Татьяна Медведева – История Джессики (страница 9)
– Тебе пора домой, твоя мать весь участок на уши поставила! – затем он повернулся в сторону напарника, – Энди, осмотри там всё внутри! По-любому найдется что-нибудь интересное!
Второй полицейский кивнул, и, убедившись, что его оружие на поясе находится в пределах досягаемости, отправился внутрь. Первый же полицейский усадил Джессику на заднее сидение машины. Мама обошла с другой стороны и села с противоположной двери. Полицейский что-то буркнул по рации и, получив такой же короткий и непонятный ответ, уселся на водительское сидение. Оглянувшись и убедившись в том, что все "нарушители" уже в салоне, он переключил передачу и машина тронулась. На первом же перекрестке водитель громко спросил:
– Едем в участок оформлять протокол?
– Нет-нет, что вы! – защебетала мама ангельским голосом. – Моя же дочь нашлась! И никто не пострадал.
– Нужно подкрепление, – раздалось из полицейской рации. – Сопротивление аресту, азартные игры, наркоторговля, бордель. Незаконное содержание диких животных.
– Животные? – переспросила Джессика с удивлением.
– Вот это вы удачно, дамочка, дочку свою потеряли, – почесывая с удовольствием живот и широко улыбаясь, проговорил водитель.
– Уже все нашлись, вы же везете нас домой? – глаза матери расширились.
– Ну, я могу, конечно, определись вашу дочь в общую кучу…
– О, нет, нет! – женщина придвинулась ближе к водителю.
– Да не буду, – махнул он. – Не повезу я вас в участок, едем прямиком домой. Надо помочь напарникам. Какой хороший день, знаете? Повышение мне обеспечено…
Джессика поразилась, почему служитель закона так злорадствует. Она не понимала, откуда столько ненависти в одном человеке. Все десять минут, что они ехали от «наркопритона» до дома, показались Джессике вечностью. Она даже представить боялась, что ждет ее дома за эти выходки и как поступят теперь с ней родители. Оторвать голову, наверное, будет слишком простым наказанием. Что она такого сделала? Сбежала из дома? Покрасила волосы? Переоделась в чужую одежду? Обманула родителей? Наверно, ее отдадут в интернат. Или мама будет ее провожать до школы и обратно. Или установит во всем доме камеры слежения. Хотя, откуда у семьи деньги на такое дорогое оборудование… И вообще, все подростки в 16 лет уже гуляют. Встречаются. Некоторые даже работают. Почему мама с ней так обращается? Никаких материнских чувств, абсолютно. Правильно она сказала своей подруге полчаса назад: "Я железная что ли?!". Поток мыслей прервала внезапная остановка. Полицейская машина припарковалась напротив дома Джессики.
– Всего доброго! – крикнул полицейский, когда Джессика и мама вышли из машины.
Водитель надавил на газ, совершил манёвр «полицейский разворот» и устремился в обратную сторону. Мама злостно схватила дочь за руку и быстро поволокла в дом. Как только дверь закрылась изнутри, звуковая волна крика прошла по всему первому этажу особняка:
– Ты в своём уме?! Ты что творишь, маленькая дрянь?!
– У меня уже вот где сидит это все, – устало проговорила дочь, показывая рукой на горло. – Меня задолбала эта отличная учёба, вечные уроки, строгие брюки и белые блузки. Мне надоело смотреть то на доску в школе, то на тетрадки дома, то на ваши недовольные рожи.
Мама открыла рот от возмущения и Джессике прилетела хорошая пощечина.
– Конечно, – продолжила она, потирая красную щеку, – проще мне врезать, чем попытаться меня понять. Вы за всю мою жизнь ни разу не сказали мне ни одного похвального слова, хотя я старалась, из кожи вон лезла, лишь бы вы довольны были! Хватит, мама. С этого дня моя жизнь пойдёт по-другому. И если ты меня не услышишь, я уйду жить на улицу. Но не останусь с цепными псами под одной крышей.
– Марш в свою комнату, неблагодарная тварь! – крикнула мама, указывая пальцем на комнату дочери.
– Как скажете, – безразлично ответила она.
***
Утро выходного дня определенно нравилось Джессике. Так как родители были обижены на свою дочь, в её комнату они не заходили. Утром ее никто не разбудил, и она наконец-таки проспала чуточку больше, чем обычно. Родители даже не позвали ее с ними завтракать. Девушка ни капли не расстроилась, она решила, что это тот самый знак о начале новой жизни.
Первое, что сделала Джессика, это скинула с себя всю одежду и подошла к зеркалу. Осмотрев себя с ног до головы, она широко улыбнулась. Она была удовлетворена своей фигурой и всей внешностью в целом. Накрутив волосы на палец, она поразмыслила о том, что можно сделать со своей прической. Может обрезать волосы? Позже, сейчас не время. Она заплела привычную ей косичку, затем накинула домашний халат и вышла из комнаты. К её удивлению, дома было очень тихо. Вскоре стало понятно, что родителей нет. В полном одиночестве она позавтракала, а затем засела в интернете.
