Татьяна Луганцева – Бесплатный сыр для второй мышки (страница 7)

– Ничего страшного, в госпитализации она не нуждается, – сказал врач Даниле. – Может осипнуть голос на несколько дней, если вдохнула горячий воздух. И ожог руки первой степени. Хорошо, что она упала на землю, поэтому огонь ее почти не задел, он как-то сразу верхом пошел. А вот у вас на плече ожог посерьезней. Опять же руки, щека… Вам бы в больничку.

– Не поеду. Со мной всё в порядке. Выпишите лекарства, мази, что надо, – отказался от помощи Данила.

Площадку перед рестораном залили пеной. На самом деле повреждения были не очень существенные. Здание ресторана устояло полностью, фактически и задето не было. А пена, выпущенная из брандспойтов пожарных, стекала по деревянным стенам здания, словно после обычного дождя. Сильно пострадала только веранда.

Яна, получив первую медицинскую помощь, вылезла из кареты «скорой» и рассказывала полицейскому:

– Жарила яичницу на электрической плитке за углом веранды. И я даже до сих пор не пойму, что произошло. Это было очень внезапно и очень ярко… Вспыхнула плитка, ну, прямо взорвалась, и огонь полыхнул, ослепил меня. Я отшатнулась, упала. Моргнуть не успела, как уже всё загорелось. Кажется, потеряла сознание. А потом меня вытащил из огня вот он… – указала на Данилу Яна. – Я была полностью дезориентирована и сама бы не спаслась. К тому же меня взрывом оглушило. Да и боюсь я огня… Да и кто не боится?

Впрочем, многие, наверное, в подобной ситуации тоже бы несли всякий бред без остановки.

– По предварительному заключению причина возгорания была в неисправной проводке. Короткое замыкание. А тут и веранда вся в лаке… Но у меня один вопрос… – Полицейский взглянул на Яну очень внимательно. – Почему вы сами жарили яичницу? Насколько я понимаю, вы не являетесь сотрудницей данного предприятия общественного питания?

Интересный, конечно, вопрос и, главное, по сути правильный. Яна на секунду замешкалась.

– Это я… – подал голос Данила.

Но Яна прервала его:

– Моя личная инициатива. Мне всё время не нравилось, какую яичницу мне приносили. Решила приготовить ее сама. Показать, так сказать, мастер-класс. То, что плитка неисправна, я не знала. Никто не знал! Несчастный случай.

– Ладно… Криминала здесь нет, – подвел итог полицейский. – Вы нанесли вред имуществу. Сами разберетесь или через суд. Мы свое заключение, если что, предоставим. Да и пострадавших, кроме вас двоих, нет…

Когда он отошел, Яна, с помощью Данилы, поднялась на ноги, которые почему-то ослабли в коленях и жутко тряслись. Ася поддерживала ее под дрожащую руку.

– Нормально посидели, – сказала Яна.

Ася даже улыбнулась:

– А с тобой разве бывает по-другому когда-нибудь? Ты словно притягиваешь все беды, как магнит.

Данила повернулся к Яне.

– Скажи, а как тебя зовут? – спросил он. – С кем я полыхал в пламени страсти?

Яна хихикнула.

– Яна Карловна.

– Нормально… Я вот, что, Карловна… Спасибо, что сказала… Что сама виновата… Готов ответить. Не прощу себе… – опустил голову Данила.

– Ничего… Сам подвел меня под горящий монастырь, сам и вытащил, – ответила Цветкова. – Обнулились… Но было страшно. Самая громкая и яркая яичница в моей жизни. Век больше в рот не возьму, честное слово. Сколько я должна за ремонт веранды?

Данила сказал спокойно:

– У меня страховка. Можешь не беспокоиться. Плитка – моя, проводка – моя… Ты тут при чем?

– И всё-таки я чувствую себя виноватой. Я первая начала скандалить, придираться…

– Ребята, остановитесь! Вы друг друга стоите. Сейчас слово за слово, и начнется второй пожар! Яна, пошли! – потащила за собой подругу Ася.

– С удовольствием! Я в этот отстойник ни ногой! Плохо, что всё не взлетело на воздух!

