Татьяна Май – Мой волк, или Отбор для альфы (страница 11)

Видимо, Хольд ожидал от меня какой-то реакции, но я промолчала.

— Эй, ты что, язык себе откусила? — резко бросила Далла.

Я, даже не пытаясь скрыть отвращения, посмотрела на нее. Жаль, что на волках все быстро заживает, и у нее не осталось даже маленького синяка после близкого знакомства с каминной полкой.

— Угу, и съела его на ужин. И твоим закушу, если не отстанешь, — весело пообещала я, хотя больше всего мне хотелось вцепиться в белокурые волосы волчицы и оттаскать ее как следует.

Хольд расхохотался так громко, что затих даже шум за нижними столами.

— Дерзкая девчонка, — весело сказал он. Очевидно, он не злопамятный, и на том спасибо.

— Да как ты… — взвилась волчица, но тихий голос Рэйнара прервал ее.

— Далла, Хольд, я не намерен терпеть ссоры за ужином, — напомнил альфа.

По его тону нельзя было сказать, взбешен он или нет моими словами. Однако волки тут же уткнулись в свои тарелки, правда Далла пробормотала что-то, отдаленно напоминающее «собачий ошейник». Удивительно, как одно лишь слово альфы заставило их забыть про меня. Вот это дрессура! Однако если Рэйнар ждет и от меня подобного раболепия, его ждет разочарование. Я мрачно улыбнулась, а потом поймала удивленные взгляды служанок. Они с вытаращенными от ужаса глазами взирали на меня. Я пожала плечами.

С кувшином в руках, как заправский официант, я встала позади Рэйнара, переминаясь с ноги на ногу. Однако глаза против воли скользили по его широким плечам и мускулистой спине. Мощные руки Рэйнара легко могли бы переломить хребет и медведю. Длинные темные волосы волнистой гривой спускались до самых лопаток. Черная туника из матовой ткани и черные штаны обрисовывали каждый мускул совершенного тела. Я тихо вздохнула и покачала головой, поймав себя на мысли, что беззастенчиво пялюсь на него. Да что со мной такое? Во всем виновата его внешность. Он и правда самый красивый мужчина из всех виденных мною.

Троица ужинала в молчании. Наконец, когда с едой было покончено и альфа со своими замами, как я их окрестила, сконцентрировали внимание на напитках, они заговорили о делах. Я подобралась, стараясь не пропустить ни слова.

— Ты подумал над нашим предложением, Рэйнар? — Хольд широко улыбнулся. Белоснежные зубы, горчичного цвета глаза, светлые волосы и будто сияющая кожа — ему бы в рекламу зубной пасты.

— Подумал, и мой ответ прежний — этому не бывать, — мрачно отрезал Рэйнар.

— Но как же мой волчонок, альфа? — прошептала Далла. В ее голосе было столько боли, что мне даже стало жаль бету. — Хоть в нем и сильная кровь, но ведь он там совсем один. Да у меня кусок в горло не лезет, как подумаю, какие опасности его поджидают. — Тут Далла малость перегнула, потому что тарелку свою она чуть ли не вылизала. — Ты же сам сказал, что там полно смертных, мечтающих его убить. К тому же он обратился впервые, да еще и ранен. Представить невозможно, как он напуган.

Я напряглась. Ага, значит мой разговор с Фирой стал достоянием общественности, как я и подозревала.

— Мы найдем другой способ, — прорычал Рэйнар, а мне стало интересно, против чего он так возражает. — Его рана, я уверен, уже зажила.

— Мой альфа, я не хотел портить тебе аппетит, — промямлил Хольд, почесав нос, — но сейчас просто обязан сказать. Не дождавшись от Рэйнара никакой реакции, гамма-волк продолжал: — Я был на границе Скальных земель…

— Как поживает твоя сестра?

— Я рад, что она обрела своего волка. Жалею лишь, что он из стаи альфы Чарана, но мы не выбираем свою судьбу.

— Если бы мы не вступали в браки с волками из других стай, то пришлось бы, как смертным в древности, сестрам выходить за своих братьев. И тогда бы тебе житья не было. Радуйся, что сестра далеко, — хмыкнул Рэйнар.

Хольд дернул плечом.

— Да, мой альфа, но я хотел сказать не об этом. Альфа Чаран уже знает о том, что амулет утерян. Он в бешенстве и грозится пойти войной.

— И откуда стая Чарана это узнала, ведь все случилось лишь три луны назад? — Стоя сзади, я заметила, как напряглись мышцы плеч Рэйнара.

Хольд развел руками.

— Я был с племянниками, когда пришел Ард, спутник жизни моей сестры. Он был на охоте и с порога выкрикнул эту новость, когда вернулся, и только потом заметил меня. Я сразу же отправился обратно, чтобы рассказать тебе, а тут такие новости о Бранде.

Я, стараясь не пропустить ни слова, лишь покачала головой. Либо Хольд самый равнодушный родитель, либо он высокого мнения о своем сынишке и считает, что тому ничего не грозит. Хотя, учитывая поведение гамма-волка у колодца, я была склонна верить в первое.

— Может быть, наша новая рабыня в курсе? — язвительно вставила Далла.

