Татьяна Никандрова – Дорогое удовольствие (страница 27)
– В каком смысле? – настораживаюсь я.
– Оксана – не тот человек, кому стоит доверять.
– Она моя подруга! Мы с ней с детства знакомы! – я воспринимаю его реплику в штыки.
Каким бы опытным и умным Пеплов ни был, он не имеет права указывать мне, с кем дружить!
– Возможно. Но сути это не меняет, – он упорно стоит на своем, напрочь не слыша моих аргументов.
– Антон, – впервые в жизни я по-настоящему злюсь на него, – почему ты так говоришь?! Мы с Оксаной выросли бок о бок, а когда я приехала сюда, она пыталась мне помочь…
– Голос понизь, – перебивает парень, предупреждающе сверкнув глазами.
– Она пыталась мне помочь, – уже спокойнее повторяю я. – Была рядом и оказывала дружескую поддержку…
– Пыталась помочь, подкладывая под богатых уродов? – губы Пеплова кривятся в ироничной усмешке.
– Тебе смешно?! – не на шутку завожусь я. – Ты просто никогда не был беден, Антон! И понятия не имеешь, каково это, когда все вокруг живут жизнью твоей мечты, а ты не можешь позволить себе даже булочку с маком, потому что она на целых четырнадцать рублей дороже обычной!
– Не говори о том, чего не знаешь. Мне тоже случалось творить всякую дичь в попытках заработать бабла. Но речь сейчас речь не о деньгах, Камила, а о доверии, – отвечает он, садясь на кровати и вгрызаясь в меня недобрым взглядом. – Твоя Оксана – конченная блядь и помогала тебе только потому, что получала с этого свой процент. Ну, точнее рассчитывала получать. Как тебе такая дружба?
Меня будто обухом по голове ударили. Аж круги красные перед глазами пошли. Что значит «получала свой процент»? Это, должно быть, какая-то ошибка, недоразумение…
– Откуда ты знаешь? – хрипло выдавливаю я.
– Я все про всех знаю. И про тебя, и про нее, и про того извращенца Виктора Комарова, на встречу с которым она тебя отправила. Ты будешь удивлена, но далеко не каждая проститутка уползает он него целой и невредимой.
Несколько секунд мы просто молчим. Я – потрясенно, Антон – мрачно. Только шум машин за окном скрашивает звенящую тишину комнаты, которая вдруг становится до чертиков некомфортной.
– Ты сейчас ей про это рассказал? – спрашиваю первое, что проходи в голову, лишь бы больше на растягивать молчание, в котором явственно слышится триумф Пеплова и мое позорное поражение. – Поэтому она так быстро убежала?
– Нет, убежала она потому, что я отказался ее трахать, – невозмутимо выдает он, вновь откидываясь на подушки. – Хотя она очень просила.
Эти жестокие слова острым ножом вонзаются мне в сердце, круша его на болезненно пульсирующие ошметки. Оксана предлагала себя Пеплову? Мне сложно и одновременно очень легко в это поверить. Ей ведь нужны деньги, нужен новый спонсор, а Антон – просто идеальный вариант. Молодой, обеспеченный, красивый…
Но как же наша дружба? Как же женская солидарность, в конце концов? Ведь Оксанка сама всегда говорила, что девчонки должны держаться вместе, что за нами сила, что сестра сестру не предаст…
Она же знала, что Антон мой. Что я люблю его. Всей душой люблю.
Впервые я призналась в этом вслух именно ей, Оксанке. Мы сидели у нее в квартире, пили вино, заедая его дорогущим сыром с плесенью, который, кстати говоря, мне совсем не понравился, и разговаривали о мужчинах. Со смехом вспоминали наших деревенских ухажеров – Ваську Денькова, дарившего Оксанке ворованные букеты, и Игорька Левченко, который катал меня на своей хромой лошади.
А потом обсуждение как-то само скатилось к настоящему времени. Подруга рассказывала про своего Толика, про ревнивые смс от его жены и про всякие странные вещи, которые он любит вытворять в постели. А я делилась с ней своими чувствами к Антону, говорила о том, какой он умный, какой счастливой я себя ощущаю рядом с ним и как однажды хочу стать его женой.
Я понимаю, все это звучит нелепо и по-детски, но кто способен запретить нам мечтать? В последнее время мне и впрямь стало казаться, что суровую реальность возможно превратить в сказку, где идеальный мужчина будет любить только тебя.
Нет, разумеется, Антон ничего подобного мне пока не говорил. В своих чувствах он вообще признавался с крайней неохотой. Львиная доля его редких комплиментов предназначалась моим губам, а оставшаяся часть поровну распределялась между грудью и задницей.
Конечно, глупо отрицать, что влечение Пеплова обуславливалось в первую очередь физиологией. Но ведь было и нечто такое, что заставляло его проводить со мной время вне секса – просто общаться, оставаться на ночь, обнимать во сне…
Все эти переживания и мысли были глубоко личными и от того сокровенными. Но я делилась ими с Оксанкой, не боясь и не стесняясь, просто потому что считала ее близким человеком. Она никогда не смеялась надо мной, не осуждала, не обесценивала мои маленькие победы. Наверное, поэтому мне казалось, что она на моей стороне. Что я действительно могу ей доверять.
