Татьяна Матуш – Сколько стоит ваше сердце? (страница 36)
- Не зови меня так, не люблю.
- Как звать?
- Зови Маркизом. Так меня в Аверсуме парни прозвали. Говорят, папаша из благородных был. Может быть и врут, но я к этому прозвищу привык.
- Маркиз так Маркиз. Главное - не Священный Кесар, выговаривать долго, можно не успеть. А с чего тебя так растопырило-то? Хорошо же прогулялись?
- Хорошо прогулялись? - Маркиз ошеломленно уставился на спутника, - если ЭТО прогулка, то я даже не Священный Кесар, а его любимая наложница!
Эшери фыркнул.
- Ну, побегали слегка.
- Трое суток, - прошипел Маркиз, - по шкуродерам, каким-то богами забытым штольням, закрытым выработкам с летучими мышами, которые, между прочим, нагадили мне на голову! В гробу я видел такие прогулки. Темно, как в заднице и воняет так же... Боги и демоны, я только сейчас понял, какой в Кайоре вкусный воздух!
- Надо было раньше сказать, что замкнутых пространств боишься, - невозмутимо сказал Эшери, - я бы заранее полечил.
Маркиз сделался цветом, как тот самый уже помянутый колотый лед. Даже губы стали серыми.
- Т-твое лечение... Уж лучше всю жизнь болеть и сдохнуть!!!
- Клин клином вышибают, страх страхом прогоняют. А что, разве плохой зверек получился?
- А если бы я там обгадился?
- А ты - нет? - удивился Эшери, - надо же! Значит, что-то я со зверем недоработал. Может быть, клыки верхние побольше? Или рога сделать витые?
- Себе клыки сделай... И рога. - Маркиза передернуло.
- Мне ни к чему, - серьезно сказал Эшери, - меня и так боятся.
- С чего бы? - вопреки только что сказанному, Маркиз так удивился, что даже привстал, - Я бы тебя ни в жизнь не испугался.
- Подожди... ты меня еще толком и не видел, - как-то непонятно сказал Монтрез.
Маркиз тоже сообразил, что ненароком вляпался в запретное и примолк. Они сидели прямо на земле, смотрели на звезды, пили воду из фляги, передавая ее друг другу и глубоко, с удовольствием дышали.
А звезды, похожие на осколки, смотрели на них с небес пристально и серьезно, словно знали какую-то тайну. И была эта тайна довольно пакостной.
- Ты уверен, что это было нужно? - спросил Маркиз.
- Нет. Буду рад ошибиться.
- Тогда получится, что мы три дня, как две крысы, абсолютно зря...
- Да и Хвала Богам! Чего б я не отдал, чтобы так и получилось. Пожалуй, еще бы раз весь наш путь на животе прополз, да хоть бы и задом наперед... - Он оборвал сам себя и резко отвернулся.
Под утро на подошве Свияжа похолодало и воздух стал еще слаще.
- Рассветы здесь красивые, - обронил Маркиз в пустоту. Он почему-то был уверен, что спутник не ответит. Обиделся. Но Эшери ответил:
- Верю на слово. Дожидаться не будем, времени нет. Но ты не расстраивайся, еще насмотримся и на рассветы, и на закаты. Надоест. Пойдем, Маркиз. Нам еще три длинные клепсидры топать.
- Все четыре. Вкруговую придется, чтобы заставу обойти.
- В Бездну, - решил Эшери, - под иллюзией проскочим. Пока еще каждый стражник в этом городе не получил предписание искать нас с тобой, как хлеба ищут - надо пользоваться. Долго такая благость не продлится.
- Хм... И как это понимать? Как обещание? Или предостережение? Или пророчество? -озадачился Маркиз, подтягивая лямки рюкзака.
- Как приказ старшего по званию.
Да, воистину, странная была парочка. Как, иногда, забавно шутят Боги, сплетая в одну судьбы совершенно неподходящих друг другу людей... И, ведь, отлично спелись!
Так размышлял Эшери, разглядывая опекунов Алеты, которых он помнил смутно. Годы не были к ним добры. Впрочем, мужчину они пощадили. Или просто военная выправка - прямая, как меч, спина и властность в голосе и жестах, слегка убавила ему лет. Выглядел дядя Алеты неплохо. Пожалуй, какая-нибудь веселая вдовушка или симпатичная служанка могла бы счесть его завидным кавалером.
Тетушка баронессы была на свой лад умна. В разряд "умных на свой лад" Эшери заносил всех женщин, у которых хватало соображения не затягиваться в корсет прямо с утра. Маленькая, пухлая фигура, лиловое платье с двумя нижними юбками, из украшений - только образок на золотой цепочке.
А вот лицо подкачало: грубоватое, оплывшее, с "розами" на щеках и дряблой шее - они "расцветали" на тонкой коже от жары и пота... Глаза маленькие, но цепкие и жесткие.
- Просим простить нас, Ваша Светлость, за неподобающий статусу прием, - пропела она. Голос оказался неожиданно красивым, низким и мягким.
- Пустое, - великодушно махнул рукой Эшери, - я не предупреждал о визите. Да, собственно, не за почестями и прибыл в такую даль.
