Татьяна Минасян – Мертвая природа (страница 2)
Человека, которому можно сказать "да" - и прожить с ним всю жизнь.
- Люда... - заговорил Поль неуверенным голосом, когда им принесли десерт. - Я должен тебе что-то сказать... кое-что важное...
- Говори, - подбадривающе улыбнулась ему художница и поднесла к губам бокал.
- Люда, сегодня ночью я должен уехать, - выпалил молодой человек. - К родителям, во Францию. Я привел тебя сюда, чтобы попрощаться.
Рука у Крупининой все-таки задрожала, и она поспешно поставила бокал на стол. Поль мало говорил о себе, но в начале их знакомства он рассказал, что родители были против его возвращения и перестали с ним общаться. У Крупининой не было причин этому не верить: Поль говорил с акцентом, порой плохо ориентировался в российских реалиях, да и имя у него было французское. А уж о том, как даже самые близкие родственники могут ненавидеть друг друга, девушка знала не понаслышке. У нее у самой были плохие отношения с родителями, недовольными ее выбором профессии, и она сумела помириться с ними лишь незадолго до их смерти.
И вот теперь, значит, Поль тоже помирился со своей семьей и решил вернуться. И весь этот романтический ужин в ресторане был устроен только для того, чтобы красиво попрощаться...
- Что ж, благодарю за прекрасный вечер, - сказала Людмила, доставая из сумочки кошелек. - Счастливого пути.
Она выложила на стол пару купюр - примерно половину счета, который им должны были принести - и быстрым шагом направилась к выходу из зала.
"Любовь с первого взгляда! Созрел для объяснения! Ответить ему "да"! Как ты, девчонка с художественным образованием, могла быть настолько наивной дурой?! - мысленно кричала на себя Крупинина, выбегая из ресторана. - Ты, третьесортная бумагомарательница, серая мышь, у которой никогда не было ни парня, ни подруг, раскатала губу, что в тебя можно влюбиться! Позорище!!!"
- Люда! Люда, подожди! - услышала она сзади голос Поля и побежала еще быстрее.
Теперь ей запоздало пришло в голову, что этим своим уходом из ресторана она дала Полю понять, чего именно ожидала от него, и ей захотелось надавать самой себе по щекам. Надо было спокойно досидеть до конца, поговорить о его отъезде, порадоваться за его воссоединение с родителями, сказать, что ей было очень приятно дружить с ним и предложить переписываться в интернете - тогда ему бы и в голову не пришло, что она ждала от него признания в любви. А теперь он тоже знает, какая она наивная дура, и наверняка хохочет про себя!!!
- Люда, стой! Не беги на дорогу!!! - снова завопил Поль таким пронзительным и словно бы испуганным голосом, что девушка чуть замедлила бег.
Лишь теперь она увидела, куда именно прибежала - перед ней был проспект, идущий вдоль набережной, как раз в этом месте резко изгибающийся и переходящий в загородное шоссе. Крупинина машинально подбежала к самому его краю, плохо представляя, что ей делать дальше - продолжать бежать через дорогу или остановиться.
- Люда, ко мне!!! - заорал Поль так истошно, что девушка, не выдержав, оглянулась и замерла на месте.
В следующую секунду она услышала приближающийся шум мотора.
Еще через долю секунды мимо нее со свистом промчался на полной скорости вылетевший из-за поворота автомобиль.
А потом она оказалась в объятиях догнавшего ее Поля. Он прижал ее к себе так крепко, что на какой-то момент у нее перехватило дыхание.
* * *
Они сидели на пустом пляже и смотрели остановившимися глазами на искрящуюся на волнах лунную дорожку.
- Я изменил ход истории, - без всякого выражения говорил Поль. - Возможно, мне теперь некуда возвращаться, возможно, там, в моем времени, все полностью изменилось... Я бы все равно это сделал, я правда полюбил тебя и не мог дать тебе умереть, я бы снова это сделал, если бы все можно было отыграть назад, но неужели моего родного мира больше нет?..
- Если ты думаешь, что я поверила во все это... - начала было Людмила, но молодой человек не дал ей закончить фразу.
- Не веришь - вот, читай, - буркнул он, сунув ей в руки небольшой сложенный кусок бумаги и зажигалку. - Из энциклопедии вырезал - когда впервые увидел твои картины. Всегда с собой ношу...
