Татьяна Мирная – И вырастут крылья (страница 59)
– Крепкий какой!
Ещё одна беззубая улыбка в ответ. А чёрные глазёнки довольные-довольные! Сразу видно, чей это сын: такие же глаза у Деви и такая же чёрная шевелюра.
– На лайдира похож, – заметила я и хмыкнула: – Интересно, у Амрита волосы тоже будут виться?
Калина пожала плечами.
– Не знаю. Не думала об этом… – и тихо призналась. – Знаешь, первое время я боялась, что мне всё снится. Подходила ночью к кроватке Амрита, слушала его дыхание – и наслушаться не могла!.. – оборотница криво улыбнулась. – Он у нас парень с характером, любит покричать. Приходится по несколько часов носить на руках. Ты не подумай, муж помогает мне, ночами именно он успокаивает Амрита. Но Виджей не всегда рядом. Дела прайда… Он хотел привлечь на помощь Милу, а я не разрешила. Не могу никого подпустить к сыну. Всё кажется, что его отнимут, заберут…
– Я слышала, у рожениц бывает такое: страхи разные, паника… Пока гормоны в норму не придут. Ты не волнуйся: никто у тебя Амритика не заберёт, – я весело подмигнула кошке. – Вот лет через тридцать можешь переживать, гадая, где и с кем гуляет твой взрослый сын!
Калина только улыбнулась, трепетно касаясь своего малыша. А мне так хотелось, чтобы она отвлеклась от страхов. Я и ляпнула:
– А ещё лучше через годик подарите Амриту брата или сестру. Тогда точно времени на глупости не останется!
Попала! Кошка нервно хохотнула.
– Ты сначала сама попробуй родить, потом поговорим, – она наставила на меня палец. – Ха! Двенадцать часов, Даша! Двенадцать часов!!! Мои вопли, наверное, слышала вся Степь.
– Не преувеличивай, – возразил Виджей Тандекар, заходя в комнату. – Ты держалась молодцом!
Калина неожиданно покраснела. А я привстала на локте.
– Ну-ка! Ну-ка!..
– Мне было так больно! И я обзывала Джея разными словами, – кошка виновато поморщилась. – Очень некрасивыми…
Эти байки о роженицах я слышала и понятливо кивнула:
– Небось, кричала, что муж во всём виноват и больше ты его к себе не подпустишь?
– Типа того!
Мы захихикали. А лайдир подхватил загулившего малыша и погнал нас в столовую.
– Калина, тебе скоро сына кормить, а ты ещё не ела. И девочкам кушать пора.
Обедали мы в чисто женской компании.
– Джей остался с малышом, – пояснила фири-гахум.
– Он души в нём не чает, – заметила я.
– Для нас Амрит больше чем ребёнок и наследник. Он – наша награда за всё пережитое.
Лучше и не скажешь!
После обеда Калина поднялась к себе: ей нужно было кормить сына и просто отдохнуть. А я вышла на улицу. Снег тихо поскрипывал под моими ногами, пока я брела по дорожке. Дышала свежим морозным воздухом и довольно щурилась на солнце. Знаете, что я поняла за эти дни, проведённые в гостях?.. Я с удовольствием вспоминала приятные моменты: как мы играли в снежки с ханами, как летом с Малати и Деви ловили кузнечиков, как ходили в степь, чтобы посмотреть на звёздное небо… Но я не чувствовала грызущей тоски! Мне не было грустно. Лишь раз кольнуло под сердцем, когда вспомнила бабушку.
Под влиянием момента, я решила навестить её могилу. Эсмейлд Чанд довёз меня до станции телепортов в Иринге, а оттуда я добралась до Паг-Авита. Сразу пошла на кладбище. Смела с надгробья снег и присела рядом.
– Извини, ба, я сегодня без цветов. Жалко их оставлять на таком морозе. Ты бы первая надавала мне по рукам за это…
Я рассказывала бабушке о своей жизни в Галингане и вдруг поняла, что улыбаюсь, что мне хочется говорить и говорить! И вот тогда пришло осознание, что моё сердце больше не здесь, не в Ласанге, что за какие-то несколько месяцев моим домом стал далёкий город, о котором я раньше даже не думала… И я не хочу возвращаться сюда. Эта мысль ошеломила.
В поместье я летела молча, не обращая внимания на встревоженные взгляды Эсмейлда, сидящего за рулём.
Калина тоже взволнованно смотрела на меня.
– Ты не говорила, что полетишь в Паг-Авит.
– Я и не собиралась, – призналась ей. – Просто вспомнила о бабушке и захотела её проведать.
– Мы волновались. Ты так неожиданно сорвалась с места.
