Татьяна Любимая – Всё непросто, или Малыш от первого встречного (страница 6)

Слышать это от отца моего ребенка больно и обидно.

Он за кого меня принимает?

Поворачиваю голову так, чтобы встретиться с ним взглядом. Разглядываю вблизи, ища хоть какое–нибудь несовершенство.

Красивый мужик.

Темные волнистые волосы, мужественное красивое лицо, насмешливый взгляд шоколадных глаз с озорными лучиками–морщинками. Торс… мм! Широкие плечи, сильные руки, мощная спина, твердые кубики на прессе, упругие ягодицы и длинные ноги.

Это все я трогала, щупала, пробовала на вкус, принимала, наслаждалась. И мне понравилось!

Отличный генофонд.

Но сейчас я разочарована. Очень.

В первую очередь тем, что Азанов ведет себя так, будто ничего не было.

Во вторую… Я читала эсэмэски в его телефоне! У него таких как я – десяток, а то и больше. Скорее всего не беременных, но кто их знает. Может уже и готовые дети где–то есть.

А в третью… жениться на слабо – последнее, что я могла от него ожидать. Даже не так – вообще не ожидала.

Симпатия, которую я до сего момента питала к отцу моего будущего ребенка, исчезла в одно мгновение. Надежда, что у нас могло бы что–то получиться, пропала. Я будто прозрела и протрезвела. Флер от совершенства рассеялся.

И я вдруг снова злюсь – на себя, на Женю, на его друзей. Заигрались все!

От меня ждут ответа.

– Я согласна. Но на моих условиях.

6. Юля

Ответ родился спонтанно. Ляпнула не подумав, но на этот момент показалось логичным, что разведенкой быть лучше, чем матерью–одиночкой без штампа в паспорте.

– Я согласна. Но на моих условиях. Женимся сроком на один год, и ты признаешь моего ребенка, которого я жду, – говорю тихо, чтобы слышал только Азанов.

Взгляд цвета молочного шоколада поменялся с насмешливого на неверящий и даже ошарашенный, скользнул вниз, под воду, туда, где живот.

Мужчина отпрянул назад, потом подался вперед, вперив потемневший взгляд в мои глаза.

– Чей ребенок? – перекосились красивые губы.

Твой! – хочется крикнуть ему в лицо. Но гордость, злость и обида говорят за меня, глуша разум.

И я просто молчу, практически не моргая. Не дурак поди, сам догадается.

За нами внимательно наблюдают наши друзья. Ждут развития каши, что сами заварили, благо не слышат наш разговор.

А я не могу отвести глаз от отца моего будущего ребенка. Ловлю каждую эмоцию. Пытаюсь прочитать мысли. И снова разочаровываюсь. Не нужны ему серьезные отношения. И ребенок тоже.

Не хочу женить его на себе насильно, привязывать малышом. Хочу по любви. Но ее между нами нет. Для Азанова я – мимолетное увлечение. Одноразовая девушка.

И дети в его планы явно не входят в ближайшие годы.

Пусть откажется сейчас.

Я переживу. Рожу ребеночка для себя. Материнский инстинкт проснулся еще с рождением крестницы, только я своего принца ждала, чтобы познать радость материнства, а его все не было и не было. А теперь есть беременность от первого встречного. Благо, красавчик и отличный генофонд.

– Так, ребята, мы на минуточку, – Женя грубо схватил меня за запястье, поволок из бассейна, шлепая босыми ногами по полу, забыв о тапочках и не дав надеть мне мои.

– Куда? Да тише ты! Пол мокрый, скользко! – дергаю рукой, пытаясь вырваться, но хватка крепкая. И мне ничего не остается, как смотреть себе под ноги, чтобы не навернуться на мокром полу, затем на лестнице, что ведет на второй этаж, где есть комнаты отдыха.

Азанов толкнул первую попавшуюся дверь. Конечно же, она пустая, потому что все отмечающие девичник–мальчишник внизу.

– Давай сюда, – бесцеремонно подтолкнул меня в спину, заставляя зайти первой.

