Татьяна Морец – Зов пустоты (страница 10)

Стиснув зубы мы ползли. Потом приседали. Снова что-то делали. Сорок пять минут ада.

– Как думаете? Кто нас прикончит раньше? Капитан или капрал? – возмущался Никита по дороге в душевые.

Мы настолько пропылились, что не могли пойти мыться в свои комнаты.

– Тех, кто выживет после занятий капрала Свина – добьет капитан, – простонала Марти.

Мы втроем невесело засмеялись.

– Завтракать и на занятия. У всех тактика следом? – спросила я друзей, когда все выбрались из душевых. – Я съем арктурианского буйвола после физических упражнений, которые по большому недоразумению здесь называются «утренней зарядкой».

Марти и Ник закивали.

– Позавтракаем и тогда выдержим занудство капитана Сторенса, – произнес Никита.

Словом, Залесский преувеличивал. Скорее всего на его настроении сказались голод и интенсивная «зарядка», и я не стала одергивать друга. Мы уважали капитана Стивена Сторенса, на его предмете было всегда интересно. Четыре часа тактики всегда пролетали незаметно. Мы смотрели учебные видеоматериалы реальных вылетов, сделанные модуляции, изучали чертежи, полетные схемы, решали задачи и всем подразделением обсуждали выбранные тактики. В зале тактического обучения находился самый большой голограф Академии, у которого мы проводили много времени. Больше по времени мы только «летали» на различного типа кораблях.

– Да, пойдемте уже! Так и с голоду помереть можно! – нетерпеливо воскликнула Марти. – С утра еще не было полного расписания. Хоть посмотрим, что у нас сегодня после перерыва!

В столовой все пялились в свои учебные планшеты и молча водили пальцем по экрану.

Мой омлет, обогащенный белками и витаминами остывал, пока я тоже пыталась понять: точно ли это мое расписание и нет ли в нем ошибки?

– Я бы предпочла больше летать, а у меня после перерыва только огневая подготовка и рукопашка… – пробормотала я, испытывая недоумение, граничащее с недовольством. – Сегодня нет симуляторов! И завтра тоже!

Что за ерунда?!

Хмурое выражение лиц остальных привело меня к выводам, что мои сокурсники тоже не нашли в своих расписаниях полетов. Так оно и оказалось. Может капитан не так хорош как нам казалось? Арктурианские черти! Ползая на брюхе в пыли, нам не стать востребованными пилотами!

Завтрак доедали в тишине, только изредка перебрасывались тихими репликами. Наша радость и ожидания заметно поутихли. Но может рано было делать выводы? Шел только второй день под руководством нового командира.

На занятия по тактике мы пришли в подавленном состоянии.

– С началом последнего учебного круга, курсанты! – сиял как Процион капитан Стивен Сторенс. – Вас унылый клещ покусал? Сейчас забьемся под голограф и будем рыдать вместе!

Непроизвольно я улыбнулась. Клещ, живущий на Арктуре b и c, кусал домашний скот. У копытных потом слезились глаза и они приобретали поникшее выражение морд, поэтому клещей и назвали «унылыми».

Сегодня нас всех покусал другой клещ. Его звали Дикксон Раст.

– Не слышу, курсанты?!

– Спасибо, капитан Сторенс! – дружно гаркнули мы.

– К работе готовы?! – не отставал он.

– Так точно, капитан!

– Другое дело. Рассаживайтесь, – капитан запустил голограф, и в центре зала появилось изображение истребителя «Валькирия».

Этот тип истребителя был крупнее и тяжелее «Гарпии», нес больше вооружения, мог при необходимости взять еще одного человека на борт. Если «Гарпия» использовалась больше для разведывательных миссий, то «Валькирия» – в качестве атакующего звена космической эскадры.

– Сегодня мы с вами посмотрим и вспомним основные принципы работы с противником для роя в девять истребителей. А после на практике порешаем задачки, я для вас приготовил интересные квесты. Разбились на четыре группы в четырех секторах! Даю пять минут!

Я перехватила облегченный взгляд Никиты, он поднял большой палец вверх. Наверное мы рано переживали.

– Начнем! – Зал погрузился в полумрак, в усилителях голос Сторенса звучал негромко, но хорошо различимо. Перед глазами развертывалось одно из сражений с вторженцами, когда наши смогли наконец-то уничтожить первый линкор пришельцев. – В этом бою наши бойцы использовали мнимые цели, беспилотники и два роя по девять «Валькирий».

Я никогда не мечтала о тяжелой и опасной работе пилота истребителя. Это круто только в капсуле симулятора. Если ты и умрешь, то не по настоящему. А еще было унизительно ходить в туалет в приспособления, специально предназначенные для долгих вылетов.

Но на занятиях я с большим интересом погрузилась в материал и задачи, что нам давал капитан Сторенс. Обучение было универсальным, уже поступив на службу, пилоты больше уходили в специализацию, но никогда не летали на чем-то одном. Флот придерживался принципов взаимозаменяемости.

