Татьяна Марченко – Ёшка (страница 9)
Конь рвался вперед. Иван с трудом удерживал его, вращаясь на одном месте. Белая рубашка прилипла к телу и просвечивала сильные плечи, широкую грудь и рельефный живот, облегала его длинные, жилистые руки. С растрепанных волос по лицу и шее стекали капли воды. Он протер ладонью мокрое лицо. В тот момент всадник на могучем, черном коне был невероятно красив.
Осмотревшись, Иван заметил, как в одном из окон дома, кто-то пристально смотрит на него, но сначала не придал этому значения. Иван убедился, что тот человек был единственный, кто заметил его, а когда вновь посмотрел в окно, там уже никого не было. Он еще раз осмотрел гостей и, развернув коня обратно, слегка пришпорил его в бока, дав, наконец, волю. Он отпустил поводья и направился в свое имение. Уже подъезжая к реке, он вдруг услышал позади себя топот. Иван оглянулся, и тут же на него налетел всадник. Вернее, его широкий плащ, увернувшись от которого, он сильно дернул коня за поводья, поднял на дыбы и с плеском рухнул в реку. Иван тут же поднялся и встал перед заехавшим в воду всадником в полный рост. Незнакомец скинул капюшон с головы и рассмеялся. Граф услышал гордый, но очень красивый женский смех.
Иван окончательно намок, с лица ручьем стекала вода. Он вытер его рукой и встал перед наездницей, в свой полный, много выше среднего рост, гордо расправив плечи и высоко подняв голову. Иван сверлил ее взглядом, желая разглядеть ее лицо, в густой темноте ночи.
– С кем имею честь? – спросил Иван.
– Вы всегда являетесь на приемы без приглашения? – спросила незнакомка.
– Я не на прием явился. Я не являюсь без приглашения! Могу узнать, кто вы?
– Дааа? – протянула незнакомка, – А я видела вас на коне в той усадьбе, – вновь проигнорировав вопрос, сказала девушка.
– Я увидел какой-то свет за этой лесополосой из окна своего поместья и подумал, что это пожар.
– Так вы и есть тот самый граф Долгов? Хозяин соседнего поместья?
– Почему «тот самый»? – спросил Иван.
– Не должно знатному графу вести себя так.
– Простите?
– Являться в гости без приглашения и уезжать, не отдав дань почтения хозяевам, – все смеялась женщина, – вода холодная, может, выйдете?
Иван послушно вышел из реки и подошел к своему коню. Незнакомка последовала за ним.
– Вы так и не сказали мне, кто вы? У имения покойного графа Колышева, новый хозяин? – спросил Иван.
– Завтра в полдень я устраиваю скачки в своем имении, можете поучаствовать в них, если хотите, – произнесла незнакомка, – только сначала, – она сделал паузу и вновь рассмеялась, – научитесь держаться в седле, граф!
– Смею заметить, – ответил Иван, – мой конь не был оседлан.
Но для нее это не имело никакого значения. Она развернула коня и помчалась в сторону своего поместья. Иван проводил ее взглядом, пока она совсем не скрылась в темноте, а топот копыт больше не был слышен, и только тогда, повернулся к своему коню, обнял его за шею и произнес:
– Что же ты, Ветер, меня подводишь!?
Погладив ретивого за гриву, Иван ловко запрыгнул на него и галопом поскакал назад, в свое имение.
Часть II
Глава I
Едва поселившись в своем обновленном имении, Виктория устроила большой прием, который продолжался второй день. Ее гости, как и многочисленные друзья Ивана, приезжали из Москвы. Приемы, устраиваемые в этих поместьях, проходили с большим размахом. Дамы и господа приезжали с личной прислугой и заполняли комнаты просторного гостевого дома. Имение было настолько велико, что с легкостью вмещало всех желающих пожить у герцогини пару дней.
До завтрака хозяйка поместья с гордостью демонстрировала свою коллекцию картин. Пожилой граф, желая попасть в особое расположение Виктории, подарил картину ее любимого французского художника, Антуана Ватто.
– Граф Загорский, Андрей Павлович, вы невероятно щедры, – улыбаясь, произнесла Виктория.
Граф в праздничном светло-бежевом сюртуке поцеловал ее руку. Несмотря на свой возраст, он намеренно демонстрировал Виктории свою стать. Андрей Павлович был невысокого роста, широк в плечах, его движения и четкая походка, говорили о его военном прошлом. Но при этом лицо его имело детскую улыбку, широкий лоб и добрый открытый взгляд, которые говорили о благородстве, а слегка вздернутые кончики усов придавали его образу некоторую важность.
– Ну что вы, герцогиня. Имею сведения о вашем прекрасном вкусе.
– Благодарю!
Она взяла графа под руку.
