Татьяна Марченко – Ёшка (страница 21)

– Елизавета Петровна, нам пора, – тут же сказал Владимир Кириллович.

– Останься, – еще раз попросил Иван.

– Не могу.

– Я так долго ждал этой встречи.

– Прости, сын.

– Елизавета Петровна, – прикрикнул Владимир Кириллович.

– До встречи! – поцеловав Ивана в лоб, сказала она и пошла к своему мужу. – Так нельзя, – упрекнула она, поднимаясь по ступенькам экипажа. Владимир Кириллович демонстративно отвернулся.

Первый экипаж тронулся. Иван проводил их взглядом. Когда он увидел красивое и грустное лицо Данты, которое пронеслось мимо, сердце его вновь забилось чаще. А потом, во второй повозке, Иван увидел доброе лицо матери, ее прощальный взгляд. В этот миг он понял, что его жизнь изменилась. Как прежде, уже никогда не будет.

Вскоре вдали растворился шум подков, цокающих о выложенную из камня дорожку, а через несколько минут из вида исчезли и сами повозки.

Иван еще долго стоял у ворот, продолжая смотреть вдаль, туда, где скрылись лихие кони, так быстро умчавшие от него его, как ему казалось, счастье и любовь.

Слуги разошлись по дому, занялись своими делами, приготовлениями к большому приему, который должен состояться этим вечером.

Сразу после отъезда Иван ощутил пустоту. Не стало слышно бесконечных споров братьев, недовольного ворчания отца, неумолкающих обсуждений Анны и Катерины. Не слышно рассказов Анастасии Павловны и доброго смеха матушки. А самое главное, не украшала больше этого дома юная девушка с большими голубыми глазами, чистыми и бездонными, как само небо. Здесь теперь не хватало Данты!

Часть III

Глава I

Дом был наполнен знатными гостями. Шампанское лилось рекой. Повсюду слышался смех женщин и споры мужчин. По гостиной разносилась веселая музыка и статные господа неутомимо кружили прекрасных дам то в вальсе, то в кадрили. К ночи разгулявшиеся гости перешли на мазурку и котильон, где могли позволить себе шуточные игры. Несмотря на то, что на сердце было тяжело и горечь разлуки не могли перебить даже вкусные вина и прекрасные дамы, Иван старался улыбаться.

Среди гостей он видел королеву праздника – Викторию. Едва появившись, она обратила на себя взоры гостей и была в центре внимания весь вечер. Иван сразу узнал в ней ту изысканную даму с перрона. Шлейф уже знакомого парфюма вновь очаровал его. Он узнал в ней ту лихую наездницу, настигнувшую его ночью в лесу. Ее чарующий голос и властный смех он бы не спутал ни с каким другим.

Филипп представил их друг другу, но несмотря на свой интерес к Ивану, Виктория избегала его. Едва граф приближался к ней, герцогиня находила повод, чтобы отдалиться. Несколько раз отказывалась танцевать с ним. С первого взгляда она увидела в нем охотника и сразу поняла, что граф не знает слова «нет», а если ему отказать, он не остановиться пока не добьется своего. А ей хотелось именно этого, чтобы он добивался ее.

Она украдкой наблюдала за ним. Иван нравился ей все больше и больше. Несмотря на то, что он был моложе Виктории на десять лет, этот красивый, смелый и сильный юноша по-настоящему взволновал ее. Даже несмотря на это, она по-прежнему сторонилась его. Ивана забавляло наигранное безразличие Виктории, но быть навязчивым он не хотел. К тому же этой ночью, ему совсем не хотелось быть графом. Чтобы забыться о недавнем расставании, он предпочел настоящий, кипятящий кровь и греющий его свободолюбивую душу праздник, такой, какие бывают среди бедных крестьян.

Иван убедился, что у гостей есть все, что они желают – вкусные угощения, шампанское и развлечения. И когда началось театральное представление, в котором были задействованы гости, что сильно их увлекло, он незаметно ускользнул. Иван снял с себя праздничный сюртук, оставшись в привычных штанах, высоких сапогах и белой рубахе, вскочил на коня и помчался в деревню.

Никто не заметил его отсутствия. Никто, кроме Виктории. Она быстро освободилась от назойливого Филиппа и подозвала к себе Люси. Виктория что-то шепнула ей на ухо и вместе они быстро вышли из главных дверей дома. Их экипаж сразу подъехал.

– Куда направился граф? – спросила Люси у своего кучера. Виктория спешно села в карету.

– Туда, – указав рукой в сторону деревни, ответил извозчик.

– За ним, быстрее, – скомандовала Виктория.

Люси села рядом со своей госпожой. Извозчик прихлестнул лошадей и помчался за Иваном.

В деревне праздник был в самом разгаре. Те, кто постарше, предпочитали застолье. Молодые девушки в нарядных сарафанах, с большими венками из полевых цветов и юноши в расшитых рубахах собрались у костра, у которого под веселую музыку водили хороводы.

Граф въехал в главные ворота, и тут же раздались радостные приветственные крики. Иван спрыгнул с коня, передал поводья в руки Данилы и, улыбаясь, направился к столу.