– Я тоже рад знакомству! Надеюсь, что больше не увидимся! – помахал рукой Данила. – Мне еще крышу чинить. Поджигательница!

– Нахал!

– Хамка!..

Яна и Ася, обходя тлеющие угольки, направились к гостинице.

– Слушай, Аська, – сказала Яна. – Я голодная как волк. Ведь я так ничего и не поела.

– А не надо было к персоналу со своей дурацкой яичницей приставать! Вечно ты влипаешь в разные истории. Вот смотри… – Ася увидела невдалеке какое-то строение. – Кажется, магазин. Пошли быстрее… Может, успеем купить хлеба, сыра и пакет молока. До утра я без еды не дотяну…

И подруги прибавили шагу.

Глава третья

Яна и Ася подошли к «отелю». Дверь оказалась запертой. Яна постучала раз, второй – никакого результата. Она сняла туфлю и стала колошматить изо всех сил, которые у нее еще оставались.

Послышались шаркающие шаги, ворчание, и дверь приоткрылась.

– Чего надо? – спросила сонная тётка далеко за пятьдесят.

– Мы постояльцы, – вежливо ответила Ася.

– И чего молотите в дверь?

– Так закрыто! Звонка нет, – здраво пояснила Ася. Она немного отодвинула Яну плечом, боясь, чтобы та и здесь не ляпнула чего лишнего.

– И что? – сладко зевнула женщина, зябко поёжившись под пуховым платком, накинутым на плечи.

– Так… отель. Мы заселиться хотим, – пояснила Ася, пытаясь улыбнуться.

– Мало ли, кто чего хочет, – вздохнула тётка. – Местов нету!

– Как нет?! – ахнула Ася. – А как же?.. А кто же?..

– А так вот… Бывает! У меня всего номеров-то – пять. Два заселены. А в трех ремонт идет – залило, трубу прорвало.

– А куда же нам? Мы приехали издалека. Может, поселите в номер, где ремонт?.. – неуверенно предложила Ася.

– На полу лягите? Там даже мебель вынесена вся. Это исключено. Жильцов я тоже ради вас не выкину. Не мое дело, куды вы денетесь. Идите откуда пришли!

И тётка попыталась решительно захлопнуть дверь.

Но Ася подставила ногу.

– Подождите! Как же так?

– Скажите, а гражданин Старостин Илья Евгеньевич у вас остановился? – вдруг возникла Яна, словно намереваясь заселиться к гражданину в номер.

Ася сразу поняла, что именно с этим человеком им и предстояло встретиться.

– А на каком основании я должна вам давать такие сведения? – «включила начальницу» женщина.

– Он тоже приезжий. Гостиница ваша единственная в городе, он должен жить у вас.

Тётка открыла рот, чтобы послать приезжих нахалок подальше, но Яна ловким движением руки махнула у нее перед носом пятитысячной купюрой и сунула ее тётке в карман байкового халата.

– Чегой-то? – опешила тётка.

– Вы не стесняйтесь, берите, – мило улыбнулась Яна.

– Что? За мужем следишь, что ли? А он по отелям с бабами шатается? Нам тут скандалы не нужны. – Тётка внимательно присмотрелась к Яне. – И чего ты вся в копоти-то? Гарью от тебя несёт. Тьфу, словно дьяволица… Ладно! Проявлю женскую солидарность. Нету у нас тут таких…

– А если появится, можете сообщить? – протянула Яна свою визитку и еще пять тысяч.

– Ладно, позвоню, – смилостивилась тётка, ловко сцапав бумажку. – Но простите, девки, вас, действительно, селить некуда. Не взыщите.

– Нам сказали, что у вас есть ресторан. Есть очень хочется. С утра не ели… – сделала жалобную мину Яна.

– Ресторан! Скажешь тоже! Так… кафешка с уклоном на выпивку, – махнула рукой тётка. – Типа бар…

– Это то, что нам надо! После такого стресса!.. – кивнула Яна.

– Отдельный вход с другой стороны. Обойдите слева, а то справа яма. Начали копать, да, черти драповые, бросили. Еще навернётесь, спаси господи… Официантку зовут Лизка, скажете, что от Татьяны Павловны, отнесется по-божески и не разбодяжит чего не надо. Я директор кафе.