Татьяна Морец – Я проснусь (страница 26)

У низа лестницы меня поджидает Миррасс с тапочками:

– Стекло везде и щепки, обуйтесь, Морайя. Сейчас я быстро все приберу.

– Ты такой заботливый, – треплю его по щеке и обуваюсь в тапки. – А может, сами пусть убирают?

Вижу, как гадский муж и его не менее гадский брат напрягаются. Стоят, сверкают ревниво змеиными глазищами. Миррассу, надеюсь, ничего не будет? Я не хотела его подставлять.

Помощник мужа принимается за уборку. Странно, что соседи снизу не пришли на шум.

Я тоже буду делать, что хочу! Может, кино посмотреть? Точно. Так и поступлю.

Подойдя вплотную, замечаю у мужа рассеченную губу, небольшой синяк на скуле. Анишшассу досталось куда больше. Из раны над бровью бежит кровь, которую он зажимает платком из кармана своего костюма. И приличный такой фингал назревает под правым глазом.

– Красивые, – отмечаю я, подняв большой палец вверх. – Зейрашш пусть вас зашьет.

Презрительно глянув на них, иду к дивану и разваливаюсь на нем, вытягивая уставшие от каблуков ноги. Вяло ищу, что бы мне такое посмотреть. Главное, не про змей.

– Рай, зашей пожалуйста. Раша нет. Хотя бы его. У Анишшасса глубокая рана, он врезался в стол, – хмыкает муж.

– Сам врезался? – скептично поднимаю бровь я. – Не могу. Я пьяна. Шрамы останутся. Кривые.

Вызывающе трясу бутылкой и снова делаю большой глоток.

– Неважно, – машет рукой средний принц. – Кровь пока не останавливается. Это неудобно.

Неудобно, надо же. Вздыхаю и прошу Миррасса принести сверху мой медицинский чемоданчик.

Пока готовлюсь, Шанриасс разливает виски по бокалам. Себе и брату.

Обрабатываю. Осторожно обкалываю рану среднего принца анастезирующим препаратом.

Анишшасс выпивает залпом свою порцию янтарной жидкости. И почти не дышит все время, пока я чуть дрожащими пальцами, стараюсь сделать аккуратные швы. Очень хотелось шить так, не обезболивая, но стало жалко этих ненормальных.

– Покажи губу, – подхожу к мужу.

Тоже придется немного подштопать. Снова вздохнув, принимаюсь за работу.

– Нитки саморассасывающиеся, швы снимать не надо, – оповещаю их я, возвращаясь на диван.

Рядом садится муж, и с ним Анишшасс.

Они снова пьют, поднимая бокалы:

– За семью! – И хохочут оба, запрокидывая головы.

Психи! Что-то мне не так весело!

– Рай, прости, родная, что так вышло. Мы, не хотели тебя беспокоить, – пытается оправдаться муж.

– Да, Рай. Я потерял контроль, прости. Все должно́ было быть иначе, – подключается Шасс.

– Угу, – отвечаю им я, выключая голопроектор.

Не смогу ничего посмотреть, невозможно сосредоточиться. Попробую поспать.

– Вы тут развлекайтесь, а я пойду. И, Шанриасс, – оборачиваюсь от лестницы. – Если тебе нужна ванна, воспользуйся тут внизу.

Изящно веду рукой в направлении санузла. Не могу сдержать улыбки, видя его удивление.

– Сегодня сплю одна, – ставлю его в известность и удаляюсь под хохот Анишшасса.

– Прости Шасс, но я тоже пойду, – следует за мной муж.

Да, Мистер Все Сам, я все еще сильно сердита.

Глава 26. Воспламенение

К благотворительному мероприятию готовлюсь с помощью салона красоты, расположенному на втором этаже нашего жилого комплекса. Не сильна я в макияже и укладке.

Теперь домой.

Заранее отвоевала возможность собраться само́й. Чтобы не передумать и не задержаться. Больно уж велик соблазн это сделать.