– Извини, – мне стало неловко. – Я гуляла, и в голову пришла одна мысль.
– Какая?
– Наверное, тебе будет неприятно это слышать… – я растерянно взмахнула руками. – Мы с Линой у вас в гостях, и нам всё нравится. Но я хочу домой. Не в этот конкретный момент, а через день или два. Понимаешь? Меня здесь – в Ласанге – ничего не держит. Ни семья, ни друзья! Я полетела в свой родной Паг-Авит, но больше не чувствую его таковым! Странным образом мы с Ангелиной прижились в Галингане, он принял нас! За пару месяцев я изучила почти весь город! Когда по работе, а когда просто так облетела все порты и пляжи. Познакомилась со многими людьми и нелюдьми. И мне с ними комфортно. Это не патриотично звучит, но там моя душа на месте.
Калина склонила голову набок.
– Необязательно жить в Ласанге, чтобы быть её патриотом… В конце концов, это твоя жизнь. Я боялась, что тебе станет сложно верить людям. Хорошо, что ты не разочаровалась.
– Как я могу разочароваться, когда рядом со мной ты, лайдир, моя Ира? Вы помогаете просто так, ни на что не рассчитывая. Мне повезло с друзьями!
Кошка хмыкнула.
– Друзья – это хорошо… А как личная жизнь?
И вот тут я опустила глаза.
– Никак.
За эти месяцы я действительно познакомилась со многими людьми: с коллегами, с нашими соседями, с продавцами на местном рынке. Были среди них и мужчины, которые проявляли неподдельный интерес, но я никого не подпускала к себе. Слишком горький урок был в прошлом.
Краем уха слышала, что роман у Воронцова с принцессой продолжается, и многие в Ласанге следили за их отношениями, ожидая объявления о помолвке, но в подробности не вникала: зачем травить душу? Я и так собирала себя по кирпичикам, по кусочкам. И с Никитой мы больше не общались, хотя он звонил пару раз, но разговор не получался. А после переезда в Галинган, я окончательно прекратила общение с «лордиком».
Когда-то давно я сравнила свою жизнь с бегом и барьерами. Артём Воронцов был одним из этих барьеров. И я его не взяла. Упала, с размаху, больно, до крови. Но не смертельно. Главное – подняться и бежать дальше.
Я поднялась.
Глава 22
День выдался суматошный. Сначала позвонили из праздничного агентства и сообщили, что нанятый мною аниматор сломал руку и не успеет восстановиться ко дню рождения Лины. Пришлось срочно искать замену. Выбрав нового ведущего, я полетела в кафе, согласовывать меню. Потом позвонил мой начальник, злой как шершень: возникли проблемы по заказу, с которым я работала. Кляня всё на свете, помчалась в офис (он был ближе, чем дом). Девочка-стажёр Иная, приветливо улыбнувшись, забрала Ангелину.
– Мы присмотрим за ней, – и шёпотом предупредила. – Шеф рвёт и мечет!
– Разберёмся!
И я разбиралась! Семь потов сошло, несмотря на работающие кондиционеры. Пиджак давно полетел на стул. На рабочем столе дружно лежали таможенные кодексы Ханорума и соседней Лехоаты, куда отправился груз. Мой рабочий гилайон раскалился докрасна. Но в итоге все вопросы были благополучно решены. Я рухнула на стул, облегчённо переведя дух. А когда посмотрела на часы, сдавленно выругалась и подхватилась со своего места.
– Лина, мы опаздываем!
Схватив дочку за руку, выбежала на улицу. Запрыгнула в такси и протараторила адрес водителю. И только тогда, наконец, повернулась к девочке.
– Вот это денёк!.. Как ты? Не скучала?
– Нет. Я люблю смотреть, как ты работаешь. Но мне не нравится, когда кричит твой начальник.
О да! Шеф у меня попался на редкость крикливый!
– Ты испугалась?
– Немножко. Но потом Иная с Теймом хотели угостить вашего начальника холодным соком или мороженым, чтобы заболело горло и он не мог так орать. И мне стало смешно.
Я проглотила улыбку.
– На самом деле господин Камара хороший.
Но дочь уже переключилась на другое.
– Мамочка, а мы зайдём на пристань?
– Конечно. Только сначала сходим к лекарю, чтобы он обновил заклинание.
Мы до сих пор лечили дальнозоркость. Учитывая быстрый рост девочки, приходилось регулярно проверять зрение и корректировать магическую сетку. Раз в месяц мы наведывались в один из городских лечцентров. Лина, регулярно бывая здесь, уверенно шла по коридору. Она звонко называла буквы и даже пробовала читать слова. Я шла следом и улыбалась, поглядывая на дочь. Она, опередив меня, вскочила в кабинет.