Татьяна Луковская – Наследница врага (страница 31)
- Выбор как-то невелик, - Кароль снова собирался умирать.
Глава VII. Кароль и София?
Людское море волновалось, переливаясь войлочными шапками и цветастыми платками. Народ со всех окрестностей собрался, чтобы посмотреть на пробный запуск диковинной мельницы. Самые отчаянные зеваки подступились вплотную к озерной кромке, не замечая промокших носов сапог, ловкие мальчишки заняли лучшие места на ветках плакучих ив. В воздухе приятно пахло свежей стружкой. Объект общего внимания, огромное деревянное колесо, вгрызалось в развороченную скалу, поражая внушительными размерами. Водопад огибал его по временным деревянным желобам, взбивая воду в облако мелких брызг.
Работники ждали сигнала.
- Можно начинать, - подсказал Софии Любош.
Молоденькая княгиня, перекрестившись, достала из-за пояса белый кружевной платок и широко махнула им над головой.
Сильные мужские руки дернули веревки, срывая затвор. Вода оглушительным потоком ударила в лопасти колеса, оно жалобно скрипнуло, охнуло и медленно поползло в неторопливом вращении.
- Работает? Работает. Ра-бо-та-ет!..
Мельники, смолов прошлогоднее зерно, вынесли первую горсть муки на серебряном блюде и подали с поклоном княгине Каменецкой. София пальчиками потрогала белую горку, посмотрела на свет и передала блюдо городовому Ивлицы, тот оценив помол, передал сельским старостам, те деловито закивали.
- Через пару месяцев новый урожай будем молоть, - сиял Любош, наблюдая за мерными движениями колеса. – Все получилось, госпожа.
- Да, получилось, - немного отстраненно пожала плечами София.
- Отчего же печалится наша ясновельможная пани? Я ведь песок стекольный таки нашел, за Лычками карьер, и… - управляющий склонился к уху хозяйки, - с мастерских Зарунского есть один подмастерик, готов перебежать. Думаю, надо брать.
- Так средств же нет? – повела бровью София.
- Ну, я вдовец, одинок, у меня есть кое-какие сбережения. Я готов…
- Послушай, пан Любош, - понизила голос и хозяйка, - я уеду скоро к мужу, ты это знаешь. Здесь будут другие хозяева.
- Так что ж другим хозяевам стекольные мастерские не пригодятся? – управляющий хорохорился, но сникший взгляд его выдавал.
- Знаешь, я подпишу на тебя дарственную на этот карьер. Мастерские будут твоими. Это наш с Каролем… с князем Каменецким прощальный подарок, - София ласково улыбнулась.
- Спасибо, госпожа, но я не шляхтич, землей не имею права владеть, - смущенно развел руками Любош.
- Кароль - князь, и может тебе на своих землях пожаловать шляхетство. Он подписал грамоту, она в моих покоях. Я и свою составлю, если беглого хозяина грамота вдруг не подойдет для королевского суда, хотела подарить тебе землю пастбищ, но карьер, наверное, лучше?
- Конечно, лучше. Спасибо, госпожа. Пожалуй, стоит на старости лет снова жениться, чтобы было кому передать, - подбоченился управляющий, подбирая дородный живот.
- Ты еще не стар, женись, - подмигнула София.
- Очень жаль, что вы уезжаете. Такую хозяйку мы давно ждали.
- Я все решила, жена рядом с мужем должна быть.
- Это да, это да, но все равно жаль.
Ну почему вся жизнь не может быть такой, как те самые счастливые три весенних дня? Любимый муж рядом, детки здоровенькие, хорошие и исполнительные слуги, красивый и надежный замок, земли, где можно развернуться. Почему так не может быть всегда?! София задумчиво ехала в карете, перед глазами мелькали: ее поля, ее луга, ее ручей, лес, горы. Пока ее. «Я хочу быть с Каролем, я готова жить с ним даже в шатре, но все равно грустно. И эта мельница. Пройдут годы, и местные, возможно, будут говорить: «Была тут у нас одна княгинька, уж и не помним, как ее там, бишь, звали, всего-то ничего нами владела, так это она меленку велела построить». А может и забудут… да точно забудут. Кто я такая, чтобы меня помнить?.. А как там будет на новом месте, в разоренной стране? Крестьяне по осени налог заплатят, деньги нужно будет припрятать. Не все конечно, стыдно новым хозяевам разоренные земли отдавать. Пусть знают, что Каменецкие разумными владетелями были».
На широком лугу мирно паслись ее лохматые коренасты лошадки. Пастухи расслаблено валялись в траве, ходить за неспешными основательными животными – одно удовольствие. Увидев хозяйскую карету, бородатые дядьки, однако, резво поднялись, торопливо кланяясь. «И пару, нет, лучше четырех тяжеловозов с собой тоже надо прихватить, по замерзшему болоту, думаю, перегоним, не помешают». София повеселела. «Везде жить можно, и там приспособимся. А вот рожать теперь зимой придется, народившегося в шатер нельзя, да и девочки еще малы, вдруг застудятся. Домик где-то прикупить нужно».
