Татьяна Никандрова – Слабо не влюбиться? (страница 17)

Мне почему-то смешно. Понимаю, что надо посочувствовать другу, но не могу подавить идиотскую улыбку.

— Ну да, — Тёма вздыхает.

— Дай посмотреть переписку.

— Да ну… Зачем? — он напрягается.

— Просто. А что, слабо показать? Очкуешь?

Только что я использовала безотказно действенный метод. Сейчас Тёма расколется как миленький.

— Вот еще, — фыркает он, извлекая из кармана мобильник. — Держи. Только тут ничего интересного.

С любопытством прилипаю взглядом к экрану, и через секунду изо рта против воли вырывается ехидный смешок. Тёма и впрямь не заморочился с оригинальностью: кинул Диане шаблонное сообщение-подкат, а после того, как она ничего ему не ответила, забросал ее возмущенными вопросительными знаками.

Что сказать? Дилетант.

— М-да, — со скепсисом выдаю я, возвращая другу телефон. — Ты прямо мастер пикапа, Соколов.

— Харе стебаться, — обрывает он. — Ну не умею я красиво клинья подбивать, и что с того? Раньше мне и без этого неплохо жилось. Девчонки сами липли как банный лист к голой жопе. А эта Диана… Блин, она какая-то другая, — качает головой. — Гордая, равнодушная. Хрен знает, с какого боку к ней подъехать.

— Хочешь совет, Тём? — помолчав, говорю я. — Бесплатно.

— Валяй, — друг шумно ставит на стол стакан колы.

— Все эти переписки в соцсетях — не твой конек. Этот вариант для тех, кто изобретателен, неутомим и умеет грамотно писать.

— Эй… На что ты намекаешь, малая?

— Ну какие уж тут намеки, — усмехаюсь я. — Ты же лентяй, Соколов! Да и твое знаменитое «двух яростная кровать» может ее отпугнуть.

— Я писал то сочинение в седьмом классе, — кисло цедит он. — Долго ты еще будешь припоминать эту ошибку?

— Ну, не дольше, чем великое произведение Грибоедова «Горе о туман».

Знаю, я обещала, больше не подкалывать Соколова на эту тему, но соблазн слишком велик. Как вспомню ту забавную запись в его дневнике, так сразу ржач разбирает. Ничего не могу с собой поделать.

— Сказала девочка, которая всю жизнь думала, что воробьи — это дети голубей, — парирует парень.

Вот зараза. Знает, куда бить в ответ.

— Это потому, что я никогда не видела маленьких голубей! Никто их не видел! — защищаюсь я.

— Логика покинула чат, Солнцева.

— А в твой чат она и не входила!

Какое-то время мы молчим, угрюмо бодая друг друга взглядами, а затем Соколов говорит:

— Слушай, Вась, ну раз ты такая умная и всезнающая, помоги мне с Дианой. Слабо заполучить для меня эту девчонку?

Опять чертово «слабо». Для меня это слово, как наркотик, ей-богу! Едва услышу его, и в венах тут же начинает бурлить адреналин. Давление подскакивает, ладони потеют, а по жилам расползается сладостное предвкушение.

— Легче легкого, — задрав подбородок, отзываюсь я. — Будешь следовать моим советам, и свидание с Барби тебе обеспечено.

— Ништяк, — Тёма откидывается на спинку дивана.

— Только предупреждаю: если в общении она окажется скучной дурой, в жилетку мне потом не плачь, — не могу не съязвить я.

— С такой внешностью Диане вовсе необязательно быть умной.

— Фу! Как это мерзко! — негодую.

— Брезгливость в сторону, Вась. Что делать-то будем?

— Ну, во-первых, никакой писанины в директ. Только живой контакт. У тебя язык подвешен, да и харизма мощная. Именно этим и надо брать, — инструктирую я. — Если все сложится по плану, то через пару дней она сама начнет закидывать тебя сообщениями.

— И как же я, такой безграмотный, ей отвечать буду? — хмыкает друг.