Ближе к вечеру, когда Джессика уже занималась уроками, она услышала шум на первом этаже. Тихонько подкравшись к проему своей комнаты, она сложила руки возле уха, и прислонилась к двери. Было слышно, что домой вернулись родители. Джессике с трудом давалось распознать слова, но все-таки какой-то смысл она уловила.
– А я тебе говорю, – слышался недовольный голос матери, – что если ее переходный возраст начался вчера, значит тут замешано…
Девушка не понимала того, о чем говорили родители, да и к тому же плохо слышала приглушенный диалог.
– Нет, это просто переходный возраст. Прекрати приплетать все и сразу, – отвечал ей отец.
– Могу голову на отсечение дать, что дар проснулся. Она готова, Кит, готова!
– Сабрина, прекрати! – прикрикнул папа. – Мы ее родители, она бы сразу рассказала нам обо всем!
– Хватит со мной спорить, выродок гвардии! – прикрикнула гневно мать. – Она не может за один день превратиться из мышки в тигрицу, я уверена, это не просто так! Её время пришло. Нужно привезти сюда мистера Стенли. Поехали за ним, позвоню ему по дороге.
У Джессики полезли глаза на лоб. Какая гвардия? Какой мистер? Какое время? Что они вообще несут? Да и про дар они сказали. Откуда они знают? Хотя, слышимость не очень-то хорошая, может Джессике показалось. Она вновь прислонилась к двери ухом, но услышала лишь хлопок входной двери. Родители опять оставили ее одну в доме.
Спустя несколько часов Джессика копалась в интернете в поисках информации, но безрезультатно. Тот диалог, слушателем которого она невольно стала, не выходил у нее из головы. Она все время прокручивала в голове нелепые обрывки фраз, которые уловила. Но всё равно Джессика не была уверенна в том, что поняла все правильно и услышала настоящие слова, а не игру звуков и тональности. Потом, так ничего и найдя в интернете, она погрузилась в учебу. Благодаря этому она хоть немного, но смогла отвлечься от гнетущих мыслей. В очередной раз вздрогнуть заставил хлопок двери. Вероятнее всего, вернулись ее родители. Джессика не посчитала нужным бежать к ним в объятия, а предпочла остаться наедине с учебниками. Судя по звукам, доносящимся снизу, родители пришли не одни.
– Проходите, – говорила мама, – её комната там, на втором этаже. Я вас провожу.
Джессика насторожилась. Шаги приближались, и дверь её комнаты открылась. На пороге она увидела взволнованную мать и солидного мужчину полной комплектации лет сорока в строгом костюме и с галстуком. Он вошёл в комнату и сел на кровать, а мама поспешно закрыла дверь с другой стороны.
– Джессика, я мистер Стенли и мне нужно с тобой поговорить.
– Кто вы? – с любопытством повернулась девушка в его сторону.
– Психолог. Твоя мама беспокоится за тебя, говорит, что твой подростковый период только начался. И он плохо проявляется.
– А она вам сказала, что меня тут как в клетке держат? – она развернулась к нему всем телом и закинула одну ногу на другую. – Мне ничего не разрешают, принуждают к действиям, которые разрушают меня как личность. Они заставляют носить строгую одежду. Запрещают общаться со сверстниками. И я считаю, что на фоне моего подавленного морального состояния, я сошла с ума. Я начала останавливать время и говорить с кошками.
– Останавливать время говоришь… – психолог сделал какие-то пометки в своей тетради, – и с кошками говорить… – он с минуту сидел с серьезным лицом и что-то быстро писал, затем поднял глаза и добродушно засмеялся. – Джессика, у тебя богатая фантазия. Все совсем не так. Ведь раньше ты не видела проблем в своей жизни. А сейчас, через призму подросткового периода, ты увидела другую сторону своего психического состояния и благоустройства в целом.
– Уходите, – с отвращением сказала она.
– Я не могу уйти, родители заплатили мне за два часа нашего диалога, и я обязан с тобой поговорить и найти корень проблемы.
– И сколько она вам заплатила?
– Пятьсот долларов за два часа. Но думаю, что нам надо говорить не об…
– Сколько?! – возмутилась Джессика. – Мы не можем позволить себе купить тушь для ресниц за два девяноста девять, а тут такие деньги какому-то придурку за пустую болтовню?! Дайте мне эти деньги, я сниму на них жильё! И буду жить отдельно от этих параноиков!
Джессика замолчала. Её напрягло, что она так много сказала гадостей, а психолог её ни разу не остановил. И к её великому удивлению, он даже не моргал. Девушка выглянула в окно – люди и машины застыли в движении. Время вновь остановилось. Первое, что поняла Джессика, это то, что надо действовать быстро. Время может пойти в любой момент. Она кинулась к шкафу в судорожной спешке, натянула брюки и блузку. Залезла в боковой карман портфеля к психологу и вытащила оттуда пять денежных купюр по сотне. Затем быстро написала записку "нет проблемы – нет денег" и всунула ему в руку. Потом взяла свой школьный рюкзак, скинула туда основные учебники и тетради, канцелярию и несколько вещей. И быстро-быстро выбежала из дома.