Татьяна Морец – Когда сядет солнце (страница 45)
– Ты вообще доверяешь мне? – Командор сверлит глазами, нависая. Смотрит так властно, попробуй не ответь.
– Тебе – как никому раньше, – смело встречаю его взгляд.
– Но при этом ты не смогла открыться мне, – ледяным тоном чеканит Шанриасс. – Я бы тоже хотел доверять тебе, Рай.
Разворачивается и уходит. Смотрю вслед, пока его силуэт не исчезает в рубке управления.
«Индра» сильно меньше «Аруны». Не разбежишься.
Закрыв глаза, стараюсь пережить эти слова. Не доверяет больше. Но я ведь все понимала: сбежав, при любом исходе доверие Шанриасса и других я безвозвратно утрачу. Я вернулась сама, но разве это что-то меняет?
Хмурясь, захожу в медотсек.
Мне нужно узнать, как состояние Зейрашша.
Вновь сканирую все показатели и подтаскиваю тяжелое кресло поближе. Буду караулить здесь. Все равно я не знаю, куда пойти. И не оставлю дока одного. Нет, не дока, а друга. Может, он и не захочет видеть меня больше, пусть так.
Ему я тоже не смогла признаться. Столько лет жила, в одиночку решая проблемы, надеясь только на себя и свои силы. Родителей все равно берегла. Зачем их волновать лишний раз? У меня всегда были трудности с открытостью, и так сложно оказалось перестроиться, поверить, что сейчас все иначе. Шанриассу и Зейрашшу я легко вверила жизнь. А свою боль, получается, не смогла? Как и обнажить душу. И похоже, уже слишком поздно?
В который раз просматриваю журнал назначений. И снова смотрю на показатели. На данный момент я больше ничего не могу сделать. Почему я опять беспомощна? Неужели все было зря? И тут же себя одергиваю. Нет. Не зря. Мы не можем лечить болезнь, но теперь сможем предотвратить ее распространение.
Рыжие волосы Зейрашша своей яркостью сильнее подчеркивают бледность кожных покровов и глубокие провалы глазниц.
Мне пришлось незамедлительно вызвать Анишшасса и его «Индру», как только мы отошли на «Скорпионе» от лаборатории.
Меня качает от всех переживаний и дикой усталости. Но несмотря на это, не усну. И не смогу уйти. Мне и некуда. Забираюсь в кресло с ногами, надеюсь, удастся в нем хоть немного подремать.
Чувствуя чей-то настойчивый взгляд, поднимаю тяжело поникшую голову и вижу Анишшасса. Стычку еще и с ним мне не выдержать. Будь что будет.
– Разочарован во мне? – сипло спрашиваю я. Лучше сразу все выясню для себя.
– Был бы. Если бы ты бросила его, – кивает он на шайраса в капсуле. – Я знаю, что тебя толкнуло на попытку побега. Любовь к своей семье. Я бы и сам сделал все, что в моих возможностях. Шанриасс думает сердцем сейчас. Не в силах пока понять, боялся потерять тебя. Для шайраса лишиться той, с кем он связан, невероятно мучительно, врос он в тебя за это время. Вы, люди, легче переживаете разрыв.
Легче? Да я сама чуть не сдохла за это время…
– Думает, все могло быть иначе, приди ты к нему. Могло. С другим человеком, но ты – иная. Не будешь ждать, когда все разрешится само. Поэтому нет, девочка, я не разочарован. Думаешь, тебя далеко отпустили бы без присмотра? Шанриасс хотел сразу скрутить тебя и выложить, что мы в курсе. Все грозился, что выпорет твою красивую задницу. Я ему не позволил, но это было непросто. – Средний принц скалит зубы. Весело ему, понимаешь.
– Почему не позволил? – недоумеваю я, а щеки опаляет жаром.
Без сомнения, Шан был не в себе. Раз Анишшасс в курсе его планов на мою пятую точку.
– У вас с Рашем была важная цель, и вы ее достигли. Прежде чем уйти, ты делала все, чтобы закончить работу. Поэтому и не трогали. А я хотел посмотреть, как далеко ты зайдешь и какие идеи возникнут в твоей светлой голове. Это было занимательно. Мне нужен такой человек для работы на территории Коалиции, – ничуть не стесняясь своей выгоды, признается Анишшасс. И, замечая мой протестующий взгляд, поднимает ладони. – Я знаю, Рай, ты хирург и любишь свое дело, но не спеши. Подумай спокойно. Сейчас, разумеется, не подходящее время для решений. Есть у меня подозрение, что Шанриасс все равно тебя близко не подпустит к этой работе. А после всего захочет спрятать и запереть дома.
Угу. Запереть. Вряд ли даже Шану это удастся. А скорее всего, и не нужно более.
А мне можно громко посмеяться над собой. И это с ним я собралась тягаться? Вот с этим матерым хищником? Строила планы и пути побега. Этот интриган на двадцать лет старше меня, он глава Департамента Разведки. Аналитик до мозга костей, щелкает такие задачи как орехи. Ни у кого нет сомнений, что эта должность ему досталась не оттого, что он сын Императора.
– Задам тебе важный вопрос. Нет, два. От этого будет зависеть…
– Моя жизнь? – помогаю я.
