Татьяна Михайлова – Неоправданная гордость (страница 1)

Неоправданная гордость

Глава

Предисловие.

Пытаясь переключить свое сознание от тяжелых мыслей, Роман перевел кран в душевой на холодную воду, но ледяная струя заставила почувствовать его всего лишь легкий физический дискомфорт, оставив душевную боль на своем прежнем месте. Минута, и его здоровое, сильное тело привыкло к такой температуре. Несмотря на то, что он уже три часа как вышел из больницы, в которой провел почти целых две недели, ее мерзкий аромат стоял у него в носу. Ему казалось, что все его тело пропитано этим едким запахом лекарств, человеческой боли, горького отчаяния и страха. От этого он стал еще сильнее тереть щеткой свою кожу, смывая с себя тяжелый запах чужой боли и горьких медикаментов. Он подумал о том, что прошла целая вечность пока он находился там, рядом со своей женой, которая умирала прямо на его глазах. Рак головного мозга забирал у него любимую женщину. Внезапная и стремительная болезнь превращала ее из красивой цветущей девушки, в высохшее чучело, с лицом, искажённым от боли. Надежды на выздоровление уже не было, но он всеми силами отгонял мысль, о том, что ее не станет, даже предположение на минутку, что это возможно. Как он будет говорить детям: Ваша мама не вернется? Как он будет один воспитывать двоих детей? Эти мысли всплывали в его голове, и он гнал их от себя, как назойливую муху, которая иногда пробиралась в его сознание. Он не знал на что ему было надеяться, но мириться с этим он не хотел.

Родители жены все это время, по очереди, оставались с их детьми. Роман же, после того как жену из реанимации перевели в обычную палату, не оставлял ее ни на минуту. Но сегодня Ксения впала в кому. Обезумевшая от горя мать, отказывалась покидать больницу, и тесть отправил Романа домой к детям, оставшись вместе с ней в больнице. Роману и самому находиться там уже было просто невыносимо.

Он вышел из душа. Привычная домашняя атмосфера их квартиры, так со вкусом обставленной женой, на мгновение дала ощущение покоя, но это ложное чувство умиротворения испарилось до конца, когда он вошел в свою комнату. В безмятежном спокойствии ее вещи оставались на своих местах. На туалетном столике стояли тюбики кремов, духи, какие-то украшения. Вещи дожидались своей хозяйки, которой вряд ли суждено будет вернуться к ним.

В квартире стояла тишина, дети уже давно спали. А он не знал, как заставить себя уснуть на постели, еще хранивший ее запах. В памяти всплыл их первый за долгое время и уже последний, откровенный разговор. В этой комнате, еще не зная о болезни, всего несколько дней назад, они высказали друг другу все то, о чем каждый молчал много лет. Разговор, открывший всю правду на их недопонимание и обиды, слово в слово, он прокрутил в своей голове. И осознание того, как поздно они это сделали, заставило страдать его еще сильнее.

Периодически он в страхе смотрел на свой телефон, боясь того, что тот зазвонит. Ближе к рассвету Роман понял, что ему вряд ли удастся уснуть. Он вышел в гостиную. Бледно алый оттенок рассвета, начинающий пробираться в комнату сквозь шторы, говорил о том, что он пережил еще одну ночь.

Его взгляд упал на коробку, которая лежала на диване. Вчера ему ее выдали в больнице, и он видимо автоматически поставил ее здесь.

– Это вещи вашей жены – пряча свой сочувствующий взгляд, передала ему медсестра платной палаты, которая почти все это время была с ними.

Роман присел на диван и снял крышку с картонной коробки. Сверху лежал Ксюшин ноутбук, под компьютером были ее вещи, в которых он привез ее в больницу в тот злополучный день. Отложив в сторону ноутбук, он взял кофту жены и уткнувшись в нее лицом горько заплакал. Наверно впервые за все это время он остался один и уже не мог сдерживать своих слез. Он злился на неё, эту по-детски глупую гордость – «Зачем она молча носила в себе эти обиды?» Он злился на себя, что не смог ее понять- «Как я, зная свою жену, не догадался, что на самом деле творится у неё в душе?». Он злился на эту болезнь, которая, скорее всего, уже не даст исправить им их ошибки.

Внезапная мысль пришла ему в голову, когда Ксения была еще более-менее в ясном сознание, но уже периодически забывалась, она рассказала о дневнике, что вела его последнее время в своем ноутбуке, и даже находясь здесь в больнице, первые дни после реанимации, делала в нем какие-то записи. Она попросила прочитать ее дневник, выразившись:

– Только тогда, когда всё это закончится- потом, слабой рукой взяла Романа за руку и дрожащим голосом настояла при ней записать пароль от своего компьютера.

