.

Сжав в объятьях мир иллюзий,

Что-то вспомню временами…

Кто же все проливы сузил

К измерению над нами?

При резком движении предмет не упал с колен. Неведомая магнитная

субстанция закрепила его на мне. Проникаюсь вниманьем к таинственной

штуке. Трогаю, глажу, трясу… О! Чудо! Штука зазвучала. Полились

волшебные звуки до боли знакомых мелодий. А слова! Неведомо на каком

языке, но они форматировали прекрасные букеты чувств. Я точно понимала

только одно – это мои песни! В каком пространстве они родились, видимо, ещё

предстоит

вспомнить.

Чувства

захватывали,

проникали,

кружили,

гармонизировали всё вокруг. Я уговаривала щемящее сердце не потеряться в

нежности, не распадаться на микрочастицы от родных ощущений.

Музыка исчезла. Перестав кружиться, остановилась перед мрачным

мужским силуэтом на соседней скамье. Показалось, что силуэт только что

реагировал на моё кружение и вдруг замер, опустив голову. Луна освещала

часть его бледного лица. Мой восторг сменился ужасом. Оглянулась по

сторонам и вздрогнула, увидев несколько одиноких бледных фигур среди

деревьев.

Что это? Город мёртвых?! Такая смена настроений парализовала

чувства, мысли… Но вдруг за спиной послышались шаги. Резко

оборачиваюсь…

Высокий пожилой мужчина со спящим младенцем на руках шёл по

набережной, озираясь. Он вглядывался в лежащие и сидящие силуэты и вдруг

остановился у соседней скамьи. Казалось, птицы остекленели от этой сцены

леденящего безмолвия.

– Кто он вам? – спросила я вдруг.

– Брат, – обреченно прошептал мужчина. По лицу его текли слёзы.

– А это, – перевёл он взгляд на младенца, – его внук. Договаривались же

выходить из дома вместе с малышами, они – наш оберег.

– Но почему? – спросила я.

– Это уже всем давно ясно. Младенцы пришли в мир с новыми, заданными планетой, параметрами. Представителям старшего поколения эти