— А ты и не будешь, — с видом бывалого эксперта выдаю я. Ну а что? Зря я, что ли, пикаперские форумы читала? — Заставим девочку понервничать.

— У-у-у… Да ты акула, — Соколов заразительно смеется.

— А ты что думал? Что я тут шутки шучу? — клацаю зубами. — Не будешь слушаться, я и тебе что-нибудь откушу.

— Да я не против, кусай.

Он протягивает ко мне ладонь ребром, и я без раздумий впиваюсь в нее зубами. Тёма хохочет, я тоже.

Выдернув руку из моего рта, парень кидает в меня ломтиком картошки, и я незамедлительно отвечаю ему тем же. Следом в меня летит лист салата, а я сгребаю со стола использованные салфетки и с размаху атакую ими противника.

Минута-другая — и нас непременно вытурят из ресторана за хулиганское поведение. Знаем, проходили. Но, если честно, в данный момент нас это ничуть не колышет. Плевать, что будет потом.

Для нас существует только здесь и сейчас.

Глава 19

— Блин… И что мне делать, Лер? — расстроенно морщусь я, глядя на свое отражение в зеркале.

Осенний бал уже сегодня вечером. В основной программе мероприятия я не участвую, но вот на дискотеке, которая по обыкновению бывает после, очень хочется блеснуть. Не зря же я умоляла папу, уехавшего в Европу по работе, привезти мне оттуда роскошное платье, на которое я положила глаз еще летом. Увидела его в Интернете — и влюбилась!

Отец, конечно, не был в восторге от моей идеи, но, несмотря на ворчание, наряд все же привез. В красивом глянцевом пакете с логотипом известного бренда.

Заполучив такую роскошь, я радовалась как сумасшедшая. Приложив платье к себе, скакала по комнате, кружилась в импровизированном вальсе и воображала, как буду собирать восхищенные взгляды парней.

Однако восторг длился ровно до того момента, пока я не примерила заветный наряд. В моих фантазиях платье сидело на мне как влитое, а на деле оказалось безбожно велико. Причем не в целом, а исключительно в области груди, которая, как вы знаете, особой пышностью у меня не отличается.

— Может, ушьем тут немного? — Грановская подходит ко мне и принимается утягивать ткань на моем печально съежившемся бюсте. — Вот так, например? — она оценивающе наклоняет голову. — Лучше же, правда?

— Ну… Как тебе сказать? — кривлюсь в сомнении. — Разве что немного. Обхват-то, может, и подходит, но чашки все равно пустые.

Лера задумчиво жует губу, а затем вдруг восклицает:

— Есть идея, Солнцева! Тебе нужен лифчик с пуш-ап!

— Чего?

— Это такой фасон, когда сиськи как бы собираются вверх и к центру. Да и общий объем бюста прилично так увеличивается, — просвещает меня подруга.

С сомнение кошусь на ее грудь, которая смотрится куда аппетитней моей, и ехидно произношу:

— Кажется, секрет твоих роскошных буферов раскрыт.

— Типун тебе на язык, дуреха! — оскорбленно фыркает Лерка. — У меня все свое, натуральное. Никаких подкладов! А вот для таких… Эм… Щуплых девчонок, как ты, бюстгалтеры с эффектом пуш-ап — настоящее спасение!

М-да. Ладно хоть плоскодонкой меня не назвала. И на том спасибо.

— Но это же обман! Все знают, что на самом деле у меня никакой не пуш!

— Никто ничего не знает, Вась, — успокаивает Грановская. — Под твоими безразмерными футболками груди вообще не видно.

— Думаешь?

— Да точно тебе говорю! Да и вообще, какие у тебя варианты? Либо экстренное увеличение груди, либо лифчик с поролоном. Третьего не дано.

— Можно еще надеть что-нибудь другое, — неуверенно говорю я. — Не это платье…

— С ума сошла?! — подруга театрально хватается за сердце. — Такую красоту нельзя не носить! Если ты его не наденешь, это сделаю я!