Татьяна Матуш – Сколько стоит ваше сердце? (страница 13)

Размышляя об этом, Алета одела шляпу, как привыкла, без зеркала. Шляпа была почти мужская, с длинным пером и невероятно шла к золотому сиянию ее волос, красивых и густых. Кое-кто из слуг загляделся на нее и случайно тронул повод. Лошадь приняла это за сигнал трогаться, развернулась и потрусила к воротам. За ней потянулась вторая. Третий решил, что пропустил сигнал.

Баронесса пожала плечами, кивнула Цветочку и направилась следом. Какая разница, кто выезжает первым, а кто - пятым, если в конечном итоге она попадет туда, куда ей нужно? Совершенно никакой.

Копыта коней стучали по брусчатке. Город был непривычно тих и немноголюден, а те прохожие, которые все же попадались навстречу отряду, были мужчинами или слугами. За все время пути Алета увидела лишь одну спешащую по делам женщину - небогатую горожанку в саржевом платье, без сопровождения. И в первый раз подумала, что в словах тети, кажется, было что-то разумное.

Город и вправду насторожился.

Впрочем, в Кайоре это случалось по четыре раза в год, а то и по шесть.

"Мед Шавари" был очень респектабельной кондитерской лавкой с небольшим кафе. Сюда заходили на чашечку чая со знаменитыми фиольскими сладостями, а, ближе к вечеру, и на еще более знаменитое фиольское вино "лучшие люди" Кайоры. "Медом" не брезговали даже жена и дочь градоправителя.

Впрочем, сегодня здесь было почти пусто. Из одиннадцати столиков (счастливое число), заняты оказались только два. За одним сидели две молодые девушки, почти девочки с бонной. Другой занимал одинокий мужчина, который наворачивал пирожки с мясом и по сторонам не смотрел.

...Узнать его Алета, конечно, не могла - столько лет прошло! И, доведись встретиться на улице, прошла бы мимо. Но вот эта манера не есть, а сосредоточенно, почти медитативно поглощать пищу, словно сдернула дымчатую завесу с памяти и развернула прошлое, как свиток.

Обжора!!! Выросший, располневший (ожидаемо!) и, неожиданно, ставший очень интересным мужчиной. Пожалуй, встреть такого на приеме, Алета обязательно постреляла бы глазами и поиграла веером.

Напряжение этого утра немедленно отпустило девушку. Стало легко и как-то хулиганисто. В конце концов, почему она должна вести себя не так, как обычно, если совершает побег? Напротив, это вызовет подозрение.

Баронесса сдернула шляпку, отрепетированным перед зеркалом движением тряхнула золотой гривой - засмотрелись даже кони, привязанные на улице. Прикрыла полями половину лица и послала любопытный взгляд в сторону полного... скорее, просто крепкого мужчины за столиком.

Втуне! Тот в упор не видел попыток прелестной баронессы. Пирожки с мясом интересовали его гораздо больше. Алета про себя рассмеялась. Настроение пошло вверх.

- Чего изволит ваша милость? - подскочил слуга.

- Чай с мелиссой, медовых шариков и, пожалуй, корзиночку с ежевичным вареньем, -решила Алета, - вот за тот столик, он в тени. Солнце сегодня слишком яркое.

- О, да, - кивнул слуга, - с утра жарко.

И немедленно испарился на кухню, не забыв по дороге отодвинуть стул и сделать знак, чтобы за выбранный столик принесли стакан чистой воды со льдом, маленькой долькой лимона и веточкой мяты.

Алета небрежно бросила шляпу на стол. Совершенно случайно она закрыла ее руки от взглядов с улицы. Развернула на коленях салфетку и опустила глаза. Обжора был магом воды? Кажется, да. Но, как правило, водники отлично управляются и с воздухом...

Под прикрытием шляпы баронесса намочила пальцы в стакане и уронила несколько капель на гладкую столешницу. Операцию пришлось повторить несколько раз, чтобы воды набралось достаточно.

Почти мгновенно капли пришли в движение и сложились в слова:

"Рад видеть, баронесса. Вы удивительно похорошели!"

- Ты тоже! - одними губами произнесла Алета, старательно глядя перед собой и только перед собой. Азарт пел в ней с каждой каплей в клепсидре все громче.

"Хорошо, что вы поторопились. Третья порция пирожков была бы не к стати. Хотя они здесь очень даже ничего..."

- Согласна! - так же беззвучно ответила девушка. Улыбка рвалась наружу, но пока ей удавалось ее прятать.

"Знаешь, где черный ход?"

Алета кивнула. Еще бы ей не знать, пару раз так удирала от эскорта, чтобы одной, без "конвоя" погулять по Кайоре и посетить пару лавок, которые Цветочек не одобряла.

"Дождешься заказа, потом спокойно встанешь и пойдешь к черному ходу. Там туалетные комнаты, подозрений не вызовешь. Шляпу оставь. Кстати, она симпатична и очень тебе идет".

- Спасибо, - шепнула Алета, не сомневаясь, что воздух донесет ее чуть слышный шепот до адресата.