Комната маленькая, отделана под дерево. Тут только большая кровать, застеленная белоснежным бельем, небольшое окно с плотными темно–серыми шторами, журнальный столик. На полу ковер с мягким ворсом. Уютный теплый свет от бра в виде свеч на стене. Романтично.

Только мне не до романтики. И Азанову тоже.

Дверь захлопнулась громко, я от неожиданности вздрогнула, развернулась на сто восемьдесят градусов. Что он задумал?

Щелкнул замок.

– Что за дичь я сегодня услышал, Юля? – прорычал Женя, сделав шаг ко мне.

Я – шаг назад.

Нервы сдают. Капельки воды, остывая, скатываются по телу, прямо в ковер. Переступаю с ноги на ноги, чувствуя себя уязвимо наедине с недружелюбно настроенным Азановым. Но подбородок держу гордо задранным.

– Где, какую? – наивно захлопала ресницами.

Ну мало ли, может быть, кто–то ему про нашествие инопланетян наговорил, а он у меня отчета требует.

– Какой нафиг ребенок? – еще шаг ко мне.

– А–а. Ты об этом, – отступила тоже. – Мой ребенок. Я беременна. От тебя.

– Врешь! – Азанов порывался сделать еще шаг, даже подался своим красивым накачанным телом вперед, но будто наткнулся на невидимую стену, остался на месте. Пригладил сосульки из мокрых волос, откинув их пятерней назад.

– Думай что хочешь, – проследила за его нервным движением, полюбовалась игрой мышц, капелькам воды, что стекают по великолепному телу вниз.

– Мы же предохранялись!

«Нет! Нет! Нет! Этого не может быть!» – мне кажется, я слышу его панические мысли. Они схожи с моими, когда я увидела на тесте две полоски.

Сцепила пальцы в замок, чтобы не показывать тремор.

– Ты же взрослый мужчина, должен знать, что стопроцентной гарантии от беременности не существует.

Мне тоже жаль, что так получилось. Не планировала я беременеть сейчас. Но в процессе принимали участие двое, утаивать считаю неправильным. В конце концов, я ни на что не претендую и не надеюсь.

Женя сел на край кровати. Поставил локти на широко раздвинутые колени, зарылся пальцами в волосы, проскользил ими по лицу вниз, выдав при этом стон отчаяния.

– Какой срок? – поднял на меня потухший взгляд.

Если учесть, что у меня до Азанова не было мужчины полгода, и после – тоже, то ровно два с половиной месяца.

– Ладно, не важно, – не стал загибать пальцы. – Сколько тебе нужно денег… чтобы решить проблему?

Встряхнула головой, пытаясь осознать прозвучавшие слова. Он что, хочет… убить собственного ребенка?

Все. Теперь не просто разочарование, а мерзость какая–то.

Поежилась от желания стряхнуть с себя грязь. Обхватила себя за плечи, чтобы согреться. В комнате стало как–то резко холодно. Кожа покрылась пупырышками, волоски на предплечьях встали дыбом.

– Женя, – с горечью усмехнулась, – ты расслабься, мне от тебя ничего не нужно – ни денег, ни брака. Я просто хотела, чтоб ты знал о ребенке. Но вижу, информация тебя не порадовала. Извини, «моя проблема» – выделяю голосом, – только моя и тебя никак не касается.

А чего я ждала? На что надеялась? Такой вариант я тоже предполагала, но все равно обидно до жути.

Не могу больше оставаться рядом с этим… даже слово сложно подобрать. Звание мужчины он не заслуживает.

Хочу уйти, но Азанов подскочил с кровати, преградил путь почти полностью обнаженным телом. Близость которого вопреки физике не согревает, а наоборот, холодит сильнее.

– Нет, подожди, – зло сверкнули глаза цвета молочного шоколада.

7. Юля

– Нет, подожди, – зло сверкнули глаза цвета молочного шоколада, затрепетали ноздри, зубы обнажились в зверином оскале. – Я не верю, что ты залетела случайно. Заранее все спланировала, да? Пункт первый – соблазнить лошка, – начал загибать пальцы прямо перед моим лицом. Те самые, что однажды ночью виртуозно ласкали меня в самых интимных местах, – Пункт второй – в койку затащить, третий – забеременеть, а потом предъявить, что ждешь ребенка?