– Сопровождайте меня, прошу вас. Мне могут понадобиться ваши советы по поводу торгов. Сегодня я продемонстрирую своих скакунов, – Виктория откровенно кокетничала с графом, состояние которого внушало большое уважение к нему.
– Сочту за честь, герцогиня.
Часть гостей, преимущественно мужчины, собралась в летней беседке. За чаем они оживленно обсуждали положение в стране. Говорили о влиянии Германии и Франции на Россию. Пожилые господа угощали друг друга заграничными сигарами. Те, кто были моложе, больше интересовались породистыми скакунами, которых с раннего утра готовили к скачкам.
После завтрака гости Виктории отправились на импровизированный ипподром. Им были представлены чистокровные, английские жеребцы, доставшиеся ей от покойного мужа. Это был хороший шанс показать их в деле перед запланированными торгами. На содержание огромной конюшни уходило много средств, которые после смерти мужа, Виктория не желала тратить на лошадей, даже несмотря на свою любовь к этим животным.
– Давай! Давай! Давай! – кричал пожилой князь, размахивая смятой в кулаке пачкой банкнот.
Всадники на скакунах с жутким топотом пронеслись мимо лоджии, с которой открывался прекрасный вид на все небольшое поле с беговыми дорожками.
Вовлеченные в азарт, богатые гости Виктории делали ставки и выкладывали немалые суммы.
– Да! Да! Пошел, пошел! – кричал один, второй, третий.
Мужчины в изнеможении ждали исхода очередного забега, в то время как их дамы важно рассматривали в бинокли, скорее, наездников, чем их скакунов.
– Виктория, дорогая! – подойдя к хозяйке, воскликнула пожилая дама, Наталья Андреевна Шумилова.
– Графиня! Когда вы прибыли?
Виктория поспешила обнять ее.
– Только что, – ответила Наталья Андреевна. – Как хороша! Смерть этого ворчливого старика пошла тебе на пользу, – шепнула она на ухо Виктории.
Та улыбнулась.
– Как хорошо, что вы приехали!
– Я не могла не приехать. С тех пор, как ты покинула мой пансион, я ведь почти каждый год навещаю тебя.
– Благодарю, мадам!
– Ты стала еще прекраснее, еще красивее! А ведь тебе уже тридцать три!
– Тише, – оглянувшись по сторонам, шепнула Виктория, и улыбнулась.
– Время не трогает тебя! – продолжала пожилая графиня, любуясь любимой воспитанницей.
– Пока оно благосклонно ко мне.
– Ну что ж, голубушка, у нас еще будет время посплетничать с тобой, – тихо произнесла графиня, и вновь обняв Викторию, шепнула ей на ухо, – хочу знать все о твоем мужчине…
– У меня его нет, – так же тихо, ответила Виктория.
– У герцогини Бопре нет покровителя?! – возмутилась графиня, но потом поняла, что сделала это слишком громко. К счастью Виктории, их никто не услышал. – Никогда не поверю в это.
– Не забывайте, я ведь только что переехала сюда, к тому же совсем недавно стала вдовой.
– Одного не пойму, зачем в такую даль и глушь?
– После смерти мужа было много шума, – тихо ответила Виктория, – поживу здесь годик, пусть все забудется. Сплетники уймутся, – рассуждала она, – а потом, когда «свет» утихнет – вернусь. К тому же воздух и невероятная красота здешних мест пойдут мне только на пользу.
Графиня Шумилова хитро прищурилась.
– Ты должна срочно познакомиться с хозяином соседнего поместья. О, моя милочка, можешь верить мне, он завидный холостяк.
– Граф Долгов? Вы говорите о нем?
– А ты, голубушка, зря время не теряла, да? Ты пригласила его? Хочу посмотреть на этого красивейшего юношу. Последний раз я видела его три года назад, на каком-то важном приеме.
– Пригласила, – ответила Виктория, – но пока его что-то не видно.
– Мммм, я смотрю, и эта старая скупердяйка здесь, – завидев пожилую даму, давнюю знакомую, произнесла Шумилова, – нужно оказать честь. Подойду к ней, поздороваюсь.
– Конечно. Надеюсь на ваше расположение ко мне, – немного приклонив голову, произнесла Виктория, – и покорнейше прошу вас, оставаться у меня сколько вам будет угодно.
Когда-то именно эта властная хозяйка пансиона благородных девиц, сосватала Викторию очень богатому, но увы, уже не молодому герцогу.
Имея много общего, дамы были близки настолько, что могли разговаривать на любые темы. Виктория дорожила дружбой с графиней, имеющей безукоризненную репутацию, а от того и большое уважение в светском обществе. А графиня Шумилова любила Викторию, за ее проницательный ум и женскую хитрость, которые сделали ее одной из видных фигур французского двора.
– Благодарю, – ответила Шумилова, и удалилась.