Капли пришли в движение и сложились уже по-другому:

"Выходишь на двор, оттуда в заднюю калитку. Там короткий переулок. Никого не бойся - за тобой присмотрят. В конце переулка будет ждать черная карета. Садись в нее".

Мысленно Алета восхитилась - как у кузена все продумано! Такое впечатление, что не в первый раз он похищает девиц из под венца... и опять едва удержалась, чтобы не хихикнуть. Это было бы странно - сидит благородная госпожа, рассматривает лужу на столе и смеется неизвестно над чем. Дурочка?

А и что, что дурочка! Зато скоро будет свободной. Быстрым движением салфетки Алета стерла водяное письмо.

Медовые шарики она обожала с детства, поэтому, не смотря на строгие указания Обжоры, сунула за щеку сразу парочку, сделала большой глоток прохладного чая и только потом встала.

Шляпа осталась на столике, так что никто не обратил на уходящую девушку внимания.

Вниз вела лестница. Алета, не оглядываясь, спустилась вниз и хотела уже толкнуть дверь, когда услышала тихое, на грани наваждения: "Сестренка."

Она обернулась, пискнула, торопливо зажала себе рот ладонью. Глаза вспыхнули. Под лестницей, слегка пригибаясь, стоял ее выросший кузен и улыбался, небо ее накрой - улыбался так же, как раньше, как тем летом, когда дарил ей жемчуг...

- Эшери! - мгновение - и она оказалась рядом, повисла у него на шее, прижимаясь всем телом, зашептала горячо. - Ты здесь! Ты пришел! Бездна, ты все-таки пришел!!!

- Мы здесь, - поправил он, обнимая девушку за тонкую талию. - Как настроение?

- Лучше не бывает, - заверила Алета. - Мы идем вместе?

- Нет, - Эшери качнул головой, - нужно обеспечить тебе фору во времени. Меняемся плащами.

Черный плащ кузена оказался Алете слегка длинным, а ему - ее, темно-синий, немного коротким, но Эшери все устроило.

- Иди в карету, - велел он.

- А ты?

- Все вопросы после дела. Вперед, сестренка.

Кузен слегка подтолкнул ее к дверям, а сам направился к лестнице. Алете было жутко любопытно, что он такое задумал и она слегка задержалась, наблюдая, как Эшери проходит почти через весь зал, к ее столику, и садится спиной к окну.

Ох, Темные Боги! А ведь и верно! Узкие плечи, золотые длинные волосы... Вблизи их, конечно, не перепутал бы никто, но вот так, в полутьме кондитерской, да через двойные стекла с улицы! Пожалуй, ее эскорт и не заметит подмены... Какое-то время. Очень недолгое.

Алета заторопилась наружу.

Черный ход вывел ее в узкий, кривой и очень короткий переулок. Миновав его, она попала на улицу, кажется, горшечников. Не важно! Важно, что почти у самого выхода стояла обещанная черная карета: небогатая, потертая - каких десятки на улицах Кайоры. В карету была запряжена пара гнедых лошадок местной породы: не слишком молодых и не слишком старых. Тоже очень обычных.

А на козлах сидел еще один привет из прошлого.

Этого паренька она бы тоже не признала, тем более, в кожаной куртке и штанах извозчика. "Особая примета" - редкие, пепельные волосы надежно скрывал повязанный на моряцкий манер платок - тут так ходили почти все простолюдины, да и безземельные дворяне не брезговали.

Волка она узнала лишь потому, что после Обжоры именно его и ждала.

Кивнув на бегу, Алета нырнула в карету и едва успела прыгнуть на сидение, как повозка тронулась, застучав по мостовой.

Побег завершился? Успешно? Наверное, все же пока нет. Надо было еще исхитриться удрать из Кайоры, где все заставы и портальную комнату охраняли солдаты ее дяди. Но после "операции" в кондитерской Алета ни секунды не сомневалась в успехе.

Здесь был уже вечер. С ленивым достоинством толкала вперед, к близкому морю, свои воды серебристо-стальная Альсора. Река была плотной, серьезной и, даже на вид какой-то тяжелой. Смотреть на нее долго не стоило - это порождало уныние.

Но, в том-то и дело, что больше смотреть было особо не на что. Все остальные предметы: несколько жестко подстриженных кустов, узорная беседка, небольшая рощица и белая громада императорской резиденции вдали были совершенно и абсолютно неподвижны.

Даже ветер траву не трогал.

Вода хотя бы текла. И Алета упорно не отрывала от нее взгляда, облокотившись на широкие каменные перила Горбатого мостика.

Вот, удивительно - мост, соединяющий мастеровой квартал с рыночным называли Императорским (хотя, насколько понимала баронесса, на него ни разу не ступала нога ни одного императора), а этот, непосредственно в резиденции, на котором Их Величества не одну пару подметок сносили - его поименовали Горбатым...

Думать об этой несообразности тоже особого смысла не было. Какая разница, как называется мост, если он не собирается сию же секунду обрушиться и уронить ее тело в свинцовые воды здешней, холодной реки... А если собирается - тогда тем более никакой разницы.