На обед первое подразделение пришло в полном составе совсем в ином расположении духа. Мы уже поняли, что рано скисли. Вчера поначалу мы были обескуражены, к вечеру пылали от восторга, сегодня утром решили, что все пропало, а сейчас снова воодушевились. Раст как опытный кукловод умело дергал за веревочки, а мы послушно следовали за его руками. Я ничуть не сомневалась в том, что Дикксон манипулирует эмоциями будущих пилотов с определенной целью.

Я опять залезла в расписание, в надежде, что оно изменилось, но этого не произошло. Огневая подготовка и рукопашка. Понимая, что ни на что не могу повлиять, легла спать. Засыпая, я представила, как заявлюсь в кабинет Дика и стрясу с него ответы на свои вопросы. Глупое желание. Но помечтать-то можно!

– Да, что происходит?! – едва разлепив глаза, я пыталась сообразить откуда шум.

Курсантские часы издавали сигнал тревоги, довольно громко вибрируя на столе.

«Срочно явиться в тренировочный блок при медицинском корпусе».

– Приветствую, курсанты! – встречал нас доктор Перрис. За его спиной маячил капрал Свин. – Сегодня у вас внеплановое занятие по скорой медицинской помощи. Тридцать шесть тренажеров с разного рода травмами. Вы и ваши напарники можете получить их в открытом космосе, на кораблях или космических объектах.

Не сказать, что я любила занятия по тактической медицине. Воспринимала как необходимость.

– Работаете парами. От одного до четырех пострадавших на задание. Определяете тяжесть, очередность и порядок своих действий, – Энзо Перрис, прохаживался между тренажеров. Они лежали на столах, в капсулах, сидели в креслах пилотов или лежали на полу в разных позах. – Тридцать минут на упражнение. Потом получаете новое. И так три раза. Количество средств помощи индивидуально для каждого задания. Можете пользоваться учебными планшетами для поиска информации, доступа к интеллекту корабля у вас нет. В конце обсудим: кого-то вы спасете и они дождутся помощи медиков, а кто-то погибнет по вашей вине. Безнадежных случаев сегодня нет. Начали!

Мне в пару выпал Фрэнк Адамс. Нам достались манекены обожженных пилотов. Они были еще «живы», но выглядели пугающе: ремни и одежда местами вплавились в кожу.

Первое, что мы сделали, сами надели фильтрующие маски, запах горелой плоти вызывал тошноту. А потом, натянув медицинские перчатки, принялись за спасение пилотов. Действовали параллельно. Сначала надели на пилотов кислородные маски, навесили датчики контроля жизнедеятельности и вкололи обезболивающее. Срезали ремни и куски тканей летных комбинезонов, где их легко удавалось отлепить от кожи, и заливали все специальной нано-пеной при ожогах. Пена обезболивала и обеззараживала, покрывала защитной пленкой кожу, предотвращая излишнюю травматизацию и проникновение патогенов. Когда мы решили, что справились, запищал монитор пилота Фрэнка.

– Крис! Асистолия! – запыхтел Фрэнк.

– Слышу! Дефибриллятор!

Три разряда и эпинефрин помогли нам стабилизировать пилота, до того как его «забрали» медики.

Прозвучал сигнал перехода. Нам достались изрешеченные шрапнелью тела, лежащие на иссушенном клочке земли, а следом ампутация конечностей при крушении и черепно-мозговая травма.

Через полтора часа, взмыленная, в искусственной крови, я стянула перчатки и выбросила их в бак для утилизации. Фрэнк был раздражен как и я. Мы потеряли одного пострадавшего из второго задания, он истек кровью от многочисленных ран, вызванных осколками. После разбора полетов, едва хватило времени отмыться и сменить курсантскую форму на чистую.

Оставалось пережить два неприятных пункта в расписании.

Я устала, но пришлось бежать на занятие по искусству владения ручным стрелковым оружием. Никто из курсантов не любил проводить часы в обществе лейтенанта с Марса. Она редкостная стерва, но дело свое знала.

Следом шло занятие по рукопашному бою под началом Свина. В сравнении с утренней разминкой, он был душкой. Может раннее вставание на него тоже плохо влияло?

Я мечтала об одном – чтобы сегодняшний день закончился. Часы показывали двадцать четыре часа. Еще шесть и начнутся новые сутки. Мы были на ногах с восьми утра, весь день прошел на учениях большой интенсивности, и сил злиться, что в таком плотном графике не нашлось места тренировкам в симуляторе – не осталось.

– Мы выживем сегодня или нет? – простонала Марти, вытягиваясь на тренировочном ковре. – Завтра я не встану.

– Не ты одна! – я повалилась неподалеку и прикрыла глаза. – Хочу массаж! – Мечтательно протянула я.

– Помять спинку? – Тихо прогудел знакомый голос над головой.