Татьяна Марченко – Ёшка (страница 13)

– Послушай, Иван, то, что ему осталось совсем не много знают все, и даже он сам. Именно поэтому, он хочет, чтобы мы были вместе.

– Андрей, зачем вы пытаетесь так сильно наказать меня? Зачем вы так меня обманываете? Ведь он и видеть меня не хочет. Это все вы с Николаем. Что вы придумали на этот раз, я не знаю, но вам нужны деньги, а не моя братская любовь, – с болью в голосе произнес Иван, – как можете вы так поступать со мной? Вы едете так далеко спустя столько лет, чтобы еще раз сделать мне больно? Почему просто не попросите?

Откровенность Ивана не знала предела. Он давно забыл свои детские обиды, но встреча с братьями заставила его вспомнить все.

Андрей не был готов к такому разговору. Им с братом казалось, что они продумали все: как они приедут к Ивану и тот встретит их с распростертыми объятиями, и будет рад тому, что семья снова воссоединилась. И им не составит труда уговорить брата выполнить волю отца. Но Иван был не из робкого десятка, наверное, именно потому в свои двадцать три он добился больших успехов.

Андрей выдержал паузу, в нем кипела злость, он не мог совладать с эмоциями.

– Ты слишком удачлив, Иван, – вдруг ответил Андрей с завистью.

– Отцепись от отцовских штанов и ты тоже найдешь свое счастье.

– Наш титул – это все, что у нас с Николаем есть, – с досадой вскрикнул Андрей, – Ты же намного моложе нас, а у тебя уже есть все, что наш отец копил годами.

– Я готов… поделиться с вами всем, что у меня есть, – уже спокойно продолжал Иван, – взамен я прошу лишь не ненавидеть меня так сильно…

– Я помню, в детстве мама всегда выделяла тебя среди нас. Я помню, как на тебя смотрели наши служанки. Мне всегда было интересно, за что женщины так любили тебя!?

– Разве ты был обделен любовью нашей матери? Или ты помнишь всех наших служанок?

– Прошло много лет, – будто не слыша, продолжал Андрей, – и мы видим тебя богатого и успешного…

– Мне жаль, мой брат. Вас с Николаем.

– Пожалей себя. Ты один!

– У меня еще все впереди. Позже ты поймешь это.

– Отец никогда не благословит тебя. Твое «царство» не будет длиться вечно, когда-нибудь к тебе, Иван, придет горе, и тогда я приеду, чтобы посмотреть, как сломается твое самолюбие.

– От чего вы так слепы? – удивлялся Иван, – Андрей, у вас с Николаем есть все для того, чтобы начать самостоятельную жизнь. Вы найдете свое счастье, когда станете независимы от отца.

– Наше с Николаем положение намного хуже, чем думает наш отец, – вдруг признался Андрей. Он быстро поднялся со стула, сунул обе руки в карманы и стал ходить туда-сюда. Правда, в которой ему пришлось признаться, злила и унижала его одновременно.

– От чего так вышло?

– Это долгая история. Наверное, когда-нибудь я обязательно покаюсь перед тобой, – ответил Андрей и хотел уйти, но Иван окликнул его.

– Андрей!

Андрей остановился и повернулся к брату. Мысль о том, что братья стали заложниками их сложившегося материального положения, не укладывалась у Ивана в голове.

– Вы должны жениться по любви.

– Политика и любовь не совместимы, – с грустью ответил Андрей.

– Я помогу.

Андрею нечего было ответить. Поражаясь спокойствию и великодушию Ивана, он молча вышел из комнаты. Дворецкий открыл дверь и проводил его взглядом.

После ухода Андрея, Иван остался сидеть за столом, но есть ему уже не хотелось, а когда быстрые шаги брата утихли в гостиной, тот зверь, что рвал и метал в душе Ивана, вырвался наружу. Он со злостью ударил по столовым приборам, лежавшим перед ним. Раздался лязг ложек и вилок и звон битого хрусталя, а по ладони стекла тонкая струйка крови.

Глава V

По дороге, лежащей через лес, промчался всадник. Он уверенно поворачивал своего коня на нужные тропы, словно бывал в этих местах много раз. На дорожной развилке в поместья Ивана и соседнее незнакомец повернул в сторону усадьбы герцогини Виктории и поскакал так, будто боялся не успеть.