Сомнений не было, она опять брюхата. Было и радостно, и тревожно. И как у них с Каролем так быстро все время получается? Вон король Игнац жен не успевает менять, чтобы наследничком обзавестись. А тут и подождать с потомством можно было бы немного, так нет же – вот вам еще одна лялька. И Иванки нет рукой поводить - узнать кто, но и без старой ведуньи София чувствовала – это мальчик. Почему? Объяснить она не могла, мальчонка, и все тут.
У стен замка она увидела два десятка вооруженных всадников и заволновалась. Кто такие? Что им нужно? Охрана княгини потянулась к саблям.
«В замке есть ратные люди, придут на помощь, чего я беспокоюсь?» – успокаивала себя София.
Незнакомые воины в знак миролюбия были без шлемов и с притороченными к седлам щитами, значит атаки не готовят. А самый здоровый из них – это же Коломан Гринецкий! Ему что здесь надо? Только этого не хватало. София нервно прикусила губу.
Увидев хозяйку замка, Коломан спешился, так же поступили и его люди. Нападать на этот раз он не будет. А ведь София его узнала, «медведь» - главарь лесной шайки, от которого ее спас Кароль. Сомнений не было, вон и оплечье выпрямлено кузнецами, но следы пролома от палаша Каменецкого до конца сгладить не удалось. Точно он.
- Приветствую вас, ясноглазая пани, - пробасил медведь.
- Странно, что вы встречаете меня у ворот моего замка, а не устроили засаду где-нибудь в лесу, как вам привычнее, - холодно улыбнулась София.
- Нет необходимости, - без всякого смущения ответил Коломан. – Я свататься приехал, ясноглазая пани.
- Так я вам с порога отказываю, можете ехать обратно.
Отряд Коломана, к досаде Софии, загораживал ворота, проехать с гордым видом мимо не получалось.
- Ах, ты ж - козочка какая, - ничуть не обиделся здоровяк. – Глупо посреди луга разговаривать, и невежливо перед носом гостя двери захлопывать.
- Невежливо с саблями на голо брюхатых баб в лесу пугать, - огрызнулась София.
- Ну, пошутил малость. Хотел вас выкрасть, чтобы княжество Каменецкое быстрее к рукам прибрать. Так теперь оно и так моим станет.
- Не станет! - София почувствовала, как внутри просыпается гнев.
- Советую вам меня впустить. Король вас отдал мне, вопрос о браке уже решен, надо обсудить свадьбу.
- Врете, вы в опале. Всем это известно, - барахталась София, хотя уже знала каким будет ответ.
- До вашей глуши слухи доходят слишком медленно. Я полностью оправдан, да и королева Стефания, как выяснилось, никуда не убегала, ее труп нашли в колодце. Впускаете?
«Труп королевы? Королева убита? Что там вообще происходит?» - София почувствовала легкое кружение.
- Так впускаете? – с ухмылкой повторил свой вопрос Коломан.
- Да, въезжайте, - сдалась София.
«Нужно все выведать и обдумать».
Коломан Гринецкий развалился в кресле, потягивая принесенное слугой вино. Его маленькие глазки неотрывно следили за хозяйкой.
- Так что же королева? Нашли убийц? – взволнованно спросила София.
- Нет. А ты без пуза очень даже ничего, сладенькая.
«Ошибаешься, урод, очень даже с пузом, брюхатая, от своего любимого мужа!»
- И что король вас не заподозрил в убийстве? – спросила она, скрестив с нахалом взгляд.
- Меня? Мне зачем эту дуру убивать? – Коломан отхлебнул из серебряного кубка. – А почему у вас нет стекольной посуды мастерских Зарунского? Столичные пани на стекле помешались, скупают все прямо от печей.
- Я не столичная пани.
«Еще посуды Зарунского мне не хватало, меня от одного его имени тошнит!»
- Зря, искусная работа.
- А королева? – подсказала София.
- Далась вам эта королева. Какой-то клеветник заявил, что видел, как я помогал Стефании бежать к любовнику. Я оправдывался, как мог, но Игнац не поверил, хорошо не велел голову снести, ну я бы свою жизнь за дешево не отдал бы, - Коломан хвастливо выпятил губу. - И только недавно с того берега на отдых от войск вернулся Радек, у ладов там затишье сейчас, себе господаря собрались выбирать. Так вот, он вспомнил, что в то время, когда пропала королева, я пьянствовал в его имении.
«Опять Радек. Верткий петушок все время появляется там, где надо», - какие-то неясные мысли забродили в голове Софии.
- А вы действительно пьянствовали в его имении?
- Я действительно не причастен к убийству Стефании, думаю этого достаточно, а верные друзья еще не перевелись. Игнацу нужна помощь, он, пока на севере остановлена Ладская война, собирает в горы большую армию, чтобы изловить братца Матея. Я охотно выставлю своих людей на поиски этого прыща на королевской заднице, но взамен я попросил вас и Ивлицу-Каменецкую. Этот старый греховодник упирался, вы ему понравились, он и сам хотел оприходовать такую резвую козочку, но уж больно хворает, не потянет уже, - Коломан раскатисто рассмеялся. Софии показалось, что от его мощного смеха жалобно скрипнули ставни.