Татьяна Матуш – Принцесса для психолога (страница 18)
Под горбатым мостиком с журчанием тек боковой приток Альсоры. Справа, в зарослях, деловито возились лягушки. На воде покачивались лилии. Чуть дальше поднимались стены левого крыла резиденции, после полудня солнце ложилось на них так что они, от рождения - белые гляделись темно-синими, почти черными.
Как ни торопились, а, похоже, слегка опоздали - на мосту уже маячили трое. Один, высокий и худой гвардеец в ладно сидящем синем мундире облокотился на перила и медитировал на проплывающие под мостом щепки и листья.
Двое других, в щегольских костюмах темно-бордового и густо-фиолетового цвета из дорогого бархата слонялись по мосту из стороны в сторону.
Обжора достал клепсидру и бросил на нее быстрый взгляд.
- Это не мы опаздываем, это господин виконт изволил прибыть рано.
- Хорошо, - кивнул Руслан, - терпеть не могу непунктуальных людей.
- Что так? - отстраненно поинтересовался Винкер.
- А они никогда не заплатят мне ни копейки. Не мои клиенты. У них просто не бывает неврозов.
Принц без титула мимолетно улыбнулся.
Увидев их троицу, гвардеец выпрямился и шагнул вперед.
- Господа, вам известно, что заставлять ждать в делах чести - это очень дурной тон? Надеюсь, у вас есть подходящее объяснение.
- Самое подходящее из всех возможных, - Обжора сунул гвардейцу под нос клепсидру и с удовольствием понаблюдал, как меняется его длинное лицо.
- О, тогда приношу извинения. Традиционный вопрос - возможно, вы желаете примириться?
- Да я ни с кем и не ссорился, - хмыкнул Руслан, - дурное дело - ссора. Лучше просто подраться, нервы целее будут.
Господин в бордовом, молодой, чуть за двадцать, узкое лицо, нос с горбинкой, словно тесанные скулы и темные колючие глаза - шагнул наперерез.
- Ваш герб, господин...
- Осинин, - Руслан склонил голову, рассматривая паренька.
- ОсинИн? - мгновенно перепутал ударение тот, - Это дворянский род? Не хотелось бы марать шпагу о простолюдина.
- Кто, вообще, говорил о шпагах?
Руслану было весело. Как давно, еще в юности. Причину он знал прекрасно - откат от удачного сеанса все время бил по нему такой вот шальной, быстропроходящей эйфорией. За ней, обычно, следовали сутки апатии - но эти часы, наполненные заемным весельем и бесшабашностью, которых обычно за ним не водилось... Их Руслан ценил. И того человека, в которого превращался - ценил тоже, считая лучшей версией себя. Более чистой и смелой, более позитивной. Да просто - более...
- Драться будем на ножах. До первой крови.
Мальчишка вздернул бровь с таким презрением, что Руслан подивился: вот ведь, белая кость - голубая кровь.
- Против ножа я ничего не имею, - пояснил он, - я владею кинжальным боем, как каждый благородный. Но поединок до первой крови с тем, кто посмел оскорбить Ее Императорское Величество?!
- Хорошо, - вскинул руки Руслан, - я дерусь до первой крови. Вы, уважаемый, как хотите. Так годится?
Вызвавшая сторона переглянулась и взгляды были недобрыми. Руслан понял, что, похоже, сморозил что-то не то.
- Нас сейчас оскорбили? - уточнил гвардеец и сам же себе ответил, - оскорбили. Остается понять - намеренно или нет.
- Ок, - примирительно кивнул Руслан, - всех оскорбленных удовлетворяю в порядке живой очереди. Мальчик первым записался. Никто не против? Тогда, может, начнем, помолясь? - и подбородком кивнул на середину моста.
- Ваше оружие, - тон гвардейца похолодел еще на градус. Впрочем, до абсолютного нуля ему было ехать и ехать.
Руслан кивнул, признавая справедливость просьбы и протянул ему свою припрятанную "заначку" - стандартный нож-стропорез, двадцать три сантиметра с рукоятью, хорошей такой, бакелитовой. Ромбовидный клинок, двухсторонняя серрейторная заточка (как зубки у нашей младшенькой сестренки - акулы, да) и закругленное острие. На фиг такой пацифизм? Не, человеколюбие тут не при чем. Вернее, любовь к человеку присутствует, но исключительно к одному, конкретному - себе, дорогому. Острие круглят, чтобы, если навернешься, в самого себя не воткнуть.
Вот и пригодился Володькин подарочек...
Гвардеец с недоумением покрутил нож, попробовал пальцем. Бросил странный взгляд на Руслана.
- Вы уверены, что хотите с этим выйти против даги?
