Татьяна Луганцева – Бесплатный сыр для второй мышки (страница 23)

– Должна знать, куда она пошла, – продолжил Данила, сжимая и разжимая кисть руки, словно не зная, куда выплеснуть свою энергию.

– Яна давно вышла из детсадовского возраста, чтобы докладывать мне, куда идет, – лениво скользнула взглядом по его лицу Ася. – Я знаю Яну очень давно и до сих пор понятия не имею, что может прийти моей подруге в голову.

– А мне вот пришла одна дельная мысль, – похвастался Данила, блеснув улыбкой. – Я установил на Яну «жучок».

– Что ты сделал? – чуть не подавилась коктейлем Ася. – Ты с ума сошел? Это же нарушение прав человека! Ты полицейский? Нет? Это противозаконно!..

– Боюсь, она опять попадёт в переплёт, а я не буду знать, где она! – попытался оправдаться Данила.

Ася задумалась.

– Это тоже возможно… Но если Янка узнает!.. А как ты это сделал? Думаешь, «жучок» решит проблемы?

– Я на все руки мастер, – похвалился Гордеев. – Ничего сложного. «Жучок» вмонтировал в ее заколку для волос. Программа у меня на телефоне. Она уже побывала в риелторской фирме… – начал рассказывать Данила.

– Это понятно. Там работала Люда, – откликнулась Ася.

– Я поехал туда, но Яна чудесным образом испарилась. А разговор с сотрудницей ни к чему не привел. Она только смотрела на меня и то бледнела, то краснела…

– Это тоже понятно, – усмехнулась Ася.

– Затем я застукал Яну на Садовой улице в доме сумасшедшего директора риелторской фирмы.

– Тоже понятно! Заколка взяла след!..

– А потом сигнал исчез. Говорить со стариком – дело бесполезное. Он совсем… – покрутил Данила пальцем у виска. – Короче, ничего не узнал, Яну упустил…

– Выкинула она заколку, если захотела распустить волосы, или потеряла, с ней такое случается, – усмехнулась Ася, допивая коктейль.

– Почему она от меня бегает?

– А ты зачем бегаешь за ней? Яна любит добиваться мужчин, а тех, кто сразу ложится у ее ног, она просто перешагивает. – Ася отодвинула от себя стакан и бросила в него трубочку.

Данила был расстроен. После потери жены и ребёнка он был очень одинок. Его жизнь однозначно разделилась на до и после. Он словно потерял вкус к жизни. Яна стала первой женщиной, которая не выходила у него из головы. Его это и удивляло, и раздражало, и разливалось в душе непонятной томительной волной.

Он сел на стул рядом с Асей.

Ася смотрела на него и тоже понимала, что парень «попал» и что-то назревает.

– А если Яну бросили в воду? – вдруг спросил Данила.

Ася удивлённо захлопала ресницами.

– Не заводи себя! Ну, кто ее бросит? В какую воду?.. Я же говорю – заколку Янка потеряла!

– Может, она сбежала? – предположил Данила.

– Яна – законопослушная гражданка. Если запрещено уезжать, то она не уедет! К тому же она никогда не бросит меня! Мы вдвоем приехали, вдвоем и уедем.

– Не могу я так сидеть, сложа руки…

– А ты делом займись. Что ты выдумываешь разные разности? Яна – взрослая девочка. Ну, что с ней может случиться? Вот увидишь, она скоро появится.

Гордеев тяжело вздохнул:

– Твоими устами да мёд пить…

В приёмный покой роддома влетел возбуждённый мужчина, руки которого были в крови, и стал кричать:

– Скорее, помогите! Неонатолога! Роды в дороге! Тазовое предлежание! Асфиксия при рождении! В машине женщина, кровопотеря… Нужны носилки!

Рядом с ним нервно переминалась с ноги на ногу высокая стройная блондинка с длинными, растрёпанными волосами, она держала на руках маленький свёрток.

Дежурная медсестра нервно стала крутить диск телефона и отдавать команды прибежавшим санитарам.

Хлопнула дверь, и появился дежурный врач. Он принял у Яны ребёнка и унес в отделение.

Мимо Яны и Петрова пронесли на носилках бледную обессиленную роженицу. Она слабым голосом их поблагодарила и спросила, всё ли хорошо с дочкой. Яна погладила Цаплину по руке и сказала, что всё отлично.

Дежурная медсестра среднего возраста и попросила рассказать более подробно и спокойно, что произошло. Она терпеливо выслушала сбивчивое повествование Цветковой. Олег Адольфович ушел в себя и впал в состояние апатии.

Медсестра с облегчением выдохнула:

– Фу… Хоть не криминал. А то уж думали, полицию вызывать придется.

Вспомнив про полицию, Яна прикусила губу. Она только сейчас поняла, что покинула Мозаик без разрешения следователя. Впрочем, сообщать ему об этом Яна не собиралась. «Хорошо еще, что браслет на ногу не нацепили! Но я пока и не осуждена… Или, как в фильме, ошейник на шею… Покинула бы Мозаик, и голова – бац! – взорвалась бы…»

К Олегу Адольфовичу подошел дежурный врач.

– Здравствуйте! Скажите, кто принимал роды?

Петров чуть склонил голову.

– Я.

– Вы врач?

– Я патологоанатом.

– Коллега, дайте пожму вашу руку! Вы – гений! Это просто чудо, что мать и ребёнок живы!

– Как роженица и малышка? – спросила Цветкова.

– Обе чувствуют себя удовлетворительно! Тьфу-тьфу… – суеверно сделал вид, что сплюнул, доктор. – Сейчас ими занимаются. Думаю, всё пройдет без осложнений. Ну, вы, конечно, молодец, коллега! У нас одна женщина после родов наблюдается, хотел бы осмотреть ее вместе с вами, получить вашу консультацию…

Олег Адольфович в ужасе отшатнулся.

– Вы за кого меня принимаете… коллега?

– За столичного светилу акушерской практики! – ответил доктор.

Олег Адольфович повернулся и припустил прочь.

– Куда же вы? А как же пациентка?..

– Я же сказал вам, что я патологоанатом! – сообщил врачу на ходу Петров. – Извините, но я больше не могу быть вам полезен!

– Да, гениальный человек гениален во всем, – согласилась с другом Яна и рванула вслед за Петровым.

Доктор только растерянно пожал плечами.

Яна догнала Петрова уже на улице.

– Куда ты разогнался? – запыхавшись, спросила она. – Летишь, как паровоз…

– Сил моих больше нет. Прости, что тебя бросил, – повернулся к ней Петров и сжал ее щеки горячими ладонями. – Ну, что ты за женщина такая? Какой чёрт тебя занёс именно в мой морг? Сидел, никого не трогал!.. Мало того, что заставила меня живых лечить… А теперь еще…

– Олежек, я не хотела… Так получилось! Прости-прости! Ты настоящий волшебник, ты спас женщину и ее дочку. Она будет за тебя бога молить…

Но Петров кипел от ярости:

– Ты постоянно впутываешь меня в жуткие истории. А если бы эта женщина умерла? Ты представляешь, что со мной было бы?

– Но она же не умерла, Олежек! А даже наоборот – жива-здоровёхонька и родила прелестную дочку! – шлёпала губами Яна, потому что Петров сдавил рукой ее худые щеки.

– Ты меня когда-нибудь под монастырь подведёшь, Янка.

– Честное слово, я не хотела. Она просто меня подхватила на дороге, когда я голосовала. Это судьба, это счастливый случай…