Татьяна Миненкова – Письма из Терра Арссе (страница 2)

Восходящее солнце уже поднялось над горами Бара-райдского хребта настолько высоко, что его лучи начали слепить глаза, и я сощурилась.

Магия истощила все силы и ноги подкашивались от усталости. Брату не потребовалось много сил, чтобы одним точным ударом с локтя свалить меня на землю.

Я отлетела на шаг и, не удержавшись, упала на спину. Теперь облако рыжей глинистой пыли взметнулось уже надо мной, а удар о землю, кажется, вышиб весь воздух из легких.

Попыталась прерывисто вдохнуть, но вдох оборвался на половине, а где-то внутри меня черным облаком начала расползаться противная ноющая боль.

В глазах щипало, а носа я, кажется, все-таки лишилась. На губах отпечатался неприятный терпкий привкус железа.

Даже если бы и хотела, подняться с земли так же быстро не смогла бы. И не планировала. Но старший брат, сделав шаг ко мне, наступил на грудную клетку тяжелым кожаным сапогом правой ноги. Не сильно, иначе я не смогла бы дышать. Это был жест не для препятствия, но для унижения.

Я зашипела от боли в и без того ушибленной, груди, но он лишь криво усмехнулся, не ослабляя давления.

Вместо этого, слегка наклонился и направил на меня меч, острие которого тут же уперлось прямо в солнечное сплетение. Фигурка дракона на гарде ослепила, ярко блеснув в серебряных лучах рассветного солнца. Я сморгнула слезы, но взгляд никак не хотел фокусироваться.

— Проиграла, — прохрипела негромко, с болью выдохнув из легких оставшийся воздух, признавая собственное поражение.

А то он, чего доброго, позабудет, что принцесса в Терра Вива всего одна, и ее надо беречь. Иначе не получится выгодно продать ее замуж.

Хотя, убить он меня, пожалуй, все равно не убил бы. Говорят, в роду Вива братоубийство испокон веков влекло за собой потерю убийцей драконоборческого дара. И, хотя технически я не брат, а сестра, Виктор вряд ли стал бы так рисковать.

В холодных серо-голубых глазах короля еще плескалась ярость боя, злость за мое непослушание и ехидная радость от победы. Никаких следов братских чувств, на которые я рассчитывала. Но, надо признаться, и сама не питала к нему большой любви.

— А теперь поговорим о справедливости, Ана, — негромко произнес он, но я слышала, потому что кроме нас вокруг не было никого, и шум реки вдалеке не заглушал его низкий рокочущий голос.

Брат говорил медленно, задумчиво глядя в сторону противоположного берега, растягивая слова, чтобы каждое из них отпечаталось в моей памяти так же, как подошва стоявшего на моей груди тяжелого сапога.

— Я, пожалуй, посчитал бы бой с тобой ниже собственного достоинства, если бы ты сама не решилась мне перечить. Потому что слишком много о себе возомнила. Решила, что вправе распоряжаться своей жизнью и имеешь право выбора. Ну что же. Ты хотела бой — ты его получила. И проиграла. Теперь, можешь считать брак с наследником Лимерии собственным выбором. Заодно узнала, где все-таки твое место, — он ехидно усмехнулся и, смерив меня презрительным взглядом, так же неторопливо продолжил:

— Запомни, Ана: магия не дает тебе никаких преимуществ, одни проблемы. И иллюзии о собственной непобедимости. Усекла, Ваше Высочество?

О да, из наших с Виктором уст королевские обращения друг к другу всегда звучали не лучше самых грязных ругательств. И я, несмотря на свой проигрыш и его неприятные последствия, готова была с честью ему ответить и высказать всё, что думаю.

Если бы не одна важная деталь.

Когда он произносил свой монолог, в его глазах блеснули желтые огоньки. Как тлеющие угли в камине, всего на мгновение, сверкнули и погасли. Но этого мгновения мне хватило. И заставило потерять дар речи[4].

А Виктор, словно что-то почувствовав, тут же отвел глаза, поднял голову и отточенным движением вернул тяжелый меч в заплечные ножны.

Желтый огонек из его глаз пропал так же неожиданно и быстро, как и появился. Но я же видела его только что собственными глазами! Хоть это и казалось невероятным.

Поспешила встать, несмотря на то, что это оказалось не так-то просто: полы плаща при падении обмотались вокруг ног. Боль в ушибленной грудной клетке усилилась при движении. Поэтому поднялась я вовсе не так красиво и грациозно, как мой оппонент, который в этот момент развернулся и быстро зашагал в сторону городских ворот.

— Виктор, стой! — Крикнула я ему вслед, обретя наконец возможность говорить. — Я видела твои глаза! Ты тоже драконоборец!

Он остановился, но оборачиваться не стал. Переждал немного, словно обдумывая ответ, и произнес:

— Как бы там ни было, тебя это не касается. Я не трогаю твой дар, а ты молчишь о том, что видела и не трогаешь мой. И все счастливы. И живы.