Я возмущенно фыркнула. Послушать ее, так сейчас на меня свалят все беды этой стаи за последнюю сотню лет! Одновременно меня очень заинтересовала информация о том, что где-то есть и другие волчьи стаи.

— Не говори чушь, она переродилась этим утром, — рыкнул Рэйнар.

— В замке Рамаин есть лазутчик, — не вижу иного объяснения, — развел руками Хольд.

— Или у девчонки есть сообщник, — снова встряла Далла. — Вдруг он скрылся в лесу, а мы не смогли его обнаружить?

— Тогда возьми охотников и после ужина прочеши лес, — приказал Рэйнар. Мне показалось, что он хочет просто чем-нибудь занять Даллу. По-видимому, она расценила этот приказ также, потому что досадливо поморщилась. — Скорее всего, зарево от молний видели не только мы. А так как их было восемь, в курсе не только Чаран, но и вообще все стаи. — Рэйнар сжал кубок так сильно, что побелели костяшки длинных пальцев. — Хольд, что еще ты слышал?

— У альфы Чарана старшая дочь на выданье. Она вошла в возраст, когда пора бы уже заводить волчат.

— Ты не хуже меня знаешь, что так просто это не работает, — Рэйнар забарабанил пальцами по столу. — Сильно сомневаюсь, что дочь Чарана окажется именно моей ирримэ. Я видел ее однажды, еще когда был волчонком.

Повисла пауза.

— И? — поторопил Хольд.

— Довольно надменное создание.

— Мой альфа, но в словах Хольда есть смысл, — быстро заговорила Далла, положив свою руку поверх правой руки Рэйнара. Я следила за этой рукой, испытывая смутное желание откусить ее. — Я слышала, что дочери других альф тоже вошли в возраст. Сила истинной ирримэ поможет нам.

— Мы уже обсуждали это. И я сказал — нет.

— Но так мы сможем остановить войну! Нам необходим крепкий союз с другой стаей! — Хольд стукнул кулаком по столу. Кубки, звякнув, подпрыгнули. — А Чаран не оставит своих притязаний на замок Рамаин, он у него, словно бельмо на глазу!

— Успокойся, волк, — проворчал Рэйнар, опрокидывая содержимое кубка. Альфа сделал знак пальцем, но я осталась на месте, не понимая, чего он хочет. — Вина, волчица, — повернулся он, кивая на свой кубок.

Мне захотелось вылить вино ему на голову, а никак не в кубок, но я сдержалась. Подойдя ближе, я наклонила графин, но сделала это слишком резко, вино перелилось через край кубка. Красное пятно тут же расползлось по белому полотну скатерти. Далла проворчала что-то о косоруких рабынях, а Рэйнар метнул на меня недовольный взгляд.

— Убери это, Лита. — Сжав губы, я взяла одну из лежавших на столе тканевых салфеток и преувеличенно медленно начала промокать винное пятно. — Далла, Хольд, прочешите лес. Если найдете шпионов Чарана, у нас полно свободных клеток.

— А как насчет нашего предложения? — снова завел гамма-волк.

— Я дам ответ. Но мне нужно подумать, — недовольно проговорил Рэйнар.

— Чем дольше ты думаешь, мой альфа, тем большей опасности подвергается вся наша стая! Уверен, что Чаран уже отправил своих послов к другим альфам! — Хольд в бешенстве сверкнул глазами.

— Я знаю свои обязанности, Хольд, пора бы и тебе знать свои.

В словах Рэйнара не было угрозы, но бета и гамма кивнули и бросились выполнять приказ вожака. Рэйнар в задумчивости гладил пальцами высокую ножку кубка.

— Что-нибудь еще? — процедила я ему в ухо, чтобы напомнить о себе. Получилось уж очень язвительно.

— Да, останься, — бросил он, одарив меня таким взглядом, от которого закипела кровь. — Мне нравится твоя покорность, Лита. Именно так должны вести себя слуги. Далла! — звучно крикнул Рэйнар через весь зал.

Волчица вернулась с такой скоростью, словно Рэйнар ей мешок золота пообещал.

— Да, мой альфа?

— Я заметил некоторое напряжение между тобой и Литой, — медленно заговорил Рэйнар, откидываясь в кресле. Я нахмурилась. Какую еще гадость он придумал? По бесстрастному лицу альфы невозможно было ничего прочитать. — Как я уже говорил, мне не нужны ссоры в замке. Волки этой стаи живут в мире. Лита, ты попросишь прощения у Даллы…

— Еще чего! — гневно фыркнула я, сложив на груди руки.

По лицу светловолосой дылды разлилась ядовитая улыбочка.

— Ты попросишь прощения за то, что ударила Даллу, — сказал Рэйнар так, будто и не услышал моего возгласа. — Далла, но сначала ты попросишь прощения у Литы за ту пощечину.

Выражение лица беты вытянулось от изумления. Я едва сдержала смех. Однако волчица быстро взяла себя в руки. Видимо, Фира говорила правду: слово Рэйнара — закон.

— Да, мой альфа, — покорно склонила голову Далла и перевела взгляд светлых глаз на меня: — Прости, — еле выдавила она.

Конечно же, раскаяния в ее голосе не услышал бы и человек с сильно развитым воображением.

— Теперь ты, Лита, — лениво протянул Рэйнар.