Художница развернула сильно истертую на сгибах бумажку, чиркнула зажигалкой и принялась читать в ее свете напечатанную мелким шрифтом короткую колонку: "Крупинина, Людмила Константиновна (1996-2018) - выдающийся художник-фундаменталист начала XXI века, мастер натюрморта, благодаря которой этот жанр живописи стал популярен во всем мире, основатель нового направления в живописи, позже получившего неформальное название "вкусные картины". Родилась в 1996 году в Сочи, окончила Сочинский колледж искусств, работала преподавателем ИЗО и черчения в нем же. Самой известной ее картиной является натюрморт "Английский завтрак", законченный, по всей вероятности, накануне ее смерти от несчастного случая в 2018 году..."
Людмила повернулась к Полю и подняла зажигалку повыше, чтобы как следует разглядеть его лицо.
- Как это возможно? - спросила она таким же бесцветным голосом, каким ее друг рассуждал об изменении хода истории. - Меня же никто не знает - как художника, я имею в виду. И я никогда не писала ничего особенного...
- У тебя есть дальние родственники в Петербурге, - ответил Поль.
- Да, но я с ними почти не знакома...
- Но они - твои наследники. Они получат... то есть, получили бы в наследство твою квартиру со всем ее содержимым. Со всеми картинами. И решили бы "раскрутить" тебя, как художника - чтобы заработать на твоих натюрмортах.
- И это сработало?
- Конечно. Ты же действительно гениальный художник, ты же правда пишешь картины, которые хочется съесть! Твоей родне нужно было только привлечь к тебе внимание, устроить пару выставок и вложиться в рекламу - и все, твои работы увидели специалисты, и их начали выставлять в самых крутых залах и продавать за бешенные деньги.
- Значит, мои эскизы, которые ты все это время собирал... - прищурилась Людмила.
- Ну да, изначально я переместился сюда, чтобы заполучить как можно больше твоих черновиков, - Поль опустил голову. - За любой из них у нас тоже отвалят кругленькую сумму.
- Но на них же нет моей подписи...
- Зато есть твои отпечатки пальцев. Те же, что и на тех твоих картинах, которые выставлялись.
- А как насчет их "возраста"? Если ты переместишься с ними в будущее, они останутся такими же новыми...
- Бумагу можно искусственно состарить. А углеродный анализ, как ты знаешь, дает результат плюс-минус пятьдесят лет. Я из две тысячи семьдесят первого года, так что...
Крупинина погасила зажигалку, положила ее на песок вместе со своей краткой биографией и закрыла лицо руками. Поль обнял ее за плечи.
- Люда, - прошептал он едва слышно. - Если ты останешься в этом времени и будешь жить дальше, мое время может необратимо измениться. Ты должна исчезнуть из две тысячи восемнадцатого года.
- Предлагаешь мне сейчас утопиться? - мрачно усмехнулась девушка.
- Нет. Предлагаю тебе отправиться со мной. В будущее. Я люблю тебя, поверь мне, пожалуйста! Я тебя полюбил еще до того, как переместился сюда, я восхищался твоими картинами. Да, сначала я хотел просто выпросить у тебя побольше эскизов и уйти, но... не смог.
Люда отняла руки от лица и снова повернулась к своему другу.
- Но если я правильно тебя поняла, история изменится, даже если я уйду с тобой, разве нет? Никто не найдет мое тело на шоссе, все решат, что я пропала без вести, а не погибла. И шофер, который должен был меня сбить, не будет виновным в моей смерти - у него, уж наверное, жизнь тоже по-другому пойдет.
- Это все мелочи, - покачал головой Поль. - Такие изменения в истории уже случались... ну, ты же понимаешь, я не один такой умный, другие тоже лазают в прошлое ради своей выгоды. Но изменения в жизни обычных людей, никому не известных, ни на что не влияют. А важные события, которые повлияли на многое, повлияют все равно, даже если произойдут раньше или позже. Если ты сейчас уйдешь со мной, твои родственники получат наследство через три года - но потом все равно сделают все то же самое, устроят выставки и так далее. Но вот если они вообще не получат твои картины, потому что ты останешься жива...
- А если я сама их "раскручу"?
- Нет, не выйдет. Одна из вещей, которые привлекли к тебе внимание - это как раз то, что ты так рано умерла. Твои родные на этом сыграли: выставка мертвой девушки, писавшей "мертвую природу". На обычную выставку никому не известной и живой авторши эксперты не придут.
Крупинина снова посмотрела на море, серебрящееся под почти полной луной. Она глубоко вздохнула, провела руками по лицу, а потом встала и принялась искать брошенные где-то рядом туфли.
- Раз такое дело, то сейчас мы идем ко мне, - сказала она решительным тоном. - Собираем все мои наброски, всю чистую бумагу и все краски с карандашами. Этого добра у меня завались, мне их коллеги на все праздники дарят. А потом - отправляемся в твою эпоху.
- Так ты хочешь..? - удивленно вскинул голову Поль, тоже поднимаясь на ноги.