- Что же привело вас в наш скромный дом? - голос продолжал петь, а глаза смотрели настороженно, с опаской. Знает кошка, чье мясо съела. И то, что "кошки" считали "мясо" своим, ничего не меняло. По закону они должны были получить разрешение Императора на брак воспитанницы с иностранцем. Любым иностранцем, статус значения не имел.
- Что может заставить подданного бросить все дела, свое поместье и мчаться на другой континент, кроме приказа сеньора.
- Так вы по приказу Императора, герцог? - в первый раз разомкнул губы мужчина. - Я могу его видеть?
Лучше б и дальше молчал, подумал про себя Эшери. Зато ясно, у кого в этой семье мозги.
- Своей солдатской прямотой вы несказанно облегчили мне жизнь, господин Араген. Тогда я отдам вам этот приказ, и, немедленно, зеркалом, смогу отбыть обратно в Аверсум. Здешний климат для меня слишком жаркий. А ваша достойная супруга, безусловно, засвидетельствует на амулете, что приказ передан по назначению.
- Как можно! - ахнула "достойная супруга" и бросилась спасать положение, - Ваша Светлость, вы ведь не поступите с нами так жестоко? Вы так радушно принимали нас с вашем родовом гнезде, замке Монтрезов. Это лето до сих пор осталось в моей памяти как лучшее в жизни! Неужели вы лишите нас возможности хоть немного отдать долг гостеприимства, и не останетесь хотя бы на праздник...
Эшери вздохнул, мысленно прощаясь с шикарной возможностью удрать. Эта пиявка не выпустит. Понадобиться - поперек дороги ляжет и все в полном соответствии с обычаями и этикетом. Тоже - талант, в пору восхититься.
Хозяин тоже сообразил, что ляпнул не то... Точнее, не сообразил, а понял это по поведению супруги - и немедленно отыграл назад.
- Прошу меня простить, герцог, если мои слова прозвучали невежливо. Вы правильно заметили, я - солдат и превыше прочего ставлю своевременное получение и исполнение приказов.
- Великолепное качество для военного, - склонил голову Эшери, - что ж, сделаем так, чтобы никто не был разочарован. Приказ я отдам вам немедленно, ознакомьтесь и можете приступать к исполнению. А все церемонии с клятвами на амулете оставим на завтра. Засвидетельствуете после посещения Храма. Как говорит наш Император: "Троны небесные стоят превыше тронов земных"... Прошу принять так же моего секретаря, маркиза Тарьена. Пожалуйста, письмо, маркиз.
Бывший поваренок, облаченный в шикарный костюм по столичной моде, шагнул вперед, выдернул из внутреннего кармана запечатанный конверт и подал Эшери. Если его движения и были слишком резкими, то Арагены, скорее всего, списали это на столичный лоск или блестящую муштру.
- Прочтите, - сказал Эшери, - я настаиваю. Приказ серьезный.
Хозяин дома чуть подрагивающими пальцами переломил пополам императорскую печать и развернул свиток.
Неизвестно, что он надеялся там найти, но явно не то, что нашел. Светло серые глаза в момент расширились и потемнели, брови взлетели куда-то в район прически.
- Что?! - забывшись, проговорил он, - Но это немыслимо!!! Это какая-то ошибка или... Его Императорское Величество, безусловно, дезинформирован.
- Что случилось, мой ангел? - пропела супруга, незаметно вытягивая шею.
- Этот приказ!
- Его Императорское Величество приказал нам поджечь свой дом и идти пешком в Аверсум? - иронично спросила она, мило улыбаясь Эшери и всем видом показывая, что шутит.
- Хуже! - рубанул Араген, - нам приказано прекратить добычу анеботума и завалить шахты. Без консервации.
- О... - госпожа Араген в растерянности хлопнула глазами. Она тоже ждала другого и теперь понятия не имела, как поступить, - но чем может быть вызван такой странный приказ? Ведь анеботум, это...
- Чем бы он ни был вызван, первейший долг солдата его исполнить, - мягко нажал Эшери, -когда Повелитель приказывает, подданные повинуются, не так ли?
- Безусловно, - хозяйка уже взяла себя в руки и присела в реверансе, - Вы правы, Ваша Светлость. Нас может извинить только некоторое удивление... впрочем, и оно неуместно и непростительно. Приказ Повелителя будет исполнен со всей тщательностью.
- Я в этом не сомневаюсь, - вставил Монтрез.
- А сейчас, разрешите, Жиаль проводит вас в приготовленные покои и подаст умыться и переодеться с дороги. Ужин будет ровно через одну длинную клепсидру. Вы как раз отдохнете. Ваша Светлость. Ваша Милость...
Оставшись одни, Светлость и Милость оглядели короткую анфиладу из двух спален, гардеробной и небольшой гостиной. Покои располагались на втором этаже, но окна были забраны решетками, закрытыми на замочки. Конечно, снабдить гостей ключами никто не озаботился.
- Я ошибаюсь, или ночью нас придут убивать? - спросил Маркиз, стараясь казаться абсолютно спокойным.
- Или отравят за ужином, - в отличие от бывшего поваренка Эшери не казался, а был безмятежен, - Что ты так психуешь? Ты же должен знать, куда и чего напихать можно и какими специями замаскировать. Учуешь знакомый запах - не ешь, дел-то!