Погрузившись в собственные мысли, я не сразу замечаю, как по лицу скользит одинокая слезинка. Прокатившись по щеке, она срывается с подбородка и приземляется на тыльной стороне моей ладони. Слегка вздрогнув, я опускаю взгляд на мокрый развод и часто моргаю.
В последнее время я много плакала, но все больше от радости. А сейчас плачу от разочарования. Горького и соленого.
Глава 28
– О-о-о, а вот и наш именинник! – голосит Денис Рейман, набрасываясь на только что вошедшего Пеплова.
Вслед за блондином к Антону подскакивают и другие более напористые гости, поэтому мне не остается ничего другого, кроме как скромно стоять у барной стойки и смиренно ждать своей очереди на поздравление. Протискиваться сквозь тесное скопище людей, желающих ему здоровья, счастья и прочих милых банальностей, мне не очень хочется.
В который раз за вечер окидываю взглядом светящееся неоном и пульсирующее модной музыкой помещение клуба, и уголки губ сами собой тянутся вверх от восторга. Как же тут все красиво и дорого! Рей - большой молодец, что организовал эту вечеринку.
Когда толпа вокруг виновника торжества понемногу рассеивается, я наконец решаюсь подойти и вручить ему свой подарок.
– С днем рождения, Антон! – говорю я и, чуть замявшись, целую его в колючую щеку.
Это наше первое совместное пребывание в публичном месте, не считая офиса, поэтому я немного нервничаю и не совсем понимаю, как себя вести.
– Спасибо, Камила, – Пеплов же, напротив, неизменно спокоен и собран. Будто вся эта суматоха вокруг ничуть его не трогает.
– Это тебе, – слегка трясущимися руками протягиваю парню подарочную коробку, аккуратно перевязанную черными атласными лентами, и замираю в ожидании его реакции.
– Благодарю, – Антон принимает внушительный сверток с совершенно невозмутимым видом и, коротко мазнув по нему взглядом, откладывает в сторону, к остальным подаркам.
По большому счету, в этом жесте нет ничего предосудительного, ведь с презентами других гостей он поступил точно так же. Но я все равно чувствую неприятный укол обиды. Почему-то мне казалось, что моему подарку парень уделит чуть больше внимания.
– Даже не посмотришь? – маскируя разочарование улыбкой, интересуюсь я.
– Позже, – коротко отвечает Пеплов, и его блуждающий взор останавливается на достаточно смелом вырезе моего декольте. – Очень сексуальное платье. Новое?
– Да, тебе нравится? – тут же вспыхиваю счастливым румянцем.
На выбор этого наряда я потратила не один день. Облазила все торговые центры, измучила продавцов-консультантов, перемерила тонну одежды и в конце концов нашла его – дизайнерское платье насыщенного алого цвета на тонких бретельках и с соблазнительным разрезом у бедра.
Первой моей реакцией при взгляде на ценник был шок. Но потом я быстренько себя одернула, напомнив, что теперь у меня есть деньги и я вполне могу позволить купить даже такую без преувеличения роскошную вещь.
– Конечно, – Антон слегка наклоняется к моему уху, а его пальцы как бы невзначай проскальзывают под тонкую ткань платья и нежно сжимают сосок, который тотчас напрягается от его прикосновения.
Не знаю, что меня больше удивляет: то ли развязные публичные приставания, которые Пеплов обычно не практикует, то ли запах алкоголя, который явственно от него доносится. Раньше я никогда не видела Антона пьяным, и мне жутко любопытно, как он ведет себя под градусом. Веселеет или, может быть, становится более общительным?
Поддавшись порыву, я еще раз целую Пеплова в щеку. На этот раз неторопливо и чувственно. Мне нравится, как его щетина игриво касается моих губ, поэтому я не спешу отрываться. Люблю дышать Антоном, люблю чувствовать его близость.
Парень слегка поворачивает голову, и его рот тут же находит мой. Этот поцелуй совсем не похож на все предыдущие. Он неглубокий, мимолетный, но в то же время невообразимо страстный. И хоть вокруг шумно, я отчетливо слышу участившееся дыхание Антона. Создается ощущение, что он совсем не планировал меня целовать, но по необъяснимой причине не смог удержаться.
И вот наши губы сплетаются в плавном танце, поочередно накрывают друг друга, ласкают, дрожат. Пеплов ведет, а я подчиняюсь. Он море, а я волна. Он пламя, а я искра. И для меня это так естественно, так правильно…
– Так, Пепел, оторвись от своей принцессы и пойдем выпьем, – Рей повисает на плече Антона, беспардонно вклиниваясь между нами. – Ками, ты ведь не против, если я сегодня буду спаивать нашего именинника?