Под платье выбираю телесные бесшовные трусики, почти незаметные. Облачаюсь в платье и туфли.

Последние штрихи. Вдеваю бриллиантовые серьги-подвески в уши и браслет на руку. Их тоже приобрел Шанриасс.

Капля парфюма со свежим запахом водных кувшинок. Я так впечатлилась тем ароматом нимфеи на Топях, что не смогла о нем забыть и на Джи отыскала духи с ярко выраженной нотой этих растений.

Готова. Но это касается только моей оболочки и ничуть не отражает мое внутреннее состояние. Может, не надо было соглашаться?

Сдуваю челку с глаз и подхожу к зеркалу.

В плане внешности я всегда считала себя обычной. Бледная кожа, светлые брови, ресницы, светлые серо-зеленые глаза. Волосы обычно стянуты в хвост или шишку. Косметикой постоянно не пользуюсь, это мешает в работе. Тщательно слежу за собой, но не стараюсь приукрасить себя и выглядеть лучше, чем я есть.

Сейчас же в зеркале я вижу красивую женщину. Утонченную, с хорошим вкусом. Дерзкую.

Знаю, что назавтра вернусь к привычному и удобному. Но увидеть себя такой… интересно.

Иду.

Да, я иду на вечер не с мужем. Но для всех – именно с ним. Мне нужно выглядеть шикарно? Я буду. В меня вселились демоны после событий последних дней. Поздно сообразила, что дразню я не только Шанриасса. Но безрассудно отталкивала эту мысль. И вообще, похоже, не думала.

Спускаюсь по лестнице, подавляя в себе чувство неловкости, под взглядом двух пар пожирающих глаз.

Только вот деваться мне уже некуда. И возможность была выбрать другое платье, запоздало понимаю я.

Время упущено, Рай.

Остается гордо задрать голову и преодолеть, ставшую бесконечной, лестницу до конца.

Муж в домашней одежде, значит, будет дожидаться в апартаментах. А Анишшасса я впервые вижу в строгом костюме. Не знай я этих мужчин так хорошо, точно бы перепутала.

На последних ступенях мне подает руку Шанриасс.

– Ты восхитительна, жена моя, – тянет к себе, наклоняется, но я накрываю пальцами его губы.

– Макияж испортишь, – строго заявляю я отстраняясь.

Нет, не дам целовать себя сейчас. Шан понимающе улыбается и помогает мне надеть длинное темно-серое пальто. Тоже новое. Из мягчайшего кашемира. Его вчера вечером доставили домой с известной фермы на Проксиме b, разводящей горных коз с необычным свойством. Даже спустя годы изделия из пуха этих коз тонко пахнут полевыми цветами, а не животной шерстью.

Перед тем как посадить в автолет, Шанриасс все же плотно притягивает меня к себе, целует в шею и глубоко вдыхает. И не скрывая, что не хочет меня отпускать, разжимает руки.

– Точно нужно так? – уточняю я тихо, видя сомнения в нем.

– Мы опоздаем, – прерывает Анишшасс наши гляделки, он уже сел в автолет и ждет.

– Хорошо, поехали, – не получив ответа от мужа, сажусь в машину следом.

Мы прилетаем в Большой Музей, посвященный истории Земной Коалиции. Построенный с момента основания геополиса Джи. Его облик позаимствовали у древних храмов. Когда-то давно люди чаще молились Богам. Действующих храмов почти не осталось, но изображений и описаний, включая чертежи – в достатке. По ним и воссоздавали облик Большого Музея.

На входе Анишшасс помогает мне снять пальто и замирает за моей спиной. Я чувствую себя снова почти раздетой, кожу от лопаток до поясницы покалывает под его взглядом. В очередной раз сожалею, что не выбрала другое платье.

Мужчина по-хозяйски кладет ладонь мне на спину и задает направление движения.

– Не хочешь предложить мне руку? – выворачиваясь, шиплю так, чтобы никто посторонний не услышал.

– Не особо, – честно отвечает он, но идет на уступки, сгибая руку в локте.