Вопрос непраздный. Дага, такой же четырехгранной заточки, но с острейшим концом, была длиннее вдвое, навскидку - сантиметров сорок.
- У моего спарринг-партнера какие-то проблемы?
- Рус, он намекает, что проблемы у тебя, - посмеиваясь, объяснил Обжора.
- Проблемы у моих клиентов, у меня - задачи, - отозвался Руслан. - Да, уверен. Я взрослый, дееспособный, трезвый и, кстати, не самый терпеливый мужик. Так что либо деремся, либо расходимся. У меня нет желания торчать здесь до послезавтра.
Парень в бархате пожал плечами и шагнул на середину. Руслан смотрел очень внимательно - незнакомое оружие немного напрягало. Но тренировок у него в последнее время было до затылка, в том числе и с ножом. Володя вытаскивал его в зал каждые выходные, а то и на неделе, чтобы "сбросить стресс" от травли, устроенной Семьей.
Должен сладить.
Мальчишка выставил одну ногу вперед. Вторую чуть согнул в колене. Свой свинорез он держал уверенно и очень правильно, острием к противнику. Хотя, по большому-то счету, без разницы - какой хват в начале боя, главное, как быстро он умеет его менять.
А вот вторую руку парень отвел назад, чуть не уложил на пояс. Это чтобы не мешала? Хм...
- Я жду, - обронил он в тишине.
- Чего? - удивился Руслан. Сам он стоял - плечи вперед, слегка сутулясь - не слишком красиво, но кого это волнует? Идеальной стойки для боя на ножах не существует, это же не фотосессия. На самом деле важна только маневренность: быстро поворачивайся, меняй угол - и будет тебе счастье.
- Право первого удара за вызванным.
- Условности, - тоном старухи Шапокляк отозвался психолог. - Уступаю.
Гвардеец что-то сказал, но Руслан его уже не услышал. Он полностью вышел в "боевой режим", когда все звуки, которые не несут угрозы, просто отсекаются сознанием. В этом состоянии, сродни трансу, Руслану часто казалось, что он может предсказать следующее движение противника и нередко так оно и было.
Случались, правда, и исключения. Одному такому исключению, филиппинцу Манулу, он был обязан косым шрамом и сутками в реанимации. А парень ничего плохого не хотел, просто перепились в дрова оба и решили показать девушкам, какие они мачо. Показали, блин! Ни одной потом так и не нашли - так на шпильках дернули, что на мопеде хрен догонишь.
Рука противника пошла снизу вверх. Руслан машинально уклонился: подрез, подрез, стелящийся шаг - инерция помогает, она никогда не подводит - противник чуть наклоняется вперед и Руслан привычным, отточенным движением бьет его в основание шеи.
Весь бой - полторы секунды. Бархатный распластался на камнях, выронив нож.
Ах, да! До первой крови... Зубы стропореза в условиях тотальной антисанитарии и отсутствия антибиотиков показались штукой негуманной. Руслан подобрал выпавшую дагу противника и слегка уколол его руку. В районе предплечья. Кровь показалась - вроде все должно быть в порядке.
Он посмотрел на гвардейца - второй, фиолетовый, был занят, пытаясь привести друга в порядок. Мог бы не стараться - раньше чем через полчаса не очнется, Руслан свой удар знал.
- Уважаемый, вы от меня что-то хотели? - спросил он. - Так я все еще здесь и уже свободен. Можете тоже размяться.
- Филипп жив?
- Живее нас. К вечеру уже будет бить посуду и орать, что так не честно.
Гвардеец помолчал, что-то прикидывая про себя.
- Вы - мастер, - сказал он, наконец.
- Верно. Инструктор. Старшина запаса.
Что из этого понял гвардеец, не ясно. Арчибальд был докой по части "намурлыкать" словарный запас, но с непереводимой игрой слов случались, порой, загоны.
- Воин?
- Бывший. Сейчас... у вас такого нет. Нечто среднее между лекарем и жрецом.
Гвардеец вдруг усмехнулся.
- У нас такое есть. В храме Змея. Только это женщины. Жрицы. "Сама покалечу - сама вылечу".
- Молодцы, девчонки, - от души одобрил Руслан такой подход. Он бы, может, сказал что-то еще - тему-то подняли интересную. Но тут неожиданно зашевелился и застонал бордовый. Силен, мужик, однако! Руслан был уверен, что ему, как минимум, еще четверть часа отдыхать.
Гвардеец извинился взглядом и направился к приятелям.
Обжора подмигнул и швырнул в психолога чем-то маленьким. Тот машинально поймал. Покрутил - то ли военный кисет, то ли старинный кошелек. Последняя версия была ближе к истине, потому что внутри что-то характерно позвякивало.
- Твоя доля.