Татьяна Морозова – Дети двух миров (страница 62)

Вот и еще один урок она прошла — никогда не стоит бояться собственных желаний, не стоит прятать их глубоко в подсознании. Рано или поздно, но они все равно выберутся из-под «замка». И лучше уж раньше, чем потом, позже, когда время будет упущено и останется только сожалеть да закусывать губы до боли.

Еще один страх ей удалось повергнуть. Страх проявить чувства и насладиться желанием. Вот ведь как вышло: отправляясь сюда, в Магический мир, думала ли она, что помимо основных заданий, полученных от Константина Григорьевича, она будет разбираться со своими собственными проблемами, отрабатывать уроки, с которыми не справилась в своем мире.

Какой же по счету страх ей удалось победить? Кажется четвертый? Первый удалось повергнуть в городе Страхов, второй…

Со вторым помог справиться мастер Агвальт, дав понять, что не стоит бояться быть самой собой, что нет необходимости ломать свое «я», чтоб соответствовать тем представлениям, которые сложились о тебе у окружающих.

Третий… Третий тесно связан с поверженным четвертым страхом, потому как один вытекал из другого. Страх любить и отдаваться этому чувству не только всем сердцем, душой, но и телом.

Что ж, эти уроки Ева отработала и сделала это на пять. Довольная собой, девушка шла, улыбаясь душой. Будут еще другие страхи, но с ними она справится! Единственное, чего не заметила она, это как глубоко-глубоко в ее подсознании зарождался еще один страх. Но пока он не имел четких очертаний и форм, посему до тех пор, пока он не окрепнет, Ева не узнает о нем.

Местность, по которой продолжали свой путь Ева и Конэ-Эль, постепенно менялась. Зелень лугов и лесов стала уступать место иному цвету. Все больше и больше привлекал внимание желтый и его всевозможные оттенки. Вскоре все вокруг оказалось залито солнцем. Куда ни кинь взгляд — везде желтый цвет, словно у художника, нарисовавшего этот пейзаж, на палитре закончились другие краски.

— Золотистые луга Велиана, — догадалась Ева. — Теперь понятно, почему так назвали этот край.

— Непривычно, да? — эльф с интересом озирался по сторонам.

— Точно. У нас бывает похоже, когда наступает осень, и то не все окрашивается в желтый цвет, а тут… Необычно.

— Осень? — переспросил эльф. — И часто она на вас наступает? Армия у нее большая? И как вы обороняетесь?

— Угу, часто, — закивала головой Ева, с серьезным видом. — Раз в год обязательно наступает.

— Бедные, — вздохнул эльф, — как же вы там живете? Постоянно в осадном положении… Это ведь так тяжело.

— У, это еще что! Осень — ерунда, вот когда зима наступает, тогда еще хлеще! — сжав губы, чтоб не рассмеяться, ответила девушка.

— Зима? Еще и зима наступает???

— Тоже каждый год, — Ева отвернулась в сторону, чтоб эльф не видел, как она еле сдерживается. — У нас всегда так…

— Первые отцы! Что ж за мир у вас такой? Одного понять не могу, когда вы успеваете развивать ваши технологии, если все время воюете? И потом, при чем тут цвет листьев и травы?

Ева повернулась к эльфу, изо всех сил поджимая губы.

— Постой, — глядя на мимику ее лица, Конэ-Эль постепенно качал догадываться, что она попросту изгаляется над ним. — Наступление осени, это не военные действия, так?

— Так, так, — не выдержала девушка и закатилась от смеха. — Это времена года, хотя ожидание зимы у нас сродни подготовке к боевой операции.

От смеха у Евы на глазах выступили слезы, она хохотала, держась рукой за живот. Эльф остановился и с укоризной покачал головой:

— Э-э-э… И тебе не стыдно?

— Ну, прости, прости, — продолжая посмеиваться, извинилась Ева, смахивая слезинку. — Больше не буду.

— Не уверен, — прищурил глаза Конэ-Эль, — тебя хлебом не корми, дай только поиздеваться над бедным эльфом.

— Чес пионерское, — отсалютовала Ева, — больше не буду.

— Посмотрим, посмотрим… Итак: осень, зима — это…

— А еще весна и лето, — дополнила картину девушка, — времена года. Зимой, например, выпадает снег.

— Снег? Никогда не видел снега.

Продолжая путь, Ева попыталась, как можно подробней, рассказать эльфу обо всем. Конэ-Эль слушал, наклонив немного голову набок, периодически задавая вопросы, когда что-то становилось совсем непонятно. Как хороший педагог, Ева по нескольку раз отвечала на один и тот же вопрос, каждый раз стараясь раскрыть непонятные для эльфа термины с разных сторон.

Непривычный цвет флоры немного резал взгляд, девушке казалось, что она словно оказалась внутри картины Крылова, увиденной ею когда-то на выставке в Доме художников, что на Крымском Валу.