Рома понял, что для неё это очень важно, успокоил её, обещал в случае чего обязательно прочитать дневник и записал тут же пароль на каком-то листочке.

– Где же этот листочек?

Просмотрев все свои карманы, он вначале перевернул коробку с вещами, а потом и все места, где он мог оказаться. Роман метался по квартире и отчаянно пытался вспомнить куда же положил клочок бумаги с паролем. Он стал прокручивать в голове этот день в больнице, когда Ксения рассказала ему о дневнике, и вспомнил, что в тот момент с ним рядом был ее отец. Звонить тестю в такое время было неловко, но огромное желание хоть как-то прикоснуться к ней, услышать ее мысли, а точнее прочитать их, было куда сильнее. К тому же он должен был узнать нет ли изменений в ее состоянии. Рука, не дрогнув, набрала номер тестя.

– Алло. Рома? Ты что так рано? Я бы позвонил тебе если бы были какие-то новости. С детьми все хорошо? – немного сонный голос тестя был явно встревожен его звонком.

– Игорь Владимирович, с детьми все в порядке, они спят. Как Ксюша?

– Все так же. Никаких изменений.

– Я не мог уснуть и вспомнил о ее дневнике. Помните, она говорила мне о нем, четыре дня назад? Всё просила записать пароль. Вы были рядом тогда.

– Помню, Рома, помню, ты еще листочек тогда этот мне дал. Он должен быть у меня. Сейчас, подожди, посмотрю – тесть немного замешкался – Да, он здесь – сказал Игорь Владимирович и облегченно вздохнул, понимая, что это очень важно для Романа.

– Вы не могли бы мне его продиктовать?

Дневник:

Мы пришли на пляж около десяти часов утра. Солнце в том месте, которое мы выбрали, ещё пряталось за листвой высоких, раскидистых деревьев и пока была тень. Она падала на берег и от части на воду в виде больших бесформенных пятен. Мы точно знали, что примерно через час, солнце взойдет в зенит и одарит нас своими горячими лучами. Вчера в этом же месте днём оно заметно припекало, так, что можно было обгореть, получив знатный загар. Нам так хотелось насладиться им в эти оставшиеся несколько часов до отъезда. Байкал был спокоен, волны были совсем мелкими, небольшими барашками они накатывали на берег, создавая тихий умиротворяющей шум. Цвет водяной глади был необыкновенно синего цвета, плавно переходящей ближе к берегу в голубой, а если смотреть в даль, то можно увидеть в конце горизонта темно синею полосу. Кристально-чистая поверхность озера отражала медленно и неуклонно-плывущие над ним редкие облака. В небе кружили две чайки, периодически они приземлялись на воду и лениво покачивались на волнах, а потом словно вспомнив о каком-то важном деле, снова взлетали, совершали свой круг почета вокруг берега и опять возвращались к воде. Эту картину можно наблюдать вечно. Но самое потрясающее и невероятное чувство испытываешь, когда понимаешь какой здесь воздух. Так и хочется забрать его с собой в душный, загазованный город.

Такое ощущение понимания себя наступает, мысли становятся чёткими, сознание чистым и ясным, а самое главное будущее от чего-то вдруг начинает казаться счастливым. То ли это пьяняще-чистый и свежий воздух так действует на сознание, то ли вода успокаивает душевное состояние. Хотя если подумать иначе ведь и быть не может, у меня почти все есть для счастья. Я ещё молодая и красивая, а у меня уже двое прекрасных детей. Про финансовое состояние и здоровье я молчу. Дай бог каждому. Накручиваю себя постоянно сомнениями. Наверно это свойственно любой женщине, безнадежно влюбленной в мужчину гораздо младше себя.

Что-то последнее время я перестала ценить то, что имею, впадаю периодически в депрессию. Конечно, это все объясняется моими чувствами. Чувства женщины к мужчине – могут перевернуть ее сознание, настроение и весь ее мир в целом, их то – таких сильных я давно и не испытывала. В них то сама и проблема. Хорошо это или нет, проблема это или нет? Конечно да. А может, конечно, нет, ведь я стала более чувствительна, а значит я живу. Кто знает наверняка ответы на эти вопросы? Может это огромный грех, который я беру на свою душу? А может это мое счастье, которое я честно выстрадала? Ох, уж этот постоянный перепад моего настроения.

Любить человека, так сильно до кончиков своих пальцев, ощущать любовь во всем своём теле. Дышать и не надышаться, целовать и не нацеловаться, смотреть и не насмотреться. Все это прекрасно, но я замужем за другим человеком. И вся эта красотка вокруг и умиротворение, все это временно. Скоро я вернусь домой и настанет моя реальность. А все это исчезнет, останутся только воспоминания. Внезапно я почувствовала огромную усталость. Зная, что скоро нужно уезжать, постаралась сосредоточить свое внимание на окружавшей меня дивной картине.