– В какой-то степени да, – хитро улыбается Анишшасс.
– Хорошо, я отвечу на твои вопросы.
Хуже не будет. Пусть спрашивает. Мое положение в целом расплывчато. Может, так оно прояснится.
– Ты любишь моего брата, Рай? – прямо в лоб спрашивает принц, считывая эмоции и принюхиваясь.
Вопрос, заставивший меня задохнуться в очередной раз за сегодняшний день. Я и сама себе призналась совсем недавно. Что мои чувства к Шанриассу – это не просто сексуальное влечение и восхищение тем, какой он.
– Да, – откровенно отвечаю. – Люблю. И что за второй вопрос? – интересуюсь через некоторое время. Подзатянулось наше молчание.
Анишшасс поднимает меня с кресла, прижимает к себе.
– Не будет больше вопросов. Не волнуйся, я покараулю Зейрашша. Вторая каюта справа по коридору. Иди, девочка. Шанриасс остынет. Все перемелется. Время всегда все расставляет по местам, – и настойчиво подталкивает меня к выходу.
Бросаю очередной взгляд на капсулу с Зейрашшем и не решаюсь уйти.
– Он стабилен? – потеряв терпение, строго уточняет Анишшасс.
– Сейчас стабилен. Возможно, и не очнется до самого утра, – честно доношу свое мнение. – Но мне все равно неспокойно за него.
– Иди же. Поспи сама. Если свалишься, что я со всеми вами буду делать? При малейшем сомнении в состоянии или изменениях я позову. – Он просто выпихивает меня в коридор, захлопывая перед носом дверь отсека.
Еще один змей тиранистый!
Мне ничего не остается, как пойти в указанную каюту. Но я все равно зависаю перед дверью на некоторое время. И как мне быть? Заходить? Упертый характер тянет уйти прочь, снова спрятать все глубоко внутри и как-то пережить. Я так всегда делала. Оттолкнуть. Закрыться. Уйти.
Но я ведь сама неправа, несмотря на все причины. Надо признать, хоть это больно и неприятно.
Прислоняюсь лбом к прохладной стене, остужая горящую кожу. Если уйду сейчас, то потеряю куда больше, чем уязвленную гордость.
Будешь стоять тут всю ночь? Иди уже, Рай…
В каюте горит приглушенный свет, в ней две кровати, большие, для шайрасов с хвостами. Одна пустая, а на второй лежит Шанриасс. Снова зависаю: мне ложиться на свободную кровать? Или?
Шан помогает мне с выбором, приглашающе откинув одеяло в сторону. Больше не раздумывая ни мгновения, ныряю к нему. И он накрывает нас обоих. Прячу лицо на его груди, вдыхая такой родной и неповторимый аромат. Обнимаю. Чувствую, как его руки крепко сжимают меня, притягивая плотнее.
Спустя пару минут Шанриасс крепко засыпает. Стало быть, он не спал все дни, что мы были в лаборатории? Даю тихую команду погасить свет.
Пригревшись и приобретя немного душевного покоя, под его размеренное дыхание позволяю и себе тоже отдохнуть. Погружаясь в дрему, признаю, что в его руках я как дома.
Да, так должно быть.
Глава 46
Выбор
Когда мы заходим в ресторан, нас встречает официант и проводит за отдаленный столик в нише. Здесь явно можно говорить более свободно.
Елизавета уже ожидает, озадаченно тыкая в планшет. Она так сосредоточена, что не сразу замечает наше присутствие.
– Елизавета, – даю я знать, что мы здесь.
– О, Райвен, Рашид. Прошу, – приглашает Лиза. – Предлагаю сначала заказать еду, и я расскажу, что мы выяснили.
Она кивает официанту, стоящему в отдалении, у соседнего столика. Мы быстро определяемся с заказами.
– Перейду сразу к находкам. Вы правильно идентифицировали грибок, подтверждаем – это кокцидиомикоз. И у нас нет сомнений в его изменении искусственным путем. Как мы знаем, споры кокцидиомикоза имеют форму шара. Ваш штамм грибка обладает усиленной оболочкой. Она и так у них очень прочная, отличная защита от соляной кислоты желудка, та не способна его повредить. Вашему же грибку и змеиные яды не наносят урон. У вас какой-то особый вид ценных змей? Или кому-то так насолили ваши юпитерские крайты? Такая работа по усовершенствованию белка никак не могла стоить дешево. Тому, кто затеял подобные изменения, пришлось потратиться не только финансово, времени тоже ушло немало. Весьма значительные ресурсы были вложены в данный грибок! К тому же им болеет только определенный вид змей, что еще осложняет и удорожает разработку. В организме грызунов не происходит системного заражения с поражением мозга. Сотрудники фермы тоже не болели. Мы хотим попробовать заразить этим грибком и других животных, интересно, как пойдет развитие инфекции. Но в целом все ясно. Безгранично жаль, что мистеры Дины не готовы нам представить зараженную особь для исследований. Но я все понимаю, это коммерчески уникальные экспонаты.
Очень ценный вид змей. И насолили тоже. Во всем ты права, Лиза.
– Почему вы так решили, Елизавета? Что вид змей особый? – сдержанно прощупывает почву Зейрашш.