Пока Виктор говорил, я успела, не смотря на боль от ушибов, догнать его и попытаться заступить дорогу.

Именно «попытаться», потому что наша существенная разница в весовой категории, позволяла Виктору, при желании, сдвинуть меня с пути одним легким движением руки. Если вообще не перешагнуть.

Но я не сдавалась и, выжидательно уперев руки в бока, смотрела на брата. Учитывая его и мой рост, мне приходилось смотреть снизу вверх и это раздражало.

— Ну уж нет! Если ты тоже драконоборец, то в земли Терра Арссе нужно было отправлять тебя, а не Блэйда! Он должен был остаться здесь, а ты — пойти вместо него туда, на верную смерть! — выкрикнула я, чуть не плача от осознания несправедливости произошедшего.

Блэйд был последним, младшим из детей Елеазара Вива и именно он отправился в Терра Арссе, чтобы найти давно пропавший артефакт, способный спасти нас от вымирания. Потому, что Виктору стало известно о проснувшемся у него даре драконоборца. О даре, которым он, оказывается, обладал и сам. А значит, и уходить на вражескую территорию должен был сам, имея гораздо больше шансов на успех.

Однако Виктор нисколько не проникся пламенной речью. Более того, закатив глаза, недовольно фыркнул, а потом, схватив меня грязными от пыли руками за отворот плаща, без труда приподнял на уровень своих глаз и прошипел:

— Что в моих словах показалось тебе непонятным, Ана? Блэйд отправился к арссийцам. Потому что. Я. Так. Решил. Потому что я — король Терра Вива. Мне прекрасно известно, что ты была бы только рада, если бы в Терра Арссе вместо Блэйда сгинул я, а тот стал бы королем вместо меня. Но этому не бывать. Возможно, я тоже отправлюсь туда, когда он, наконец погибнет. Но пока он жив. А для тебя бой, видимо, оказался недостаточным уроком, чтобы понять, что от тебя вообще ничего не зависит! Я церемонюсь с тобой исключительно для того, чтобы не расстраивать мать! — Рявкнул он и уставился на меня, так и висящую в воздухе, в ожидании ответа.

Но из всей его гневной тирады меня зацепило только одно:

— Ты сказал «когда» и «наконец», — пробормотала я, недоуменно глядя на него.

Теперь ситуация с отправкой Блэйда в Терра Арссе становилась еще прозаичнее.

Виктор ничего мне не ответил. Он нахмурил брови, а потом легко отшвырнул меня в сторону, как ненужную ветошь и я снова оказалась в пыли. А сам старший брат, не оглядываясь, быстро зашагал в сторону городских ворот.

Я не случайно выбрала для нашего с ним «разговора» дорогу к разрушенному мосту. Река придавала мне сил, от нее веяло прохладой и влагой, позволяя дышать полной грудью в засуху, ставшую для Терра Вива привычной. А еще здесь всегда было безлюдно, и наш бой не повредил репутации обоих.

Хотя, о наших словесных перепалках и взаимной неприязни знал каждый камень в Нарог Палласе[5], где это видано, чтобы принцесса не только перечила королю, но еще и валяла его в грязи на берегу Инглота.

К счастью, со дня окончания войны между Терра Вива и Терра Арссе, дорогой никто не пользовался. Местные предпочитали обходить это место стороной, приписывая ему дурную славу и пугая друг друга байками о призраках павших воинов, диких животных и мифическом подводном чудище — Хозяине Инглота.

Территория между городской стеной и берегом реки и правда выглядела жутковато. Безжизненная пустыня с потрескавшейся и сухой глинистой почвой, редкими высохшими деревцами с искривленными стволами, шариками перекати-поля и обломками взорванного когда-то каменного моста между двумя враждующими королевствами.

На фоне все еще цветущих и зеленеющих на противоположном берегу Инглота арссийских полей, наши земли казались проклятыми. И, наверное, так оно и было.

В Терра Вива давно все шло наперекосяк. Оказалось, что драконы издавна были основой нашего государства и когда они вдруг исчезли, нарушились пищевые цепи, а вытоптанные стадами диких къярдов[6], пастбища стали безжизненной пустыней. Друаданский лес редел с каждым годом, а фрукты и овощи давно стали роскошью, потому что их приходилось доставлять морем из Лок Ардена.

Я поднялась с земли и нехотя поплелась следом за стремительно удаляющейся фигурой брата. Виктор, как и полагается победителю, покинул поле боя первым с высоко поднятой головой, несмотря на свой весьма потрепанный вид.

Побежденные уходят по другому: с опущенной головой, разбитым в кровь лицом, запылившимися волосами и отпечатком сапога противника на темно-синем платье. Именно так шла я, стараясь не обращать внимания на ноющую боль в правом боку и спине.

Потому что мои мысли занимало иное. То, что Виктор, оказывается, тоже драконоборец. Как и Блэйд. Но предпочел стать королем Терра Вива, что неудивительно.