Крестьяне поднялись и поклонились графу. Он тут же махнул рукой, чтобы все сели.

– Сынок, – обняв его, произнесла Тая, – пойдем к нам.

– С удовольствием, – ответил Иван и сел за стол.

Ему сразу налили вина. Руками, без ножа, вилки и других столовых приборов, он отломил себе кусок зажаренной курицы. Женщины тут же заняли его веселой болтовней. Иван смеялся и дружелюбно общался с крестьянами, но вдруг музыка стихла. Он повернулся в сторону костра и увидел, как к крестьянам, которые играли на разных инструментах подсел какой-то здоровый парень. В руках он держал барабан. Парень сел поудобнее, и застучал по нему. Музыканты подхватили ритм и стали подыгрывать. С первых звуков, Иван услышал какую-то незнакомую, загадочную и пленяющую мелодию. Все стояли возле костра, но никто не танцевал. Ивану стало интересно, что там происходит. К этому времени музыка становилась все быстрее, энергичнее. Она отзывалась в какой-то дикой части его души. Она словно призывала высвободится, и ему захотелось танцевать под эти ритмы.

В голове почему-то промелькнули мысли о той девушке на дороге, потом вспомнилась беглянка на другой стороне озера. Слова деревенских о ведьме и вновь молодая девушка, теперь уже в доме у Таи, и ее браслет из черных бусин на руке.

Иван подошел к толпе и стал пробираться сквозь нее. Он понял, что началась игра. Молодой парень выбрал девушку и надел ей на шею сплетенный из цветов венок. Такой же венок девушка надела на другого паренька, стоявшего рядом с Иваном. Те, на ком надеты эти венки, должны был выйти из хоровода и танцевать в кругу.

Хоровод снова закружил. Иван увидел, как под неистовые звуки барабанов и других инструментов в круг вышла выбранная девушка в длинном сарафане и цветочным венком на шее. Она была гибкая и двигалась плавно, как вода. Стройная, дерзкая и жгучая, как сам огонь, у которого она танцевала. Подходя к костру близко, она не боялась обжечься, и словно сливалась с языками пламени. Под расстегнутыми пуговицами на сарафане девушки блестела мокрая грудь. В разрезах длинной юбки выступали сильные бедра.

Парень весело рванул в круг, но тут же могучая рука Ивана остановила его. Он повернул паренька к себе и, быстро сняв с его шеи венок, надел его на себя. Парнишка покорно поклонился графу и вклинился в хоровод, а Иван сделал шаг в сторону девушки и замер, наблюдая за ней. Ее страстный танец возбуждал и обжигал сильнее огня, что горел, освещая ее тело. Она не была похожа ни на одну из деревенских девушек. Она была другая. Когда она подняла обе руки вверх, Иван увидел тот самый маленький, браслет из черных бусин.

– Ёшка! – громким шепотом, восторженным, из самой глубины своих тайных желаний, произнес Иван.

Его шепот разнесся страстным эхом, и Ёшка услышала его, но не ушами, а каждой частичкой своего горячего тела. Она резко оглянулась в его сторону. Длинные, густые волосы разлетелись и легли ей на плечи и грудь. Зоркие, черные глаза вонзились в Ивана, коварная улыбка скользнула по пухлым губам, она была рада видеть его здесь.

Как околдованный, Иван перестал видеть и слышать, все вокруг. Казалось, что под чарами девушки их все перестали видеть. Хоровод кружил все быстрее и быстрее, повсюду слышался смех. Но Ивану казалось, что у костра остались только одни они.

Не сводя глаз с девушки, Иван медленно пошел к ней. Чем ближе становились их тела, тем жарче и волнительнее было им обоим. Даже когда Иван находился на расстоянии вытянутой руки, Ёшка продолжала исполнять свой страстный танец, который был уже только для него одного. Они смотрели друг на друга, наконец, их тела соприкоснулись, и Иван не выдержал и дотронулся сначала до ее плеч, потом его напряженные руки скользнули вниз по ее рукам. Иван тихо сглотнул сухим горлом и обнял Ёшку. Страсть брала свое, им обоим было этого мало. Иван властно притянул ее гибкое тело к себе и, прижавшись к ней, сразу почувствовал ее упругий живот и грудь. Наконец-то он выдохнул. Именно этого он желал. Иван почувствовал, как ему хорошо сейчас. Голова кружилась не от выпитого вина, а от чувств и желания переполнявших его. Становясь словно единое целое, они танцевали у всех на глазах, не стесняясь, и не скрывая вспыхнувшей страсти друг к другу. Иван был безумен, но именно в этот момент он испытал истинное наслаждение.

Карета Виктории остановилась у въезда в деревню. Никто не обратил на нее внимания. Виктория открыла дверцу и, ступив на подножку, поднялась чтобы увидеть, что же там происходило. Едва поднявшись, она застыла от неожиданности. Она увидела Ивана и красивую девушку в середине круга. Как сплетались их руки, как прекрасен был их танец, как он возбуждал и манил.