Дорога медленно вела их в гору. Нарастающий гул заставил девушку прервать рассказ. Вскоре на горизонте появилась черная точка, окутанная легкой дымкой, движущаяся в их сторону. Прошло немного времени, и путники могли четко разглядеть спускавшихся с горы четырех всадников. Ева машинально взглянула на Конхен, висевший за спиной у эльфа, тот молчал, никак не реагируя на приближающихся.

— Не светится и то хорошо, — ответила она на молчаливый вопрос Конэ-Эля. — Значит, встреча с нечистью нам не грозит.

— Если они проскачут мимо, то считай, что повезло. Хуже будет, если привяжутся к нам, — эльфу явно была не по душе сложившаяся ситуация.

Но, по всей видимости, всадники все же обратили свое внимание на идущих по дороге путников и пустили своих скакунов с рыси в легкий галоп.

— Стражники, — уточнил Конэ-Эль, когда те приблизились.

— Может, все же мимо проедут, — как-то неуверенно произнесла Ева.

— Вряд ли, мы же на их территории.

Грозный вид всадников не сулил ничего хорошего. Огромные, внушительных размеров, они явно не были в восторге от встречи. Подъехав к эльфу и Еве, стражники окружили их с четырех сторон. Их кони, под стать своим седокам, такие же массивные и кряжистые, замерли на месте как вкопанные, лишь изредка передергивая ушами.

— Нэм бэрх хар! — лающим голосом произнес один из них, по всей видимости, старший в этой группе, да и красная ленточка, свисающая с правого плеча, указывала на это отличие.

Конэ-Эль и Ева переглянулись, не поняв ни слова из брошенной им фразы.

— Нэм бэрх хар! Длак! — с явным раздражением выкрикнул стражник.

Память Евы стала судорожно поднимать давно зарытые пласты знаний. Последнее слово особенно показалось ей знакомым. Ну, не зря же она в свое время выучила столько языков! Хотя и не верила, даже не надеялась на то, что эти знания когда-то пригодятся.

«Длак… Длак… — крутилось в ее сознании. — Конечно же! «Отвечай» — вот как переводится это слово. Это велианский. Да и какой другой язык может звучать на Золотистых просторах Велиана?

— Добрый день, офицер, — с небольшим акцентом, но все же на велианском ответила Ева гневно сверкающему глазищами стражнику.

«Да, милок, — глядя на него, подумала девушка, — ты явно не из терпеливых, да и глаза твои просто кричат об этом, вон как близко посажены».

Она огляделась, рассматривая остальных. Широкие, круглые лица; тяжелые, нависающие над глазами массивные надбровные дуги, а сами глаза расположены близко друг к другу; широкие пазухи носа и довольно узкие губы.

«Трудно же будет с вами договориться, — определила для себя Ева. — Но попытка не пытка».

— Кто вы такие и что вам надо на Священной земле Велиана? — гнев у офицера постепенно отступал.

— Что он говорит? — Конэ-Эль дернул за рукав Еву, чувствуя себя неловко оттого, что не понимает, о чем идет речь.

Не теряя времени, девушка сплеча обучающее заклинание и вложила в память эльфа знание велианского.

— Не сметь разговаривать меж собой! — вновь завелся стражник. — Находясь на Священной земле Велиана, запрещено говорить на каком-либо другом языке.

Конэ-Эль аж дернулся от неожиданности, разобрав каждое слово, брошенное офицером, но тут же стал вслушиваться в новую для него речь.

— Господин офицер, — как можно более мягким голосом заговорила Ева. — Мы путешественники и направляемся к океану. Наша дорога пролегла через Священную землю Велиана, так уж вышло, но иного пути у нас нет.

Хмурый стражник с недоверием оглядел девушку и эльфа.

— Через Священную землю Велиана можно пройти только с разрешения Дорожного Ведомства, при наличии официальной бумаги. В случае отсутствия таковой, любое передвижение по Священной земле Велиана строжайше запрещено и карается законом.

— Бюрократы… — еле слышно проворчала Ева. — Но почему, господин офицер?

— Положение 4.6 из свода постановлений законодатааьного Совета Мудрейших великого Велиана, — отрезал стражник.

Недолго думая, девушка применила магию и сотворила себе и эльфу дорожный документ, не имея ни малейшего представления о том, как он должен выглядеть, попросту пожелав, чтоб у нее в руке оказался таковой.

— Вот, господин офицер, — осмелев, она протянула бумаги стражнику. — Простите, что сразу не показали.

Велианец недоверчиво взял протянутые ему бумаги, и стал пристально их изучать.

— Хм… Странные они у вас, — офицер по очереди разглядывал то один лист, то другой. — Вроде бы оформлены верно, но в то же время что-то в них не так.

Потекли мучительные минуты ожидания, пока велианец досконально изучал каждую букву. Тут один из стражников дернул поводья своего коня и подъехал к своему командиру. Поглядывая то на эльфа, то на девушку, он неторопливо говорил что-то на ухо офицеру.

— Ты уверен в этом? — расслышала вопрос Ева.

— Не совсем, но стоит проверить, — коротко ответил стражник.