У ворот его сразу впустили. Он подъехал к дому, быстро спешился и почти бегом поднялся по ступенькам к двери.

Войдя в дом, он скинул с себя плащ и перчатки. Дворецкий тут же унес их. Мужчина осмотрелся вокруг и направился к лестнице. Едва ступив на нее, он почувствовал на себе чей-то взгляд. Гость поднял голову и увидел Викторию.

– Ты? – удивилась она.

– Думала, что я тебя не найду?

На вид ему было около сорока. Высокий мужчина с глубокими черными глазами бегло осмотрелся. Убедившись, что они в гостиной одни, улыбнулся. Статный, с важной выправкой, он был довольно привлекательной наружности. Гладко-зачесанные черные волосы были аккуратно собраны в хвост. Над правой бровью блестел шрам, и это делало его лицо суровым. Граф, Филипп Яковлевич, пользовался популярностью при дворе, особенно у женщин, но ему нужна была только Виктория.

– Молчишь? Милая, тебя так трудно удивить. Неужели это все же произошло? – поднимаясь вверх по лестнице, с наигранной иронией спросил Филипп.

Он приблизился к испуганной Виктории и обнял ее за талию. Она уже немного расслабилась, но в этот момент Филипп с силой сжал свои руки.

– Удивлена? – прикрикнул он.

– Немного, – тяжело выдохнула Виктория.

Филипп наклонился к ней, чтобы поцеловать, но Виктория отвернулась. Он удивленно заглянул ей в лицо.

– Что не так?

– В доме полно гостей. Нас могут услышать.

– Я знаю, что все они размещены в гостевом доме, – ответил Филипп, – в этом огромном доме, ты одна!

Филипп некоторое время смотрел ей в глаза, потом хитро улыбнулся. Его руки скользнули вверх по ее спине и в следующую секунду он что есть силы вцепился в ее платье, рванул и оно разошлось на две половины, до самой юбки. С губ Виктории сорвался тихий стон. Филипп повалил ее на лестницу, грубо сдернул расползшейся корсет, заломил руки, жадно целовал грудь. Виктория отворачивалась и изредка стонала, от его грубых движений. Она стиснула зубы, чтобы не закричать, не привлечь внимание гостей и не разозлить Филиппа еще больше.

Утром, она проснулась одна. В спальню тихо пробралась Люси.

– Уже не спишь? – спросила она тихим шепотом.

– Нет.

Люси прошла к окну и открыла занавески. Яркое солнце осветило комнату. Виктория закрылась от его света рукой.

– Который час?

– Без четверти десять. Как хорошо, что ты живешь в этом отдельном доме, – сказала Люси, – вчера вас никто не слышал.

Девушка искренне сочувствовала своей хозяйке. Она подошла к кровати и села на край. Виктория одобрительно подобрала одеяло, уступая ей место.

– Как он узнал, что я вернулась в Россию? Что поселилась здесь?

– В России, он влиятельнее тебя. Но мы найдем способ, как присмирить его.

– Да, здесь я гостья, – сожалела Виктория, – общество любит мои приемы, а не проблемы.

– Я тут поспрашивала, – зашептала Люси, – плохи его дела. Филиппу нужны деньги, – говорят, что он крупно проигрался в карты.

– Это точно?

– Точно! А самое главное – кому? Какому-то молодому графу. И совсем недавно.

– Какому графу, Люси? – нервно переспросила Виктория.

– Не узнала. Знаю только, что деньги очень большие, и Филипп подумывает расстаться со своим имением в Москве.

– Дааа?! – протянула Виктория, – значит, деньги действительно большие.

– Еще княгиня Литовская сказала, что выплатит за него этот долг, если он женится на ней, – хихикнула Люси.

– Пусть бы женился. А где он сам?

– Филипп? С утра ездил в соседнее имение, кучер доложил. По-моему, они с молодым графом знакомы. Может, он хочет занять денег у него?

– Говоришь, поехал к графу по соседству? – переспросила Виктория с хитрой улыбкой на лице. Она встала с постели. Люси тут же засуетилась, подавая ей пеньюар.

– Не надо, – Виктория подошла к окну своей спальни и посмотрела в сторону соседнего поместья, – платье подавай!

Глава VI