Татьяна Матуш – Чужие сны (полный вариант) (страница 33)
- Как "пропала"? - опешила я.
- Пытаемся выяснить. Из дома она вышла, а сюда не приезжала. Машины нигде нет.
- А дорогу проверяли? Вдруг авария?
- Первым делом.
- Мобильник?
- Не отвечает.
- Блин, понятно, что не отвечает. А где он сам, мобильник? Только не делай удивленное лицо, я давно знаю, что они все "заряжены"...
- Сигнала нет. Вообще нигде.
- И... что это значит?
Ответить Алик не успел. Возникло какое-то шевеление, люди подались в разные стороны, освобождая дорогу президенту.
У Влада было замкнутое лицо человека, который принес очень плохие новости.
- Здравствуйте, господа, - сказал он. Все немедленно притихли. Голос президента звучал очень ровно и очень уверенно, - благодарю, что собрались так оперативно. Для тех, кто еще не знает последние новости, сообщаю: пропала наша сотрудница, Алла Лесницкая. Оперативные мероприятия оказались бесполезны. Думаю, никому не надо объяснять, что это означает.
- Мы ослепли, - произнес Олег Ковалев.
Влад кивнул. Олег описал ситуацию с беспощадной точностью.
- Сейчас, господа, мы попробуем выяснить, что все-таки случилось с Аллой, и можно ли ей помочь. Я пригласил всех, кто может оказаться полезен. Но, разумеется, приказывать никому не буду. Даже не войне случаются ситуации, когда вызывают добровольцев. Я дам вам на размышление ровно одну минуту, время, к сожалению, дорого. Вы должны решить, как вам следует поступить, что будет лучше не только для вас, но и для ваших детей. Потом те, кто решил уйти - выйдет. Решение принимайте быстро, но взвешенно,- князь взглянул на табло электронных часов на столе, - время пошло, господа.
Алик повернулся ко мне:
- Ты уходишь, - приказал он тоном, не терпящим не только возражений, а даже сомнений.
Спорить я не стала, просто отошла в другой угол и спряталась за спинами. Происходило нечто опасное, но, похоже, это напрямую касалось запретной темы...
Когда президент поднял глаза от столешницы, народ снова пришел в движение. Массового героизма не получилось: все женщины и четверо мужчин с достоинством, но поспешно покидали кабинет. Олег проводил их долгим, задумчивым взглядом, и, надо полагать, запомнил каждого. Сам он даже не дернулся. Для него вопроса: уходить или оставаться, не существовало, и время на раздумье, щедро предоставленное президентом, он использовал как-то по-другому. Я наблюдала за ним: Олег что-то писал в блокнотике дорогой черной ручкой с золотым пером.
Те, кто остался, молча рассаживались вокруг стола.
- Благодарю вас, господа, - сказал Влад, - моя благодарность не ограничится только словами, но пока примите их. Жаль, что нас осталось так мало, - подытожил он. И перешел к распоряжениям, - Мобильники, электронные носители информации и все символы иной веры, кроме круга матери Крес, сдайте Элене.
Внезапно глаза Маргелова стали огромными и наполнились ужасом. Он увидел меня.
- Влад...- негромко сказал он, - Тане здесь делать нечего. Она должна уйти.
- Понимаю твои чувства. И отчасти разделяю. Она - моя родственница. Но Таня сделала выбор. Как и все мы.
- Она же ничего не понимает!
Алик стал мишенью для недовольных взглядов, пока только взглядов. Видимо, поднимать бузу в такой момент, было не принято. А Маргелов плевал на политкорректность!
- Ты ей объясни. В двух словах, - бросил Олег, - но не думаю, что она изменит решение.
- Мы будем звать Аллу, - Алик в волнении потер переносицу, - возможно, она очень далеко. Потребуется много сил. Мы отдадим все, что сможем. Кому-то это может стоить жизни. Понимаешь? Ты можешь не выйти из этого кабинета.
Алика мне было жалко до слез. И стыдно было даже не до красноты, до бледности. Ничем он такого отношения не заслужил. И чувств таких не заслужил. Но именно сейчас я начала кое-что понимать.
- Думаю, именно мне не стоит бояться, что сил не хватит, - отчеканила я, глядя прямо в глаза Алику. И он опустил голову. А Ковалев, я заметила это боковым зрением, удовлетворенно кивнул.
А потом мы все выложили руки на стол. Я думала, что нужно непременно касаться друг друга. Но мои друзья и родственники, ясаки, видимо считали, что это не обязательно. Им виднее, конечно. Я здорово волновалась. Но не столько из-за того, что могу умереть. Мне впервые предстояло применить на практике то, чему я только что научилась у Саши. Боялась я лишь одного - вдруг не получится, и Алке это будет стоить жизни. Алке, или кому-то другому. В то, что ее уже нет в живых, мне не верилось.
Сашины объяснения были просты до гениальности: "Все, что от тебя потребуется, это твое добровольное согласие. Остальное Влад сделает сам. Но ты должна отдавать себе отчет в том, что соскочить с этого трамвая нельзя. Если происходящее покажется тебе невыносимым, ты просто отключишься. Если оно и в самом деле будет невыносимым - умрешь. Знаешь, между этими понятиями довольно большой люфт, сам не раз убеждался. Но перестать "отдавать кровь" невозможно. Ты станешь сосудом, который поднят высоко вверх и соединен трубкой с другим сосудом, стоящим намного ниже. Выльется столько, сколько надо князю. Так что думай до того, как скажешь "да". А лучше сразу говори "нет".
Я сказала "да". И теперь со страхом ждала момента, когда узнаю, было ли мое согласие таким уж добровольным.
Не знаю, какие ужасы испытывали остальные. Я ощутила лишь легкое покалывание кожи, схожее со слабыми разрядами тока. Ничего себе ощущения, даже приятные где-то. А потом я вдруг поняла, что тоненькие иголки колют меня не снаружи, а изнутри. И не колют, а выстреливают из меня что-то... очень часто выстреливают, помаленьку, но часто! Мне стало страшно. Но Саша был прав, разорвать "шланг", отгородиться от этих иголочек оказалось невозможно. И поэтому я просто расслабилась, позволяя иголочкам делать свое дело. Храш сказал - силы много.
У меня не было возможности оценить, сколько это продолжалось. Мы, сообщающиеся сосуды, как-то не привыкли пользоваться часами... Но через некоторое время у князя, кажется, что-то начало получаться. Перед моими глазами завертелся пестрый калейдоскоп картинок. Понять или хотя бы просто запомнить хоть что-нибудь было нереально. И я просто смотрела, как сменяют друг друга образы, а где-то на заднем плане своей жизнью живут звуки, их я тоже не опознала. Показалось, это обычная человеческая речь, только на очень высокой скорости. Впрочем, с таким же успехом это мог быть щебет тропических птичек, или саунд-трэк новой компьютерной игрушки...
Открыв глаза, я увидела над собой звездное небо. Знакомое звездное небо. И почти сразу его заслонило лицо Лены.
- Все в порядке? Мы даже стали беспокоиться. Такой глубокий обморок.
Я села на кожаном диванчике. Шторы в кабинете были задернуты, но часы показывали пять минут второго. Значит "в отключке" я была довольно долго. Не мудрено, что коллеги перепугались.
- Извини, - сказала я.
Лена тут же сунула мне плитку шоколада и чашку темного, почти черного чая.
- Что-нибудь удалось?
- Пока не знаю. Влад еще приходит в себя. Он ушел очень далеко. Я никогда не думала, что он будет так рисковать из-за Аллы...
- Но с ним все в порядке?
- Да, конечно, - Лену мой вопрос смутил, - он же Высший.
- Ты тоже? - напрямик спросила я.
- Да, - так же прямо ответила сестра.
- Тогда почему?..
- Потому что у меня есть дочь.
- Сила передается только по женской линии, - я не спрашивала, была уверена в ответе.
- И только у Высших. Поэтому они, собственно, и Высшие.
Влад бесшумно появился из ванны. Он был без пиджака, ворот рубашки расстегнут, рукава подвернуты. Волосы - влажные.
- Времени очень мало, - отрывисто сказал он, - она еще в городе, но у Звероящера на Алку планы.
Президент сказал это таким тоном, что я перепугалась.
- Они могут ее убить?
- Вряд ли. Ни ей, ни нам так повезти не может.
Я еще пыталась осмыслить последнее заявление Влада, а он уже отдавал распоряжения:
- Маргелов еще не ушел? Это хорошо. Пусть заходит вместе с Олегом.
- Влад, а мне...
- Ты сиди. Уже впуталась в наши дела дальше некуда. С одной стороны, тебе уже ничем не поможешь, это плохо. А с другой - уже нечего терять.
- Это хорошо, - согласилась я, - стратегически очень выгодная позиция.
Появились аналитики. Алик все еще дулся, взгляд его, подаренный мне мельком, был злым и встревоженным.
- Очень мало, - ответил Влад на незаданный вопрос, - почти ничего. Он очень хорошо закрывался.
- Но ты смог его "пометить"? - уточнил Олег.
- Нет. К сожалению. Думаю, при том уровне силы, которым он завладел благодаря раковине, это вообще невозможно. Даже для Высших.
- Дожили, - буркнул Алик, - Тоха Бакшаров - Князь Тьмы.